Суверенитет, его понятие и тенденции развития, вопрос об абсолютном суверенитете. Территориальное верховенство. Государственный суверенитет: понятие и проблема ограничения Все это требует системных мер по адаптации «внешних» правил, к числу которых относя

Суверенитет, его понятие и тенденции развития, вопрос об абсолютном суверенитете. Территориальное верховенство. Государственный суверенитет: понятие и проблема ограничения Все это требует системных мер по адаптации «внешних» правил, к числу которых относя

Государственный суверенитет (от фран­цузского souverainete - верховная власть) - это важнейшее неотъем­лемое свойство государства, выражающее верховенство, независи­мость, полноту, исключительность и единство государственной власти данной страны.

Государственный суверенитет - неотъемлемое свойство государ­ства, источником и основой которого является волеизъявление народа страны, его власть, его суверенитет. «Фундаментом государственного строя является народный суверенитет», - говорится в Конституции Греции. В Конституции Италии подчеркивается, что «суверенитет принадлежит народу», а в Основном законе ФРГ, что «вся государст­венная власть исходит от народа». В связи с этим важно разграничить государственный суверенитет и народный суверенитет, видеть как их взаимосвязь, так и отличие. Государственный суверенитет, несомнен­но, тесно связан с народным суверенитетом прежде всего потому, что именно государство выступает в качестве главного выразителя воли народа. С другой стороны, суверенитет народа служит важнейшей со­циально-политической основой подлинно демократической государст­венной власти. В этом плане государственный суверенитет базируется на суверенитете народа. Но в то же время суверенитет народа сущест­венно отличается от суверенитета государства как по своему субъекту, носителю, так и по содержанию. Субъектом, носителем народного су­веренитета является народ, а государственного суверенитета - госу­дарство. Суверенитет народа проявляется не только в деятельности государственной власти и ее органов, но и в разнообразных формах общественной самодеятельности, т.е. деятельности многообразных об­щественных организаций, трудовых коллективов и др., в функциони­ровании институтов непосредственной, прямой демократии (выборы, референдумы и др.) и т.д.

Верховенство государственной власти означает, что она ничем не ограничена, кроме права (включая естественное право) и закона (вклю­чая конституцию), не имеет другой стоящей над ней или рядом, на одном уровне с ней политической власти и поэтому является высшей, верховной. Вместе с тем в демократическом правовом государстве вер­ховенство государственной власти не может и не должно означать ее абсолютную неограниченность, поскольку в таком государстве, как уже отмечалось (см. § 1 данной главы), власть не может не быть ограничена правом и подчинена ему. Абсолютной, ничем и никак вообще не ограниченной государственной власти в реальной жизни нет и быть не может, поскольку все государства существуют, действуют и развивают­ся в системе неуклонно усиливающихся и углубляющихся взаимосвя­зей и взаимодействий с другими государствами в условиях региональ­ной и международной интеграции и глобализации. Отношения между ними регулируются нормами международного права, обязательными для всех стран. Кроме того, многие государства входят в состав феде­ративных, конфедеративных и иных межгосударственных союзов, ас­социаций и объединений.

Независимость государственной власти означает ее самостоятель­ность и свободу от вмешательства извне и изнутри в принятии властных решений и выполнении иных функций. Суверенная государствен­ная власть сама, без какой-либо решающей зависимости от других го­сударств или надгосударственных объединений и организаций (внеш­ний аспект) или внутригосударственных политических и иных сил и организаций (внутренний аспект) определяет и осуществляет свои полномочия.

Конечно, и здесь в современном мире не может идти речь об абсолютной независимости, самостоятельности. Вряд ли, например, правомерно говорить о том, что государства - члены ООН абсолютно независимы от этой всемирной межгосударственной организации или что страны - члены Европейского Союза абсолютно самостоятельны и не находятся ни в какой зависимости от этого союза. Но столь же очевидно, что ни в том, ни в другом случае такая имеющаяся зависи­мость не ставит под вопрос сохранение суверенитета государств-чле­нов. Это означает, что само по себе некоторое ограничение и тем более самоограничение даже суверенных прав государств не означает потерю ими государственного суверенитета.

И ФРГ, и Великобритания, и Франция, и Италия, и Бельгия, и Дания, несмотря на серьезно углубляющуюся разностороннюю запад­ноевропейскую интеграцию, и сегодня, несомненно, остаются суверен­ными, независимыми странами. Как говорится в действующей преам­буле Конституции Франции 1946 г., «при условии взаимности Фран­ция согласна на ограничения суверенитета, необходимые для органи­зации и защиты мира». Как и в конституциях других стран - членов ЕС, в Конституции Франции имеется специальный раздел, в котором регулируются конституционные основы ее отношений с ЕС, учрежден­ного «свободным выбором государств в силу заключенных ими догово­ров для совместной реализации некоторых своих полномочий», гово­рится о передаче необходимых полномочий институтам ЕС и других вопросах (ст. 88-1-88-4). Аналогичные положения содержатся и в кон­ституциях других стран - членов ЕС. С независимостью суверенных государств органично связано утверждение таких общепризнанных принципов и норм международного права, как невмешательство госу­дарств во внутренние дела друг друга, взаимное уважение государст­венного суверенитета, суверенного равенства государств, их террито­риальной целостности и др.

Полнота, исключительность и единство государственной власти выделяют другие специфические грани в таком феномене, как государ­ственный суверенитет. Речь идет о том, что, во-первых, суверенная государственная власть обладает такой властью не частично, не той или иной ее долей, а в полном объеме (хотя и может самоограничиваться в предметах своего ведения и своих полномочиях); во-вторых, такая власть исключает возможность существования наряду с ней иной рав­нозначной государственно-организованной политической власти и только она имеет исключительное право устанавливать единый право­порядок в стране, издавать законы, определять права и обязанности государственных органов, общественных организаций, должностных лиц и граждан и т.д.; и в-третьих, суверенная государственная власть характеризуется наличием единой системы высших государственных органов и установлением общих, единых принципов организации, функционирования и деятельности государственной власти на всех уровнях - местном, региональном и общегосударственном.

В этой связи особо следует остановиться на проблеме неделимости государственного суверенитета. Некоторые авторы, в том числе и авто­ры учебников по конституционному праву, исходят из признания де­лимости суверенитета и поэтому ведут речь о «разделе суверенитета», о «долях суверенитета» и т.д.* Нам представляется такая позиция не­верной. В сущности она проистекает из того, что государственный су­веренитет отождествляется с компетенцией, совокупностью прав, сум­мой полномочий и предметов ведения государства, что неправомерно. Конечно, нельзя не видеть взаимосвязи между этими разными характеристиками состояния государственной власти, точно так же, как не­возможно отрицать взаимообусловленность качественных и количест­венных параметров какого-либо явления или процесса. Но это, как известно, не дает оснований для их отождествления, отказа от их раз­граничения.

* См.: Арановский К.В. Указ. соч. С. 195-199.

Суверенитет - это не количественная, а качественная характерис­тика государственной власти, ее неотъемлемое и неделимое свойство, которое по самой своей природе либо есть, либо его нет. И потому нельзя быть суверенным на треть, наполовину или на три четверти. Другое дело компетенция, права и обязанности, полномочия и предме­ты ведения, которые делимы, могут быть больше или меньше в своей совокупности, сумме, увеличиваться или уменьшаться. Но точно так же, как не всякое количественное изменение ведет к смене качества, так и не всякое, а лишь связанное с нарушением меры ограничение прав, в том числе и суверенных, ведет к потере суверенитета. В связи с этим, когда, например, рассматривается проблема суверенитета в федератив­ном государстве, то речь должна идти не о «разделе суверенитета» между федерацией и ее субъектами, не об их полусуверенности и не о «долях суверенитета» у каждого из них (если субъекты федерации суверенны), а о сосуществовании двух сопряженных, взаимосвязанных и взаимообусловленных разноуровневых суверенитетов, каждый из ко­торых не может успешно реализовываться обособленно, в отрыве от другого. Сопряженный, взаимосвязанный суверенитет - это не частич­ный, разделенный суверенитет, а суверенитет, своеобразие действия и проявления которого определяется условиями одновременного сосу­ществования и совмещения двух разных суверенитетов. Концепция сопряженных суверенитетов в федеративном государстве ничего обще­го не имеет ни с концепцией делимости государственного суверенитета, ни с концепцией его абсолютности.

Конечно, вряд ли надо ломать словесные копья, если в определен­ных случаях и в соответствующем контексте иногда используются по­нятия «ограничение суверенитета» или «ограниченного суверенитета», как это имеет место, например, в приведенном выше положении преам­булы Конституции Франции. Важно, что и здесь, и в конституциях других стран - членов ЕС имеется в виду именно свободная и добро­вольная передача части прав и полномочий государств Европейскому Союзу и его надгосударственньш органам. Так, в ч. 2 ст. 9 Конституции Австрии говорится о том, что «отдельные суверенные права Федерации могут быть переданы межгосударственным учреждениям и их орга­нам». Об «ограничении своих суверенных прав» и передаче их межго­сударственным учреждениям говорится и в Основном законе ФРГ (ст. 24). В Конституции Греции (ч. 3 ст. 28) отмечается возможность свободно, путем принятия закона абсолютным большинством общего числа депутатов парламента пойти «на ограничения в области осущест­вления национального суверенитета, если это диктуется важными на­циональными интересами, не затрагивает права человека и основ демо­кратического строя и проводится на основе принципов равенства и с соблюдением условий взаимности». Следовательно, суверенитет госу­дарства вполне совместим с самоограничением им своих даже суверен­ных нрав и их передачей межгосударственным или надгосударственным органам и организациям.

Однако мы осторожно относимся к таким категоричным утвержде­ниям (в том числе и в учебной литературе), согласно которым «на одной и той же территории не может быть двух или более суверенных государств»* и что «государство, являющееся частью другого государ­ства, не может представлять собой суверенное государство».** Здесь имеет место другая крайность, противоположная концепции делимос­ти государственного суверенитета, ибо положение о его неделимости доводится до признания абсолютной несовместимости разных сувере­нитетов друг с другом на одной и той же территории. По сути дела, в основе такой позиции лежит устаревшая концепция абсолютности го­сударственного суверенитета, исходящая из его несовместимости с любым ограничением власти государства. Но такой суверенитет, как уже отмечалось, возможен лишь в теории, а не в реальности. При ана­лизе же жизненной практики, естественно, возникает вопрос: как быть, если на территории одного государства (например, федерации) распо­ложено другое государство (например, суверенный субъект федера­ции). Приведенная выше жесткая формула выдвигает ложную дилем­му: либо признать несуверенной федерацию, либо считать невозмож­ным ни при каких условиях признать суверенными ее субъекты. Ни то и ни другое не отвечает реалиям жизни.

* Конституционное право / Под ред. В.В. Лазарева. С. 63; Конституционное право / Под ред. А.Е. Козлова. С. 53.

** Козлова Е.И., Кутафин О.Е. Указ. соч. С. 124.

Правильным же представляется следующее решение: в федератив­ном государстве, субъектами которого являются суверенные единицы, на одной и той же территории такого субъекта одновременно действует и реализуется как суверенитет федерации, так и суверенитет ее соот­ветствующего субъекта, не исключая друг друга, а сопрягаясь, согласовываясь, совмещаясь друг с другом, дополняя друг друга. Это находит свое наглядное проявление в разграничении предметов ведения и пол­номочий. Почему, спрашивается, государства - субъекты федерации не могут быть признаны суверенными, если в пределах своих предме­тов ведения и полномочий они сохраняют всю полноту государствен­ной власти на своей территории. Концепция сочетания, совмещения, сосуществования, сопряжения, взаимодействия, взаимодополнения указанных суверенитетов в федеративном государстве не сталкивает друг с другом федерацию и ее субъекты, не правополагает их, а исходит из возможности, необходимости и целесообразности сочетания их пра­вомочий, интересов и целей. Концепция же непризнания возможности сочетания, сопряжения, совмещения двух суверенитетов на одной и той же территории неизбежно ведет, особенно в многонациональной стране, к неправомерному ограничению нрава народов на свободный выбор государственных форм своего существования в рамках данной страны, к отрицанию суверенности (в рамках федерации) республик - субъектов федерации, к усилению унитаристских тенденций и т.д., что способно лишь усилить националистические и сепаратистские тен­денции.

Еще по теме Суверенитет государства.:

  1. 3.5. ЮРИСДИКЦИЯ (СУВЕРЕНИТЕТ) ГОСУДАРСТВ В ОБЛАСТИ НАЛОГООБЛОЖЕНИЯ
  2. § 5. Народный суверенитет и государственный, национальный суверенитет
  3. 26.2. Целостность государства, государственный и национальный суверенитет
  4. § 3. Морские пространства, находящиеся под суверенитетом прибрежного государства
  5. § 3. ПОНЯТИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОГО СУВЕРЕНИТЕТА И ОСНОВНЫЕ ФУНКЦИИ ГОСУДАРСТВА ПО ЕГО ОХРАНЕ В СОВРЕМЕННОЙ ТАМОЖЕННОЙ СИСТЕМЕ МЕЖГОСУДАРСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ
  6. § 4. Государственные символы как атрибут государственного суверенитета. Иные элементы государственного суверенитета Российской Федерации
  7. 14. СУВЕРЕНИТЕТ НАРОДА РФ И ПРАВО НА САМООПРЕДЕЛЕНИЕ НАРОДОВ РФ. ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СУВЕРЕНИТЕТ
  8. Государство и государственная власть (властвование - необходимый атрибут государственности; сущность государственной власти; суверенитет)

- Кодексы Российской Федерации - Юридические энциклопедии - Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административное право (рефераты) - Арбитражный процесс - Банковское право - Бюджетное право - Валютное право - Гражданский процесс - Гражданское право - Диссертации -

СБОРНИК

ответов на вопросы по конституционному праву для подготовки к сдаче квалификационного экзамена на должность судьи судов общей юрисдикции

Абсолютный и ограниченный суверенитет государства

Государство – это суверенная политико-территориальная организация публичной власти на определенной территории, устанавливающая правопорядок и обладающая аппаратом управления и принуждения, а так же государственной казной

Суверенитет - один из существенных признаков государства, его возможность полноправно осуществлять внутриполитические и внешнеполитические дела страны и не допускать вмешательства в свою деятельность иностранных государств и других внутригосударственных сил (организаций). Слово суверенитет произошло от французского слова souverainete и английского sovereignty - «верховная власть» и означает верховенство и независимость власти. Суверенитет выражается в независимости вла­сти данного государства от всякой иной власти. Верховенство означает способность государства самостоятельно решать важнейшие вопросы жизни общества, устанавливать и обеспечивать единый правопорядок. Под независимостью понимается самостоятельность государства на международной арене. Государственный суверенитет проявляется внутри государства и за его пределами.

Таким образом, государственный суверенитет можно определить как свойство и способность государства самостоятельно, без вмешательства извне, определять свою внутреннюю и внеш­нюю политику при условии соблюдения прав человека и гражданина, защиты прав национальных меньшинств, со­блюдения норм международного права. Государственный суверенитет включает такие осново­полагающие принципы, как единство и неделимость тер­ритории, неприкосновенность территориальных границ и невмешательство во внутренние дела. Если какое бы то ни было иностранное государство или внешняя сила нарушает границы данного государства или заставляет его принять то или иное решение, не отвечающее национальным интере­сам его народа, то говорят о нарушении его суверенитета.

Государственный суверенитет РФ был провозглашен 12 июня 1990 г. путем учреждения Декларации «О государ­ственном суверенитете Российской Федерации».

Суверенитет Российской Федерации получил свое правовое закрепление и воплощение в Конституции РФ 1993 г. В ее нормах провозглашается, что носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ (ст. 3); суверенитет РФ распространяется на всю ее территорию (ст. 4); Конституция РФ и федеральные законы имеют верховенство на всей территории Российской Федерации (ст. 4); Российская Федерация обладает суверенными правами и осуществляет юрисдикцию на континентальном шельфе и в исключительной экономической зоне (ст. 67).



Суверенитет может быть абсолютным (полным) и ограниченным. Ограничение суверенитета возможно в добровольном порядке (самоограничение) и принудительном.

Добровольное ограничение суверенитета может допускаться самим государством по взаимной договоренности с другими государствами ради достижения каких-либо общих для этих государств целей, либо вступления в международные союзы, организации, а также в случае объединения с другими государствами в федерацию.

Создателей Советского Союза не смутило то обстоятельство, что его члены были неравноценны по территории и количеству населения, а также то, что между ними имеются и другие различия.

Из 4-х союзных республик две являлись унитарными государствами, а две - сложными. При том из этих сложных, которые именовались федеративными - РСФСР и ЗСФСР - только одна являлась настоящей федерацией, Закавказская, и классической федерацией. Что же касается России, то она, как уже говорилось, была с самого начала государством с автономными образованиями. В год утверждения Конституции Союза таковой же стала и Украина, поскольку в ее составе была сформирована Молдавская АССР, тогда еще только в пределах левобережья Днестра. Такая разнородность формы государственного единства всех членов Союза также не повлияла на их равноправие. Не повлияла и история формирования каждой из них.

Как уже говорилось, самой большой по территории и населению была Российская Республика, она же явилась и первым в истории Советским государством.

Суверенитет Советской Российской Республики родился вместе с нею 26 октября 1917 г. в результате свержения власти Временного правительства. В обращении "Рабочим, солдатам и крестьянам!" II Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов провозгласил: "Опираясь на волю громадного большинства рабочих, солдат и крестьян, опираясь на совершившееся в Петрограде победоносное восстание рабочих и гарнизона, съезд берет власть в свои руки"*(139) . В этой краткой, но емкой фразе фиксируется вся полнота и внешнего, и внутреннего суверенитета Советской России. Далее в документе подчеркивался внутренний суверенитет Советского государства: "вся власть на местах переходит к Советам рабочих, солдатских и крестьянских депутатов..." Что же касается внешнего суверенитета, то он по смыслу Обращения распространялся на территорию всей страны в тех границах, которые находились под суверенитетом буржуазного Временного правительства. То есть Советская Россия становилась правопреемницей России дореволюционной в полном объеме. Впоследствии это будет подчеркнуто во многих актах Советской власти.

В то же время Обращение, провозглашая право народов на самоопределение, создало возможность для изменения территориальных рамок Российского государства. Неделю спустя это право будет специально подчеркнуто в Декларации прав народов России, принятой Советом Народных Комиссаров, которая зафиксирует "право народов России на свободное самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства"*(140) .

А сразу после съезда Советское правительство направит всем иностранным государствам ноты через их послов, с уведомлением о создании Советского правительства и намеком на необходимость его признания*(141) .

Несмотря на идею правопреемства, Советское государство с первых дней своего существования подчеркивало, что политика прежних правительств не связывает его, что оно будет вести свои дела на новых основаниях, в том числе отказываясь от определенной категории неравноправных договоров со слабыми державами, которые были заключены до революции и теперь не могли быть терпимы новой властью. В данном случае, по существу, речь шла не об освобождении России от внешних обязательств, а, наоборот, о возвращении ею суверенных прав когда-нибудь и где-нибудь отнятых у каких-либо государств. Эта идея была проведена в Декрете о мире, ее же мы видим, например, в некоторых актах по частным вопросам. Так, в заявлении Народного комиссариата иностранных дел 16 ноября 1917 г. говорилось, что Советская власть не считает себя "связанной формальными обязательствами старых правительств" по поводу войны и мира и что она "руководствуется только принципами демократии и интересами мирового рабочего класса"*(142) .

Таким образом, Советское государство с самого начала четко сформулировало свое отношение как к территории, на которую распространялся его суверенитет, так и к объему суверенных прав.

В целой серии документов, начиная с Декрета о мире, и особенно относящихся к заключению мира с Германией и ее союзниками, Советское правительство неизменно повторяло одну и ту же идею: оно исходит из презумпции, что мир может быть заключен только на основе отказа от аннексии, то есть захвата или удержания всеми державами чужих земель без ясно выраженной воли соответствующих народов к отделению от того или иного государства. Здесь можно увидеть двоякую мысль: с одной стороны, Советское государство готово было предоставить свободу любому народу, который не хочет жить в составе России, с другой - оно было уверено, что эти народы не захотят отделяться от революционного Советского государства. Развернутое определение аннексии дается в ленинском "Конспекте программы переговоров о мире", где предусмотрены даже определенные сроки и порядок устранения аннексионистских присоединений чужих земель*(143) .

Интересна еще одна мысль, проводимая в некоторых документах: Советское государство не просит кого-либо о признании его, но оно решительно возражает против вмешательства иностранных держав в наши внутренние дела*(144) .

В декабре 1917 г. начинается изменение территории Российской Советской Республики, т.е. меняются территориальные пределы ее суверенных прав. Правда, изменения эти идут по-разному. Первой заговорила об отделении Советская же Украина, провозгласившая свою двойственную независимость от России. Как уже говорилось, Украина мыслит себя и независимой, и в то же время частью Российской Республики. Любопытно, что федеративной называет Россию не она сама, а впервые Украина. Это видно из Манифеста Центрального исполнительного комитета Советов Украины "Ко всем рабочим, крестьянам и солдатам Украины". В том же документе мы видим и признание Украиной себя частью России. Там говорится об Украинской Республике и "остальной России"*(145) . Таким образом, Украина как бы выходит из-под российского суверенитета и в то же время остается в его сфере.

В телеграмме ЦИК Украины, посланной Совнаркомом России на следующий день, 13 декабря, сообщается об избрании этого органа съездом Советов Украины, и здесь речь идет о двух республиках как о равноправных и независимых*(146) .

В то же время Советская Россия показала себя уже как суверенное государство и в сношениях с зарубежными странами. 16 декабря Народный комиссариат по иностранным делам направил посланнику Румынии ноту, в которой протестовал против вторжения румынских властей на территорию Бессарабии и бесчинств по отношению к российским гражданам. При этом нота была выдержана в весьма резких тонах*(147) .

Но в том же месяце Россия лишилась заметной части своей территории в силу признания независимости Финляндии. 18 декабря 1917 года, отзываясь на просьбу финляндской стороны, Совнарком постановил войти во ВЦИК с предложением признать независимость Финляндской Республики*(148) . 22 декабря ВЦИК принял соответствующее постановление, которое в января 1918 года было одобрено III Всероссийским съездом Советов. Финляндия ушла из-под суверенитета России.

Осуществляя свои внешние суверенные права, Советская Россия 19 декабря 1917 г. сообщила Персии, что она выводит свои войска из этой страны, попавшие туда в ходе мировой войны*(149) . По этому поводу состоялась переписка, которая свидетельствовала о том, что персидская сторона признает Советское правительство, по крайней мере, de faсto .

Советское государство начало незамедлительно осуществлять и свои внешние экономические права. 29 декабря 1917 г. СНК издал постановление о разрешениях на ввоз и вывоз товара из страны*(150) .

Пришлось вмешаться Советской России и в дела армян и Армении в связи с решением вопроса о "Турецкой Армении". Советская власть хотела, с одной стороны, создать условия для реального самоопределения этой территории, для чего объявила о выводе российских войск из нее, а с другой - заботилась о том, чтобы армяне, разбросанные по разным землям, могли собраться на своей исторической родине и не зависеть от произвола турецких властей*(151) .

В новом 1918 г. начинаются посягательства на суверенитет России со стороны соседей, пытающихся воспользоваться смутным временем. Как раз под новый год Япония прислала свои корабли, в том числе один военный, во Владивосток под традиционным в таких случаях предлогом защиты своих граждан. Центральные органы Советской власти даже не смогли, очевидно, прореагировать на эти действия. Решительный протест против них пришлось заявлять Владивостокскому совету*(152) . Любопытно, что аналогичный протест заявила одновременно и Городская Дума*(153) .

1 января 1918 г. дипломатический корпус во главе с его старейшиной - послом США Френсисом явился к председателю СНК В.И. Ленину с требованием освободить румынского посла, арестованного в Петрограде, в качестве репрессалии за бесчинства румынских войск по отношению к русским воинским частям. Случай в дипломатической практике необычный, но здесь важно другое: западным державам пришлось, вопреки своему желанию, вести разговор с главой правительства революционной России. Таким образом, мы видим, что с первых месяцев существования Советской России она осуществляла и свои внешние, и свои внутренние функции в качестве вполне суверенного государства. В дальнейшем эти функции будут усложняться и развиваться, пока Советская Россия не вступит вместе с другими республиками в состав Союза ССР.

Как мы видели, вслед за возникновением Советской власти в России и созданием Российской Советской Республики возникла Украинская Республика, связанная первоначально своеобразными узами с Россией. Установление Советской власти на Украине проходило в борьбе на два фронта. Как и по всей стране, здесь нужно было свергнуть органы Временного правительства. Но значительно большее препятствие представляли собой националисты в Центральной Раде, созданной после Февральской революции украинскими буржуазными и мелкобуржуазными партиями.

Первоначально Центральная Рада добивалась лишь автономии для Украины, однако даже эта идея встретила решительное сопротивление Временного правительства. После Октября украинские националисты повели курс уже на отделение Украины от России.

Иную позицию заняли Советы Украины, руководимые, особенно в восточных промышленных ее районах, по преимуществу большевиками. Они учитывали тягу украинского народа к созданию своей государственности, видя в то же время ее существование лишь в тесной связи с Советской Россией.

11 декабря 1917 г. в Харькове открылся I Всеукраинский съезд Советов, который провозгласил создание Украинской Советской Республики, избрал ее Центральный исполнительный комитет, члены его в подавляющем большинстве были большевиками. ЦИК, в свою очередь, образовал правительство Советской Украины - Народный Секретариат. Органами отраслевого управления стали 13 секретарств. Совет Народных Комиссаров Российской Советской Республики 16 декабря 1917 г. официально признал это правительство Украины.

Быстрая победа революции и создание Украинского советского государства обусловливались уровнем социально-экономического развития Украины, который был не ниже, чем в Центральной России*(154) . Одним из важнейших факторов было и наличие активно действующих партийных комитетов в украинских промышленных центрах - Екатеринославе, Луганске, Харькове, Киеве, Одессе и других городах.

Однако на Украине сформировался уже достаточно сильный класс буржуазии, городской и сельской, который своим знаменем сделал автономию края. Эту автономию было вынуждено признать уже Временное правительство в результате переговоров с Центральной Радой, проходивших летом 1917 года*(155) . Октябрьскую революцию Центральная Рада встретила враждебно. 7 ноября 1917 г. она приняла так называемый III Универсал, который провозгласил создание Украинской Народной Республики в составе Российской Федерации. Очевидно, в этой формуле сказались те федералистские идеи, которые бродили по России накануне Октября. И федерация имелась в виду не советская, а буржуазная. В силу этого Раду никак не устраивало провозглашение Советской Украинской Республики, и 9 января 1918 г. она приняла свой последний IV Универсал, в котором говорилось: "Отныне Украинская Народная Республика становится самостоятельным, ни от кого не зависимым, свободным, суверенным Государством Украинского Народа"*(156) . Это "свободное государство" 27 января подписало мирный договор с германо-австрийским блоком. А 18 февраля немецкие и австро-венгерские войска начали оккупацию Украины. Естественно, что в этих условиях и Советская власть на Украине не могла удержаться, и та "федеративная" связь, которая была заявлена в декабре 1917 г., оборвалась.

После падения Советской власти на Украине весной 1918 г. ее высшие органы эвакуировались на территорию России. Отсюда они руководили борьбой украинского народа против немецких оккупантов и националистической буржуазии. В апреле 1918 г. ЦИК Украины образовал Повстанческое бюро, которое летом 1918 г. было заменено Центральным военно-революционным комитетом (ЦВРК), возглавившим борьбу за восстановление Советской власти на Украине. На местах создавались ревкомы, ставшие затем временными чрезвычайными органами власти.

В ноябре уже вся Украина была охвачена восстанием. В конце ноября в Курске формируется из членов ВУЦИК Временное рабоче-крестьянское правительство Украины, которому ЦВРК передает власть. Это правительство, в январе 1919 г. переименованное в Совет Народных Комиссаров УССР, возглавило борьбу за восстановление Советской власти на Украине.

Сражения пришлось вести не только со старыми, но и с новыми противниками - петлюровской Директорией и поддержавшими ее англо-французскими, польскими, румынскими, греческими интервентами.

Уже в начале 1919 г. в большинстве районов Украины удалось восстановить постоянные советские органы, заменив ими ревкомы и комбеды. Это позволило в марте 1919 г. созвать III Всеукраинский съезд Советов, принявший первую в истории Украины Конституцию Республики. Образцом для нее стала Конституция РСФСР. Был учтен также опыт государственного строительства Советской России.

Таким образом, суверенитет Советской Украины был восстановлен. Восстановилась и связь с Россией, причем на основаниях, подобных тем, которые были провозглашены в декабре 1917 г. Но теперь они расширились и углубились. Возникло фактическое единство гражданства, вооруженных сил, финансов. Высшие органы власти Украины признали верховенство аналогичных российских органов, в определенной мере и действие российского права на своей территории. То есть суверенитет Украинской ССР был в необходимой мере ограничен, хотя юридически это было оформлено весьма несовершенно.

Некоторую ясность должен был внести в отношения республик договор между ними, подписанный 28 декабря 1920 г., однако он тоже имел двусмысленный характер. Договор признавал "независимость и суверенность каждой из договаривающихся сторон". Далее, однако, следовали не слишком определенные формулировки: "Российская Социалистическая Федеративная Советская Республика и Украинская Социалистическая Советская Республика вступают между собой в военный и хозяйственный союз". Военный союз - дело понятное, а вот хозяйственный союз как будто бы не предусмотрен ни в теории, ни в практике международных отношений. Но, во всяком случае, статья об этом звучит так, как будто обе республики равноправны в Союзе. А вот дальше начинаются вопросы. Договор говорил об объединении важнейших ведомств, но очень своеобразном. Если он имел в виду создание союзного государства из двух республик, то нужно было бы создать какую-то надстройку над этими ведомствами. Однако договор шел совсем по другой линии. В нем говорилось: "Объединенные народные комиссариаты обеих республик входят в состав Совнаркома РСФСР и имеют в Совете Народных Комиссаров УССР своих уполномоченных, утверждаемых и контролируемых Украинскими ЦИК и съездом Советов"*(157) . Как видим, здесь уже отношения не равенства, а господства и подчинения, субординации, хотя довольно своеобразной. Это подчеркивается и ст. VI договора: "Руководство и контроль объединенных комиссариатов осуществляются через Всероссийские съезды Советов депутатов рабочих, крестьян и красноармейцев, а также Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет, в которые УССР посылает своих представителей на основании постановления Всероссийского съезда Советов. Поэтому когда в начале 1922 г. украинские руководители стали жаловаться на превышение наркоматами РСФСР своих прав, с точки зрения юридической это было абсолютно неправомерно: сами же договаривались об объединении.

Но для нас важно другое, что Россия осуществляла определенные суверенные права по отношению к Украине, а последняя соответственно ограничивалась в каких-то правах, самоограничивалась. Так оно и было на практике, то есть если начало договора звучало не только в федеративном, но как будто бы даже в конфедеративном плане, то в конце его Украина выступала в качестве действительно автономной единицы. Сталин, следовательно, был прав, когда сравнивал ее с Татарией и Башкирией. Можно согласиться и с французским исследователем Ф. Контом, который говорит, что "нарочитое подчеркивание глубокой общности революционных интересов украинского и русского народов", декабрьским договором 1920 г. "оставляло мало места для независимости"*(158) .

С такими суверенными правами Украина и пришла к подписанию Договора об образовании СССР.

Несколько по-другому развивался суверенитет Белоруссии. Белорусская Советская Социалистическая Республика возникла позже Украинской, лишь во время гражданской войны, после изгнания с ее территории немецких оккупантов. 1 января 1919 г. ее правительство опубликовало Манифест, в котором провозглашалось образование Белорусской Советской Республики как суверенного государства.

На I съезде Советов Белоруссии среди других стоял вопрос о границах республики, больной для БССР*(159) . Я.М. Свердлов огласил постановление ВЦИК о признании независимости Белорусской Социалистической Советской Республики. Уже на этом съезде, как мы отмечали ранее, был поставлен и один своеобразный вопрос - о слиянии с Литовской ССР, возникшей в декабре 1918 г. 17 февраля об этом решили и на I съезде Советов Литвы. В Вильно состоялось первое объединенное заседание Центральных исполнительных комитетов БССР и Литвы. На нем был избран объединенный ЦИК Литбела под председательством К.Г. Циховского.

Литбелреспублика просуществовала недолго, будучи захвачена польскими интервентами, а после освобождения от них пришлось признать, что Литва пойдет по другому пути - она будет буржуазным государством, что, в свою очередь, привело в 1920 г. к восстановлению самостоятельной Белорусской Советской Республики. Надлежащее решение об этом, подобно тому, как это было сделано в декабре 1918 г., принял не государственный, а общественный орган - заседание представителей Коммунистической партии Литвы и Белоруссии, советских и профессиональных организаций Минска и Минской губернии, только теперь представительство было, как видим, более широким*(160) .

Документ, который датируется 1 августа 1920 г., охватил важнейшие вопросы воссоздания республики, которая объявляется независимой. Своеобразно решался вопрос о границах - без достаточной определенности. Западный рубеж республики должен был быть установлен по этнографическому принципу, однако этот принцип по-разному толковался Польшей и Литвой. Практически все зависело от мирных переговоров, которые велись в Риге между Россией, Украиной и Польшей. Как известно, Белоруссия передоверила свои права на подписание мирного договора российско-украинской делегации. Декларация Собрания объявляла, что впредь до созыва съезда Советов власть в Белоруссии передается Ревкому*(161) .

Независимость Белоруссии была закреплена и ее II съездом Советов в декабре 1920 г. Вместе с тем восстанавливались и те государственно-правовые связи, которые существовали у Белоруссии с Россией еще в начале 1919 г. Так, в дополнениях к Конституции республики, принятых съездом, между прочим, говорилось, что ЦИК Белоруссии "наблюдает за проведением в жизнь: постановлений Всероссийских съездов Советов", в вопросах советского строительства Совнарком республики должен руководствоваться постановлениями VII Всероссийского съезда Советов, а коллегии СНК Белоруссии должны конструироваться "по принципу РСФСР "*(162) (подчеркнуто везде мною. - О.Ч.).

Вполне определенно идея отношений между Белоруссией и Россией была зафиксирована в "Союзном рабоче-крестьянском договоре между РСФСР и Социалистической Советской Республикой Белоруссии", подписанном в январе 1921 г. Он аналогичен Договору России с Украиной. Уже в самом начале документа говорится о "независимости и суверенности" обеих республик. Но в то же время Договор устанавливает, что создаются объединенные наркоматы двух республик, которые "входят в состав Совета Народных Комиссаров РСФСР и имеют в Совете Народных Комиссаров ССРБ своих уполномоченных, утверждаемых и контролируемых Белорусским Центральным Исполнительным Комитетом и съездом Советов". И далее: "Руководство и контроль объединенных комиссариатов осуществляется через Всероссийские съезды Советов депутатов рабочих, крестьян и красноармейцев, а также и Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет, в которые ССРБ посылает своих представителей, на основании постановления Всероссийского съезда"*(163) . То есть вырисовывается картина, уже знакомая нам по Украине, фактической автономии республики в составе России.

В январе 1922 г. было заключено Соглашение между РСФСР и БССР о вхождении БССР в Федеральный комитет по земельному делу. Оно означало также вертикальную зависимость белорусских органов от надлежащего российского, но более слабую, чем по финансовым вопросам*(165) .

Обобщающее значение в деле взаимоотношений Белоруссии с Россией имел Декрет Президиума ЦИК Белоруссии "О силе для ССРБ декретов и распоряжений РСФСР". Заметим, что здесь мы имеем дело уже не с Договором , а с односторонним актом самой Белоруссии. Он устанавливал, что все "постановления и распоряжения Народных комиссариатов РСФСР, признаваемых по союзному договору между РСФСР и ССРБ от 16 января 1921 г. объединенными с соответствующими комиссариатами ССРБ", признаются обязательными для Белоруссии. Что же касается актов по не объединенным наркоматам, то они вступали в действие в пределах БССР только в том случае, если подтверждались в установленном порядке белорусскими органами*(166) . Если учесть, что объединенными признавались важнейшие ведомства - наркоматы по военным и морским делам, внешней торговли, финансов, ВСНХ, труда, путей сообщения, почт и телеграфов - то значение Декрета для статуса Белоруссии вырисовывалось вполне очевидно.

Наконец, громадное значение, и не только для Белоруссии, имело известное соглашение "О передаче РСФСР представительства советских республик на Общеевропейской экономической конференции", подписанное 22 февраля 1922 г., которым советские республики передавали свои права в области внешних сношений делегации России на Генуэзской конференции*(167) .

Наиболее сложно шло формирование такого субъекта федеративных отношений, как ЗСФСР, которая возникла исторически последней, непосредственно перед образованием Союза. Столь позднее создание республики объяснялось особой сложностью исторической обстановки, национальных отношений и субъективными качествами местных руководителей.

Советская власть в Закавказье возникала специфическим путем. Первоначально в конце 1917 года она сумела победить лишь в Азербайджане и то не во всем. Ее строительству мешали как местные буржуазные элементы, так и иностранные интервенты. В результате сложной борьбы в мае 1918 года здесь были созданы три буржуазные республики, находившиеся под фактическим господством интервентов и не признанные Советской Россией. Правда, в мае 1920 года, как уже отмечалось, одна из них - Грузинская - была признана де-факто. В 1920 - начале 1921 года в Азербайджане, Армении и Грузии буржуазные правительства были свергнуты и создана советская государственность соответствующих народов. Советские республики Закавказья установили отношения с Россией, аналогичные тем, что уже существовали у нее с Украиной и Белоруссией. Но в Закавказье имелась еще одна проблема, специфичная для него. Дело в том, что национальные государства, созданные здесь, были значительно меньше и слабее, чем Россия и Украина. Они, правда, могли сравниться с Белоруссией на момент ее вхождения в СССР. Кроме того, закавказская экономика веками складывалась как единая, и разобщение ее в рамках отдельных государств было пагубно как для всего края, так и для каждой республики в отдельности.

Между тем буржуазные республики, провозглашенные в 1918 году, не только обособились друг от друга, но и вступили в конфликт между собой. Провозглашение Советской власти, осуществление Российской Коммунистической партией единого руководства закавказскими организациями позволили нанести первый удар по национализму и сепаратизму каждой из республик и создать условия для их интернационального сплочения. Однако преодолеть уже накопившиеся противоречия было не просто. Первоначально решили пойти по линии экономического объединения суверенных государств. Условия нэпа, установившегося и в Закавказье, способствовали экономическому развитию республик, но вызывали и определенные проблемы. Важнейшей из них была неопытность и неподготовленность руководящих кадров Грузии, Азербайджана и Армении в вопросах внешних экономических отношений, обусловившая, например, неудачи в деле предоставления концессий зарубежным капиталистам. Одни из концессионеров просто не смогли организовать производство, другие же - пытались повести свою работу хищнически с ущербом для природы и экономики Закавказья. Так, не удалось наладить производство угля в Ткварчели и марганца в Чиатурах. Один заграничный барон заключил концессию на вырубку леса в Грузии, которая могла нанести непоправимый ущерб экологии, в частности, источникам минеральных вод, привести к громадной эрозии почвы.

Вместе с тем для всего объединения Советских республик, всего Советского государства имело смысл, чтобы Закавказские республики повели самостоятельную внешнеэкономическую политику, поскольку прямые связи между Западом и советским Закавказьем, оставлявшие как бы в стороне Москву, было наладить легче*(168) . Все эти обстоятельства обусловили двоякую задачу: с одной стороны, обеспечить определенную самостоятельность Закавказья в хозяйственных вопросах, а с другой - консолидировать его республики для проведения единой экономической политики.

Громадное значение в этом деле имело управление транспортом, тем более что система железных дорог в Закавказье строилась так, что их обособление в рамках республик решительно затрудняло организацию перевозок. Поэтому уже 6 марта 1921 года на объединенном заседании ЦК РКП(б) Грузии и Ревкома ССР Грузии было принято решение "об объединении Закавказских железных дорог (Грузии, Азербайджана и Армении)". Правда, осуществление решения откладывалось до "наступления благоприятных условий"*(169) .

Одновременно возникла идея объединения внешнеторговой деятельности Закавказских республик, создания единого внешторга, которую выдвинул Г.К. Орджоникидзе.

Однако эти усилия встретили известное сопротивление у некоторых сепаратистски настроенных работников Закавказья, прежде всего Грузии (Элиава, Сванидзе) и Азербайджана (Гусейнов, Касумов).

Сепаратистские настроения местных начальников подогревались тем, что в каждой из республик норовили использовать внешнюю торговлю Закавказья в своих узких интересах, причем часто за счет соседей, например, Грузия и Армения в качестве внешнеторговой валюты использовали бакинскую нефть, получаемую от Азербайджана бесплатно.

10 апреля 1921 г. Г.К. Орджоникидзе созвал Пленум ЦК Азербайджанской Компартии и поставил вопрос об экономической консолидации Закавказья. Было решено объединить железные дороги и внешторги Закавказских советских республик. Предполагалось создание закавказского Объединенного внешторга, который должен был сконцентрировать в своих руках соответствующую деятельность всех Закавказских республик. Это опиралось на предварительную договоренность с органами Грузии и Армении.

В июне 1921 года состоялся Пленум Кавказского бюро РКП(б) - единого партийного органа для всех закавказских республик. Он принял серьезные решения, направленные на экономическое объединение Кавказских республик. Любопытно предполагалось строить систему органов внешней торговли: Обвнешторг должен был руководить только независимыми республиками Закавказья, а Абхазия, Дагестан и Горская АССР включались в сферу деятельности Наркомата внешней торговли РСФСР.

2 июня на совещании представителей Азербайджана, Армении и Грузии было подписано соглашение об объединении органов внешней торговли трех республик.

Однако эти и другие меры натолкнулись на известное сопротивление руководящих работников республик. Становилось ясным, что сначала нужно добиться единства политического.

К этому звала и внешняя обстановка. В 1920-1921 гг. не прекращались всякого рода провокации Закавказья со стороны Персии и особенно Турции. Последняя вела, по существу, военные действия против Советских республик. Поэтому очень важно было сплотить Закавказские государства как на военном, так и на дипломатическом фронтах. В этом отношении серьезное место занимали разного рода переговоры Закавказских республик, увенчавшиеся Карским договором с Турцией, подтвердившим суверенитет Советских Азербайджана, Армении и Грузии над их территориями. В установлении территории названных республик возникли две проблемы: с одной стороны, Турция старалась тем или иным способом поставить некоторые земли под свой контроль (Нахичевань, Аджария, часть Армении), с другой стороны, возникла проблема некоторых республик (Абхазия, Аджария), которые хотели получить статус независимых, а не автономных. Карский договор закрепил Нахичевань за Азербайджаном, но обязал его предоставить области определенную автономию. Суверенитет над Батумом и его округом был закреплен за Грузией. Были решены некоторые вопросы, касающиеся пограничных хозяйственных связей (например, право сезонного перегона скота через границу в обе стороны)*(170) .

В ходе работы Карской конференции родилась и идея объединения Закавказских республик в федерацию. Вскоре после этого о ней шел разговор и на заседании Кавказского бюро РКП(б)*(171) , поскольку необходимость объединения как раз ярко выявилась в ходе борьбы за суверенные права Закавказских советских республик.

В ноябре 1921 года идея Закавказской Федерации уже широко и бурно обсуждалась в партийных организациях Закавказья, а затем была перенесена, естественно, на решение центральных партийных органов, в Москву. Здесь она была в принципе одобрена, в том числе и лично Лениным, но с некоторыми оговорками против спешки, поскольку в Грузии создалась известная оппозиция, направленная против объединения республик.

В результате подготовительной работы 12 марта 1922 г. Полномочная конференция Центральных исполнительных комитетов Закавказских республик приняла "Союзный договор об образовании Федеративного союза социалистических советских республик Закавказья". По существу, впервые в истории нашего государства создавалось классическое федеративное объединение: три государства соединялись в нечто новое. Органы Закфедерации воздвигались над органами всех трех республик, входивших в объединение на равных правах.

В науке, правда, выдвигалось мнение, что Закавказский федеративный союз был не федерацией, а конфедерацией, поскольку конструкция государственных органов выглядела еще довольно слабой и несовершенной. И само название объединения было весьма двусмысленным, противоречивым. Если это союз, то уже не федерация, а конфедерация. Однако если в названии объединения прямо написано "федеративный", то вроде бы следует ему верить. Большинство авторов склоняется, однако, к тому, что Закавказский федеративный союз был все-таки федерацией. А по названию, как уже отмечалось, и РСФСР не соответствовала своему содержанию. К тому же вскоре будет создана одна бесспорная федерация, которую, тем не менее, назовут Союзом, - СССР.

Неопределенный характер Закфедерации сохранялся, однако недолго, поскольку, как уже отмечалось, в середине декабря того же года она была преобразована в безусловно федеративное государство - Закавказскую Социалистическую Федеративную Советскую Республику. Вот это-то государство и стало членом - учредителем Советского Союза, равноправным с ранее возникшими республиками. Характерно, однако, что в Договоре об образовании СССР упоминается не только о самой Закфедерации, но и ее членах - Грузии, Азербайджане, Армении, хотя и в скобках. Очевидно, это следствие той борьбы, которую пришлось выдержать в ходе создания СССР с грузинскими сепаратистами. Впрочем, в тексте Договора отдельно об этих республиках не говорится, только в преамбуле.

Следует отметить, что в Союзе все образовавшие его республики приобрели полное равноправие, чего до сих пор, в общем-то, не было. Правовые акты, а тем более практика их осуществления, связывавшие Украину, Белоруссию, Закавказье между собой и с Россией, не отличались идентичностью, не говоря уже о том, что и сама Россия не была равноправна с этими государствами. Только теперь в составе СССР они получили полное равноправие вне зависимости от размера, численности населения, развития и т.п.

Несколько по-другому обстояло дело с новыми членами Союза, вошедшими в него в ближайшие годы.

Если первые члены Союза были прежде частями Российской империи, то новые республики образовались более сложным путем - за счет (во всяком случае, частично) присоединения государств, пока еще не являвшихся социалистическими на момент 1922 года. Ведь Хорезм и Бухара не случайно назывались народными республиками, а не социалистическими, что говорило о более низком уровне их социального развития.

Собственно говоря, нужно с определенной осторожностью говорить даже о статусе Хивы и Бухары до революции. В науке шел спор по этому поводу. Формально Хивинское ханство и Бухарский эмират были самостоятельными государствами, связанными с царской Россией не вполне ясными правовыми узами. Их называют порой вассальными, порой - протекторатом, но, во всяком случае, суверенные права Хивы и Бухары были ограничены в пользу Российской империи. После Октябрьской революции вместе с падением империи отпали и эти ограничения. Больше того, в благодарность за свое освобождение правящие круги среднеазиатских государств организовали, не без участия Англии и даже Турции, не говоря уже о белогвардейцах, антисоветский фронт против, прежде всего, Туркестанской Республики. Однако революционные силы внутри этих государств, причем не только коммунисты, но и левые буржуазные организации, называемые обычно младохивинцами, младобухарцами, добились свержения власти хивинского хана и бухарского эмира в 1920 году, конечно, при помощи Красной Армии. Образовались Хивинская и Бухарская советские народные республики, возглавленные первоначально блоком коммунистов и левых буржуазных организаций. Такой альянс не мог не привести к серьезным противоречиям, которые не сразу, но скоро обусловили известный кризис. Ведь до революции в Хиве и Бухаре сохранялись не только феодальные, но и родоплеменные отношения.

Характерными для среднеазиатских республик были и этнические противоречия, вытекавшие из их многоплеменного состава населения. Так, в Бухаре было более 50% узбеков, 31% таджиков, 10% туркмен, а также казахи, киргизы и другие народы. В Хиве проживало 60% узбеков, 25% туркмен, 15% каракалпаков, казахов и других народов*(172) . Уже после образования советских республик здесь проходили даже вооруженные столкновения между узбеками и туркменами. Да и вообще в Средней Азии сильны были антиузбекские настроения.

Кроме того, нельзя забывать, что среднеазиатские республики были небольшими по количеству населения, особенно Хорезм, где проживало всего 600 000 человек. Такое государство вряд ли могло быть жизнеспособным.

Все эти обстоятельства воспрепятствовали вступлению Бухарской и Хорезмской советских народных республик в состав СССР при его образовании. Однако проблема была разрешена путем национально-государственного размежевания Средней Азии, то есть полной перекройки ее карты. В результате, в конечном счете, образовались три новые советских социалистических республики, вступившие в два приема в Советский Союз. Первые из них стали новыми членами советской федерации уже вскоре после принятия Конституции СССР. Это были Узбекская и Туркменская советские социалистические республики.

Однако новые республики образовались не только за счет Бухары и Хорезма, но и путем объединения с ними территории Туркестанской АССР, входившей до сих пор в состав РСФСР. В этой республике также царила многоэтничность. Поэтому задача состояла в том, чтобы выделить территории, более или менее компактно заселенные тем или иным народом, создав на каждой из них государственное образование, заселенное титульной национальностью, которая должна была составлять этническое большинство. Поэтому наряду с двумя названными государствами были сразу образованы Таджикская АССР, вошедшая в состав Узбекистана, а также - автономная область, которая сформировалась непосредственно в составе России, - Кара-Киргизская.

28 января 1924 г. Среднеазиатское бюро ЦК РКП(б) совместно с Исполнительным бюро ЦК Коммунистической партии Туркестана утвердило проведение национально-государственного размежевания в Средней Азии*(173) .

Новые советские республики формировались из разнородных политических образований, обладавших (и не обладавших) различными суверенными правами. Туркестанский край, естественно, не обладал никаким суверенитетом. С момента преобразования его в 1918 году в Туркестанскую АССР он получил весьма широкую автономию. Одно время там даже имелись свои войска и свои денежные знаки (до самого 1920 года). Тем не менее говорить о независимости Туркестана пока что не приходилось. Но когда встал вопрос о размежевании Средней Азии, пришлось подумать и об отделении автономной республики от России. Эта проблема могла решаться вполне легально, с позиций Конституции РСФСР. допускала возможность "выхода из Российской Федерации отдельных частей ее". Можно спорить, что имела в виду Конституция - односторонний выход или обязательное согласие России на отделение от нее какой-то территории. Скорее всего, здесь имелось в виду именно первое, то есть не согласие на отделение, а констатация самого факта. Хотя еще до принятия Основного закона 1918 года был прецедент признания независимости Финляндии, которое выглядело вроде бы как санкция на отделение. Но на деле уже тогда России ничего не оставалось, как признать независимость нового государства, поскольку как-то воспрепятствовать ей Россия не могла ни политически, ни юридически. Таким же образом приходилось позже уже на основе Конституции признавать независимость Прибалтийских республик.

Что же касается Туркестана, то здесь дело обстояло проще: никаких коллизий не было и не могло быть, ибо вопрос был предрешен директивно, да и нормативно тоже.

Однако на деле судьба Туркестана решалась по-другому. Он сам не выходил из России, но его ЦИК разрешил народам республики выйти из ее состава по отдельности и образовать свои политические единицы - узбекскую, туркменскую, киргизскую и пр.*(174) Таким образом, республика как бы растаскивалась по частям, которые затем соединялись с аналогичными образованиями Бухары и Хорезма. Сходный документ 20 сентября 1924 г. принял V Всебухарский курултай Советов, то же сделали и в Хорезме.

14 октября 1924 г. Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет утвердил постановление ЦИК Автономной Туркестанской ССР о размежевании Туркестана. Тем самым решалась судьба автономной республики, и одновременно предвосхищалось образование новых членов Союза ССР.

Среди прочих государственных образований постановление Туркестанского ЦИК, а вслед за ним и ВЦИК признавали, что узбекский и туркменский народы образуют независимые советские республики, то есть статус их заранее определялся. Постановление Бухарского курултая ушло еще дальше: оно устанавливало "решительную необходимость для социалистического Узбекистана и Туркменистана - в целях социалистического строительства, обороны от империализма и по международному братству трудящихся примкнуть к Союзу Социалистических Советских Республик".

27 октября вопрос о размежевании обсудил Центральный Исполнительный Комитет Союза ССР. Он трактовал постановления республик Средней Азии в том смысле, что они не только размежевываются, но и заранее решают вопрос о вступлении Узбекистана и Туркмении в состав Союза.

17 февраля 1925 г. I съезд Советов Узбекской ССР принял "Декларацию об образовании Узбекской Союзной Советской Социалистической Республики".

В этом документе можно отметить три важнейших момента, притом своеобразных. Прежде всего, конечно, провозглашается и фиксируется образование нового советского государства - Узбекской Советской Социалистической Республики. По идее, ее следовало бы назвать независимым, суверенным государством. Однако уже в самом названии документа, а потом и в тексте мы видим слово "союзная". Сначала даже не ясно, что бы это могло означать. Однако вскоре дается разъяснение: провозглашенная республика одновременно заявляет "о своем непреклонном решении о добровольном вхождении в Союз ССР на правах полноправного члена".

Следует отметить, как видим, что с точки зрения юридической вступление Узбекистана в Союз проходило в других условиях, чем это было для Украины, Белоруссии и Закавказья. Если первые члены Союза переходили из фактически автономных в суверенные республики, то Узбекистан, став независимой советской республикой, получил ничем не ограниченный суверенитет. Правда, он тут же его и ограничил, назвав себя "союзной республикой". То есть временного разрыва между провозглашением независимости и признанием над собой суверенитета Союза как будто бы почти не было, но юридически здесь следует различать эти две ступеньки.

Кстати, в Декларации отчетливо выражалась мысль, которая витала еще при создании СССР - идея мировой Советской Федерации. Декларация провозглашает: "Да здравствует мировая Федерация Советских Социалистических Республик!"

Аналогично проходило образование Туркменской ССР. Однако в правовом оформлении ее были некоторые особенности.

20 февраля 1925 г. I съезд Советов Туркмении принял "Декларацию об образовании Туркменской Советской Социалистической Республики". Обращает на себя внимание, что в отличие от узбекской эта Декларация не называет Туркмению союзной республикой. Подобно своей предшественнице Декларация также говорит о перспективах развития Советского государства. Но в отличие от нее она видит в будущем в мировом масштабе не федерацию, а "мировую Советскую Социалистическую Республику"*(175) . Трудно сказать вкладывался ли в это различие какой-то смысл или это просто редакционные вольности, но важна общая идея единой мировой советской государственности.

Съезд провозглашал создание независимой Туркменской Республики. И подобно узбекскому он определял точную территорию и административное деление республики. Но если Узбекистан подразделялся на области, то Туркмения - на округа.

В документе также говорилось о вступлении республики в состав Союза, но формулировки здесь были более четкие и осторожные, чем в узбекской Декларации. Отмечалось лишь желание "войти на правах полноправного члена в Союз Советских Социалистических Республик".

В отличие от узбекской, рассматриваемая Декларация по существу являлась уже наброском Конституции республики. В ней говорилось, между прочим, о характере Туркменской Республики. Хотя государство это было национальным, но вместе с тем оно являлось все-таки и многонациональным, и интернациональным. Поэтому закон фиксировал классовый, а не национальный характер Туркмении. Она являлась "государством всех трудящихся".

В Декларации содержались статьи, посвященные общественному строю республики, правам ее граждан, списанные в основном из Конституции РСФСР 1918 года. Любопытно упоминание о государственном языке Туркмении, вернее, языках. Ими признавались одновременно туркменский и русский.

Хотя Декларация говорила лишь о желании вступить в Союз, тем не менее она рассматривала республику уже и как часть Советского Союза: "Туркменская Советская Социалистическая Республика, входя на правах полноправного члена в Союз Советских Социалистических Республик, осуществляет свою государственную власть самостоятельно, и суверенитет ее ограничен лишь в пределах, указанных Конституцией Союза Советских Социалистических Республик по предметам, относимым ею к компетенции Союза". Таким образом, Туркмения чувствовала себя членом Союза, еще не войдя в него формально. Очевидно, согласие СССР на вступление Туркмении в него считалось само собой разумеющимся.

В Декларации, по существу, цитировались статьи, касающиеся суверенных прав союзных республик применительно к Туркмении, содержавшиеся в Конституции Союза. В том числе о праве свободного выхода, о неизменяемости территории и т.д.

13 мая 1925 г. вступление Туркмении и Узбекистана в состав Союза было оформлено постановлением III Всесоюзного съезда Советов, формулировки которого были, однако, довольно своеобразны. Съезд не говорит о принятии республик в состав Союза, а "приветствует свободное волеизъявление народов Туркменской и Узбекской Социалистических Советских республик о вхождении в состав Союза ССР". Нормативно этот акт оформляется в виде распространения действия "договора об образовании Союза ССР на Туркменскую и Узбекскую Социалистические Советские Республики". Президиуму ЦИК Союза поручается разработать проект из мнений Конституции Союза и внести его на утверждение того же съезда. Это поручение было незамедлительно выполнено, и 20 мая 1925 г. съезд Советов внес в Конституцию Союза изменения, касающиеся конструкции высших органов власти СССР, и некоторые другие, обеспечивающие гарантии прав новых членов федеративного государства.

6 октября 1926 г. ЦИК Туркменской ССР утвердил и ввел в действие Конституцию республики и постановил внести ее текст на окончательное утверждение II съезда Советов Туркмении. Как видим, в республике повторили процедуру принятия Конституции в соответствии с прецедентом, созданным введением в действие Основного закона СССР.

Конституция Туркмении уже исходила из существования Основного закона Союза и подобно другим конституциям союзных республик регулировала те вопросы, которые не предусмотрены в нем, то есть проблемы общественного строя, прав и обязанностей граждан, конструкции государственного механизма республики и т.п. Естественно, что в ней было предусмотрено и разграничение суверенных прав Туркмении и Союза.

Преобразования в Средней Азии и Казахстане проходили, конечно, не без борьбы мнений и интересов. Здесь сталкивались две прямо противоположные тенденции. С одной стороны, работники соответствующих национальностей хотели иметь свою государственность, в которой они могли бы занять надлежащее положение. С другой стороны, в Средней Азии наблюдались и прямо противоположные настроения. Существовало мнение о том, что не может быть подразделения на отдельные нации, которые якобы не сложились, что существует некая общая тюркская нация, которая и должна создать свою государственность. Это было проявление так называемого пантюркизма.

Образование двух новых республик в Средней Азии еще не завершило процесс размежевания ее народов. Заключительным аккордом здесь стало преобразование Таджикской Автономной Республики в союзную, т.е. наделение Таджикистана суверенными правами, равными правам других республик Союза.

Еще в постановлении ЦИК Туркестанской АССР, о котором уже говорилось, был затронут вопрос и о государственности таджикского народа. Закон предоставлял "право таджикскому народу выйти из состава ТАССР и образовать автономную Таджикскую область"*(176) . В том же сентябре 1924 года ЦИК Туркестанской АССР постановил созвать съезд Советов Таджикской автономной области. Аналогичное, но более продвинутое решение принял V Всебухарский курултай Советов. В его постановлении от 20 сентября 1924 г. говорилось о создании Узбекской ССР, частью которой должна стать автономная область таджиков.

Однако российские органы подправили решения среднеазиатских. 14 октября 1924 г. ВЦИК издал постановление, которым утверждал упомянутый акт Туркестанской АССР. Но в отношении Таджикистана вносилась корректива: его предполагалось оформить не в автономную область, а в автономную республику, входящую в состав Узбекистана.

27 октября 1924 г. вопросы размежевания Средней Азии обсуждались Центральным Исполнительным Комитетом Союза ССР. Среди других было сказано и о создании Таджикской АССР в составе Узбекистана. ЦИК СССР подтвердил, что "свободное волеизъявление трудового народа является высшим законом" и поручил своему Президиуму "осуществить оформление вновь образующихся республик в Средней Азии согласно решению съездов Советов этих республик".

В Декларации об образовании Узбекской ССР, принятой ее I съездом Советов 17 февраля 1925 г., говорилось и о вхождении в состав нового суверенного государства Автономной Таджикской Республики.

Таким образом, уже в ходе создания таджикской государственности идея о ее форме претерпевала изменения в сторону повышения. Но на этом дело не остановилось. Уже вскоре Таджикская Республика была преобразована в союзную. Решения об этом последовательно принимались III Чрезвычайным съездом Советов Таджикистана и Центральным исполнительным комитетом Узбекской ССР, а 5 декабря 1929 г. соответствующий акт издал и ЦИК Союза. Он "приветствовал...решение народов Узбекской и Таджикской республик" и постановил распространить действие договора об образовании Союза ССР на Таджикскую Социалистическую Советскую Республику, изменив соответственно текст договора. Под договором понимается текст, составляющий второй раздел Конституции СССР.

Таким образом, в результате размежевания народы Средней Азии, и таджикский в том числе, впервые в истории получили свою национальную государственность. Прежде таджики были разорваны по преимуществу между Туркестанской АССР и Бухарской Советской Народной Республикой. В Туркестане проживало 47,7% таджиков, а в Бухаре - 52,3%. Конечно, и в Таджикской ССР население было неоднородным. Таджики составляли большинство, их было 65,4%, но остальные граждане принадлежали к разным национальностям.

Национально-государственное размежевание Средней Азии проводилось не одномоментно, оно растянулось в общей сложности почти на десятилетие. Это, однако, не повлияло на правовой статус новых членов Советского Союза. Среднеазиатские республики по Конституции и на практике получили те же права, что и первые члены Союза. Что же касается обязанностей, то на практике их было меньше. Первые члены Союза, а особенно Россия, брали на себя некоторые обязанности, которые могли быть обременительными для прежде отсталых районов страны. Но об этом несколько позже.

В то же время Советский Союз принимал на себя новые заботы, с которыми не могли справиться только что возникшие новые советские государства. Сюда, прежде всего, относилась борьба с басмачеством, особенно острая в Таджикистане. Красной Армии СССР пришлось оказать решительную поддержку вооруженным силам среднеазиатских государств, с тем чтобы уничтожить или выдворить за пределы страны контрреволюционных бандитов. В основном они бежали в Афганистан.

В деле борьбы с политическим бандитизмом большую роль играла и экономическая поддержка, преимущественно со стороны России. Чтобы показать народам Средней Азии преимущества Советской власти, нужно было, прежде всего, создать условия для экономического развития, надо было сразу и всесторонне доказать, что Советская власть заботится об улучшении благосостояния разоренного нищего района, обладающего, однако, огромной потенцией. В частности, в Таджикистан перевозились из России, из Подмосковья целые текстильные предприятия, для которых в этом хлопковом районе была прекрасная сырьевая база.

Следует отметить, что национально-государственное размежевание Средней Азии проводилось по инициативе здешних органов. Так, этот вопрос, например, был поднят уже 25 февраля 1924 г. на Пленуме ЦК Бухарской компартии, признавшем вопрос о размежевании вполне своевременным. В мае того же года Средазбюро ЦК РКП(б) закончило подготовку материалов по размежеванию.

Как видим, инициатива исходила к тому же от партийных органов, к которым, конечно, присоединились и советские. Результатом этого явилось постановление ЦК РКП(б) 12 июня 1924 г. "О национальном размежевании республик Средней Азии".

Как видим, решениям о размежевании предшествовали надлежащие акты о преобразовании народных республик в социалистические. В Бухаре это произошло буквально накануне размежевания. Очевидно, что такое преобразование носило формальный характер, поскольку за короткий срок, конечно, все республики Средней Азии не могли сделать сколько-нибудь крупных шагов по коренному преобразованию своего общественного строя. Но размежевывать разнотипные государства было неудобно.

Конечно, инициатива среднеазиатских партийных и государственных органов была решительно поддержана в Москве. Так, для разработки всех вопросов, связанных с преобразованием Таджикистана в союзную республику, Президиум ЦИК СССР создал специальную комиссию. При этом общесоюзный орган решил не довольствоваться актами руководящих органов Таджикистана, а вынести вопрос на обсуждение широких народных масс. На расширенных пленумах кишлачных Советов, туменских и вилайетских исполнительных комитетов, на рабочих и дехканских собраниях и митингах таджикский народ выразил единодушное желание вступить непосредственно в Союз ССР. Это было зафиксировано Президиумом ЦИК Таджикской АССР, принявшего решение о созыве Чрезвычайной сессии ЦИК Советов и проведении с 1 по 15 сентября 1929 г. пленумов джамагатских Советов по вопросу о выделении Таджикистана в самостоятельную республику и задачах дальнейшего хозяйственного и культурного строительства. Совнаркому было предложено провести реорганизацию наркоматов в соответствии с конституционными положениями о наркоматах союзных республик*(177) .

10 сентября 1929 г. ЦИК Советов ТАССР обсудил вопрос о выделении Таджикистана в самостоятельную союзную республику.

В обоснование этого ЦИК привел традиционный довод о культурном, хозяйственном и политическом росте республики за годы Советской власти, а также о воле и требованиях трудящихся масс республики к повышению формы государственности Таджикистана. Было решено на пути к следующей ступени преобразования созвать Чрезвычайный съезд Советов республики в октябре того же года. Вместе с тем принималась программа дальнейшего экономического, политического и культурного строительства, в том числе и нетаджикских национальных меньшинств, поскольку республика все же оставалась полиэтничной.

В отношении национального вопроса в Таджикистане возникали и другие проблемы. Местные националисты заявили претензии Узбекистану в отношении некоторых территорий, которые здесь считали таджикскими.

15 октября съезд Советов Таджикистана открылся, а на следующий день он принял Декларацию о преобразовании Таджикской АССР в союзную республику. Решили также переименовать столицу республики Дюшамбе в Сталинабад, что было вскоре утверждено Президиумом ЦИК Союза.

5 декабря того же года ЦИК Союза ССР постановил распространить действие Договора об образовании СССР на Таджикскую Республику. IV съездом Советов Союза ССР в марте 1931 г. Таджикская ССР была принята в состав Союза ССР, что явилось завершением процесса преобразования Таджикистана в союзную республику*(178) .

Таким образом, процесс формирования членов Союза на данном этапе завершился. Все они приобрели предусмотренные Конституцией суверенные права и обязанности.

Ни о каких иных членах федерации, членах Советского Союза Конституция не говорила. Вместе с тем в ней, между прочим, упоминалось об автономных образованиях, в том числе республиках. Но ни перечисление их, ни определение правового статуса в принципе не давались. Вообще об автономиях, в том числе и об АССР, речь шла лишь при формировании органов власти Союза, главным образом Совета Национальностей ЦИК.

Особо следует сказать о членах Закавказской Федерации - Азербайджане, Армении и Грузии, которые не являлись непосредственно членами Союза, но также и не имели статуса автономных республик. Они были субъектами федеративных отношений, но не внутри Союза ССР, а внутри ЗСФСР. Поэтому их статус определялся Конституцией Закавказской Федерации, а не Союзом, хотя некоторые сведения о нем в Основном законе 1924 года давались.

Посмотрим теперь конкретно, каково было распределение этих прав между Союзом и союзными республиками по Конституции 1924 года, т.е. каковы были границы их суверенитета.

3. Разграничение компетенции Союза и республик

Этому вопросу посвящена уже Конституции, определяющая права Союза через компетенцию его высших органов. Естественно, что в нее входят наиболее крупные вопросы, которые по своей природе могут и должны решаться именно на уровне всего советского государства. Среди них следует отметить, прежде всего, вопросы, связанные с внешними функциями Союза, которые полностью сосредоточены в руках Центра. К ним относятся: "а) представительства Союза в международных сношениях, ведение всех дипломатических сношений, заключение политических и иных договоров с другими государствами". После Гаагской конференции, проходившей накануне образования СССР и знаменовавшей собой прорыв советских республик на международную арену, началась пора признания Советского государства в качестве субъекта международного права. Одна за другой капиталистические страны, скрепя сердце, стали завязывать дипломатические связи с Российской Федерацией, которой союзные с ней республики передали свои полномочия. Уже в заявлении Советской делегации на первом пленарном заседании конференции было указано, что "оставаясь на точке зрения принципов коммунизма, Российская делегация признает, что в нынешнюю историческую эпоху, делающую возможным параллельное существование старого и нарождающегося нового социального строя, экономическое сотрудничество между государствами, представляющими эти две системы собственности, является повелительно необходимым для всеобщего экономического восстановления"*(179) .

Вслед за государствами, признавшими Советскую Россию еще до Генуэзской конференции в июне 1922 года, были установлены дипломатические отношения РСФСР с Чехословакией. 15 сентября 1922 г. советская печать опубликовала сообщение о том, что Соединенные Штаты Америки предлагают России вступить в переговоры о восстановлении деловых связей. Однако американцы выдвигали определенные условия, которые не могли устроить РСФСР. В ответ американской стороне было сделано заявление о желании Советской России договариваться с Америкой, но на приемлемых условиях.

Сходную позицию Советское государство заняло в переговорах с Японией, которая почему-то затягивала их. В телеграмме заместителя народного комиссара иностранных дел РСФСР уполномоченному Советского правительства по переговорам с Японией А.А. Иоффе давалась гордая инструкция: "Дайте понять, что Россия вернулась на Тихий океан и что всякие иллюзии насчет нашей слабости и возможности третировать нас как неравную державу бесплодны". Далее следовало: "разрыв непосредственно нам не опасен и мы можем ждать договора не один месяц"*(180) .

Как помним, независимые советские республики доверили делегации РСФСР на Генуэзской конференции представлять свои интересы, причем не только в Генуе, но и по любым другим вопросам. Это обычно называют дипломатическим союзом. Однако и после конференции советские республики продолжали самостоятельно выступать в международных сношениях. Так, ДВР в ноте правительству Японии протестовала против поддержки японцами белогвардейских отрядов. 17 июня 1922 г. УССР, которая имела свое представительство в Чехословакии, направила через него протест против созыва в Праге антисоветского студенческого конгресса. В июне Хорезмская Советская Народная Республика заключила экономическое соглашение с самой РСФСР. Можно привести и другие факты.

После образования СССР внешние дела на практике не сразу перешли в руки Союза, может быть, правда, потому, что еще не были созданы надлежащие органы СССР, а может быть, и потому, что Договор-то был принят, как отмечалось, пока что условно. Во всяком случае, 3 января 1923 г. исполняющий обязанности народного комиссара иностранных дел РСФСР направил ноту премьер-министру Албании Зогу по поводу репатриации албанских граждан*(181) . 6 января он же обратился с нотой к министру иностранных дел Норвегии. Интереснейший документ датирован 7 января. Это нота российско-украинско-грузинской делегации председателям Лозаннской конференции. Любопытно, что наряду с российской и украинской делегациями упоминается даже не закавказская, а грузинская делегация. Следовательно, Грузия пока что мыслится как субъект международных отношений. Та же компания направила еще несколько нот тому же адресату. Характерно, однако, что документы подписаны одним лицом - председателем названной делегации, наркомом иностранных дел РСФСР Г.В. Чичериным. Следует оговориться, что, очевидно, после образования СССР не успели или не сочли нужным заменять тройственную делегацию единой новой делегацией СССР. 19 февраля заместитель наркома иностранных дел Украины направил ноту поверенному в делах Польши в УССР с сообщением, что Украинское правительство присоединяется к предложению, сделанному Российским правительством от 31 января того же года по вопросам репатриации. 15 марта нарком иностранных дел ЗСФСР заявил протест председателю Совета министров и министру иностранных дел Италии Б. Муссолини по поводу нарушения прав закавказского дипломата. Как видим, в течение месяцев сохраняется определенная инерция в переключении суверенных прав республик на союзное государство. Все меняется в июле, когда создаются органы управления Союза. 13 июля Центральный Исполнительный Комитет Союза издал Декрет, в котором опубликовал Обращение Президиума ЦИК Союза ко всем народам и правительствам мира, в котором сообщал о создании нового государства, принятии его Конституции , разграничении прав между органами СССР и союзных республик. Тем самым иностранным державам сообщалось, к кому они теперь должны обращаться по разным делам*(182) . А уже через несколько дней Советский Союз проявляет себя по конкретным вопросам в международной политике. 16 июля замнаркома иностранных дел Союза направляет ноту председателю торговой делегации Персии в СССР, на другой день неофициальный представитель Наркомата иностранных дел СССР Б. Сквирский опубликовал заявление по поводу репатриации из Соединенных Штатов в Россию.

Однако и после этого имеют место отдельные сношения органов союзных республик непосредственно с иностранной державой. Так, 18 июля 1923 г. представительство Украинской ССР в Чехословакии направило ноту министерству иностранных дел Чехословакии по поводу репатриации различных категорий граждан. 19 июля мы наблюдаем новый документ уже известной российско-украинско-грузинской делегации на Лозаннской конференции, подписанный по-прежнему Г.В. Чичериным. А 21 июля нарком иностранных дел РСФСР направил ноту поверенному в делах Германии в РСФСР. Документ подписан также Г.В. Чичериным. В нем сообщается, что Россия в связи с образованием СССР передает все внешние сношения в сферу компетенции Союза. Аналогичные ноты были направлены представителям Австрии, Афганистана, Великобритании и других государств, аккредитованных в СССР.

А через два дня Г.В. Чичерин сообщает о том же и тем же державам уже в качестве наркома иностранных дел Союза. И дальше следует нормальная деловая переписка с различными государствами по различным делам - с Турцией, Францией, Персией и пр. 30 января 1924 г. Наркоминдел направил ноту всем иностранным представительствам в СССР с указанием на неправильное название государства, к которому они обращаются при переписке. Часто Советский Союз называют Россией, что совершенно недопустимо.

Не меньшее значение имело предоставление Союзу права установления системы внутренней торговли. Но еще важнее была организация промышленности, закрепленная за Союзом. Она имела не только экономическое, но и политическое значение. В решении XII съезда Коммунистической партии говорилось: "только развитие промышленности создает незыблемую основу пролетарской диктатуры"*(184) .

Но Конституция предусматривала руководство со стороны Союза не только отдельными отраслями народного хозяйства, но и хозяйством вообще (п. "з" ст. 1). Этот пункт был вскоре же реализован в Положении о Совете труда и обороны Союза, утвержденном СНК СССР 21 августа 1923 г. и предусматривавшем создание специального органа "в целях осуществления хозяйственного и финансового планов Союза ССР"*(185) . Очень хорошо о значении объединения народного хозяйства в рамках Союза говорит Положение о Государственной плановой комиссии СССР, утвержденное в тот же день. Отмечая цель создания Госплана, Положение говорит о необходимости согласования планов народного хозяйства отдельных, входящих в Союз, советских социалистических республик, разработки единого союзного перспективного плана государственного хозяйства*(186) .

Относилось к ведению Союза и заключение концессионных договоров. Правда, эта сфера деятельности оказалась неширокой, но не по вине нашей страны. Западные предприниматели не ринулись с предложениями, на чем много потеряли. И наоборот, те, кто были посмелее, как, например, известный А. Хаммер, нажили недурные капиталы на концессионных предприятиях.

При использовании нерусских кадров в царской армии стремились рассеять их по различным частям и соединениям. В принципе, кроме названных, никаких национальных формирований в вооруженных силах не существовало, правда, в ходе мировой войны начали создавать латышские, армянские, югославянские и некоторые другие части*(188) . Предполагалось использовать вековую ненависть порабощенных прибалтийских народов к немцам.

Принципиально иную политику проводило Советское государство. Кроме тех воинских формирований союзных республик, которые влились в Красную Армию во время гражданской войны, уже в мирное время был взят курс на создание национальных воинских формирований, о чем специально говорилось в решении ХII съезда РКП(б)*(189) . Однако никаких республиканских армий не создавалось.

Проблема республиканских займов потеряла свою актуальность в начале 30-х годов, когда была проведена конверсия государственных займов. Облигации всех внутренних займов были обменены на документы одного нового займа со всеми вытекающими отсюда последствиями. И в дальнейшем новые республиканские займы уже не проводились.

Среди экономических прав союзных республик Конституция выделяет и торговые. Если внешняя торговля отнесена целиком к ведению Союза, то с внутренней дело обстоит сложнее. Поскольку Союзу дано право устанавливать только систему внутренней торговли, то все остальное, очевидно, могут делать сами республики, однако грань между тем и другим провести довольно трудно (п. "ж" ст. 1). В условиях нэпа вопросы торговой деятельности занимали весьма важное место в делах государственных. XIII конференция РКП(б) в январе 1924 г. специально отметила необходимость развития государственной и кооперативной торговли: "...поддержка кооперации и развитие государственной торговли, отвоевание ими на основе конкуренции позиций у частного торгового капитала, экономическое использование ими этого капитала представляют главнейшую задачу хозяйственной политики партии"*(202) . ХIII съезд партии большевиков принял специальную резолюцию "О внутренней торговле". Она подчеркивает значение рыночных методов в экономике страны, всемерное развитие государственной и кооперативной торговли, особенно на селе, но в то же время использование частного капитала и частника, особенно при заготовке сельхозпродуктов. Эти идеи развиты и в специальной резолюции "О кооперации", имеющей более широкое значение, но, тем не менее, уделяющей большое внимание вопросам кооперативной торговли. "Поскольку оздоровление промышленности уже дало свои положительные результаты, - говорится в документе, - постольку внимание на ближайший период должно быть заострено на организации торговли и кооперации"*(203) .

Как видим, партию мало беспокоит разграничение прав в сфере торговли между Союзом и республиками. Для нее важны совсем иные проблемы.

Более четко проведено разграничение прав в сфере руководства промышленностью. Закон относит к компетенции Союза "установление основ и общего плана всего народного хозяйства Союза" (п. "з" ст. 1). По непосредственному управлению промышленностью различаются предприятия общесоюзные и республиканские, но отнесение их к той или иной группе зависит также от Союза. Такое разграничение допустимо как по отношению к отдельным предприятиям, так и целым отраслям промышленности. Интересно решается вопрос о концессиях. В принципе они теперь отнесены как будто к компетенции и Союза, и республик. Но в то же время республиканские концессии должны заключаться тоже Союзом, но от имени республик.

Более четко разграничены финансовые права Союза и республик. Как и до образования СССР, союзные республики имеют свои бюджеты. Но, как и до этого, такие бюджеты несамостоятельны. Только если раньше они включались в состав бюджета РСФСР, то теперь они входят в состав "единого государственного бюджета Союза Советских Социалистических Республик" (п. "л" ст. 1). Важен при этом вопрос о доходах государственных бюджетов и прежде всего о налогах. Наряду с общесоюзными налогами республики вправе учреждать и свои, но только с разрешения общесоюзных органов.

Финансовые права республик построены так, чтобы обеспечить наилучшее развитие национальных государств, которые заметно отличаются от экономического положения РСФСР. Поэтому на практике финансовая система строилась так, чтобы создать определенное неравенство между более и менее развитыми республиками, с тем чтобы обеспечить выравнивание бюджетов в пользу отстающих.

Важнейший вопрос о земле решается в таком плане, что общие начала землеустройства и землепользования относятся к компетенции Союза. Это предполагает, что детализация проблемы может проводиться силами республик. Да иначе трудно себе представить, поскольку природные условия в различных районах Союза весьма разнообразны, и без их учета невозможно наладить ведение хозяйства. Это различие было проведено республиканскими земельными кодексами, изданными как раз в 20-х годах. В РСФСР ЗК был принят накануне образования СССР, но существенным переделкам после этого не подвергался, поскольку учитывал именно республиканские условия. В пору коллективизации большое значение приобретают общесоюзные акты, притом в первую очередь - партийные. Знаменитое постановление ЦК ВКП(б) 5 января 1930 г. "О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству" исходило именно из того, что коллективизация - дело общесоюзное. В то же время в постановлении отмечались специфические условия отдельных географических районов, по которым и дифференцировалась коллективизация, включая ее темпы. Следует отметить, что определение сроков коллективизации идет не по республикам, а в соответствии с географическими зонами, в зависимости от условий ведения хозяйства в них. Так, первоочередной коллективизации подлежат Среднее и Нижнее Поволжье, Северный Кавказ, остальные зерновые районы должны коллективизироваться несколько позже. Прочие подлежат обобществлению в последнюю очередь.

Некоторое внимание на союзные республики обращается в п. "п" , говорящем о законодательстве. Он оставляет за Союзом определение основ законодательства, "установление основ судоустройства и судопроизводства, а также гражданского и уголовного законодательства Союза". Следовательно, издание надлежащих кодексов остается в компетенции республик. То же относится и к трудовому законодательству.

Таким образом, Конституция , не давая определение понятия суверенитета, практически решает проблему разделения суверенных прав между Союзом и республиками, притом достаточно гармонично. Союз наделяется правами, обеспечивающими его функционирование как могучей единой державы, но республики сохраняют за собой все необходимое для их успешного развития в сторону строительства социализма.

Конституция СССР уже в ст. 1 рассматривает и вопрос о том, кто должен реализовать суверенитет Союза, его компетенцию, поручая это дело надлежащим государственным органам, прежде всего высшим. Но в Основном законе уделяется некоторое внимание и республиканским органам. К рассмотрению структуры и принципов деятельности тех и других мы теперь и приступаем.

СОЦИАЛЬНЫЕ ЯВЛЕНИЯ

формирование своего образа в США. Так, в отношении политической элиты США, Россия может перенять американский прагматичный подход для установления и укрепления партнерских отношений с США, отказавшись от резкой критики в адрес американских властей и оказывая большее внимание перспективам сотрудничества двух стран для реализации собственных национальных интересов. Что касается СМИ, то их оценки происходящих в России процессов опираются на реальные факты, высказывания российских политиков, поэтому методы воздействия на оценки СМИ существуют, и они напрямую связаны с воздействием на процессы, происходящие во внутренней и внешней политике России. Комплексное воздействие на все уровни восприятия может изменить образ России в США в лучшую сторону и способствовать улучшению взаимоотношений этих государств.

К.И. ОЛЕНИНА

ОГРАНИЧЕНИЕ СУВЕРЕНИТЕТА ГОСУДАРСТВА:

ДВЕ СТОРОНЫ МЕДАЛИ

Суверенитет - это полнота законодательной, исполнительной и судебной власти государства на его территории, исключающая всякую иностранную власть; неподчинение государства властям иностранных властей, за исключением случаев явно выраженного, добровольного согласия со стороны государства на ограничение своего суверенитета, как правило, на основе взаимности. В принципе суверенитет всегда является полным и исключительным. Суверенитет - одно из неотъемлемых свойств государства. Важнейшим принципом, вытекающим из самого понятия суверенитета, является неприкосновенность территории государства, противоправность военной оккупации и посягательство на территорию с помощью силы. Таким образом, именно суверенитет делает государство независимым субъектом международных отношений. Более того, именно суверенитет является тем

самым критерием, который позволяет отличить государство от других публично-правовых союзов, отграничить сферу властвования каждого государства как субъекта суверенной власти в пределах своей территории от сферы власти других государств. Эта основа присутствует в Уставе ООН, хотя в нем были заложены и элементы универсализма, возводимые теперь в абсолют. Понятие суверенитета родилось в XVI веке одновременно с национальным государством, и через столетие концепция суверенитета заняла центральное место в философии международных отношений, став сво-

Современная мирополитическая система характеризуется противоборством двух разнонаправленных тенденций - к укреплению суверенитета с одной стороны, и к его ограничению с другой.

его рода ориентиром в практической политике государств. Вторая половина ХХ века, ставшая эпохой быстрых перемен в глобализирующемся мире, казалось бы, лишь укрепила значимость суверенитета. С одной стороны, этому способствовала «холодная война», в ходе которой каждая из соперничающих сверхдержав пыталась консолидировать свою сферу влияния, что могло быть реализовано только в рамках системы государств. С другой стороны, суверенитет как принцип международных отношений упрочился в ходе деколонизации, которая вывела на международную арену широкую группу стран, ставших равноправными участниками международных отношений и получивших гарантии невмешательства в их внутренние дела. В это время и был принят целый ряд документов и резолюций, провозглашающих нерушимость суверенитета и суверенное равенство всех государств. Однако сейчас практика показывает, что суверенитет не столь незыблем и неприкосновенен, как это следует из совокупности международных документов. Государства с традиционными национальными интересами с начала ХХ века - уже не единственные вершители мировой политики и испытывают все более сильное давление вненациональных интересов. В настоящее время ограничение суверенитета стало устойчивым феноменом. На глазах закладываются новые основы миропорядка, которые имеют две стороны: акцент на универсальных наднациональных стандартах и ценностях, или же возврат к так называемому «сверхгосударству».

С одной стороны государства жертвуют частью своих полномочий в пользу «общенациональных интересов», с другой стороны государства стараются как можно сильнее укрепить свой суверенитет, за счет «потерь» других государств.

В последнее время идея «десуверенизации», добровольного или принудительного ограничения суверенных полномочий, натолкнулась на серьезную оппозицию со стороны ряда влиятельных держав - США, Китая, Индии и России.

Идея «десуверенизации» обусловлена различными причинами: «войной с террором» в Соединенных Штатах, интенсивным экономическим развитием в Китае, созданием ядерного оружия и эскалацией межгосударственного конфликта в Индии и Пакистане. Тенденция к утверждению особой роли суверенитета выражается в создании новых геополитических доктрин и стратегий.

А.А. Кокошин видит подтверждение этой тенденции в отказе администрации Дж. Буша-мл. от ограничения суверенитета США в важнейших для всего международного сообщества вопросах - подписании Киотского протокола, выходе из Договора об ограничении систем противоракетной обороны 1972 года и субсидировании сельского хозяйства; в жесткой позиции КНР по обеспечению своего суверенитета над Тайванем и развитии оборонной промышленности; в появлении у Индии весной 1998 года собственного ядерного оружия; наконец, в стремлении России поддержать «справедли-

Нужны ли в современном мире правовые механизмы, регулирующие процесс

добровольного и насильственного ограничения суверенитета?

V_________________J

СОЦИАЛЬНЫЕ ЯВЛЕНИЯ

вую» цену на нефть и газ. Необходимость ориентирования в «нестандартных ситуациях» ставит под сомнение одну из самых перспективных идей прошлого десятилетия - идею глобального управления (global governance), которое в общем виде можно определить как мирное коллективное регулирование международных отношений.

В то же время попытки представить суверенитет неотъемлемым инструментом обеспечения национальной безопасности уводят внимание от того, что многие из стоящих перед международным сообществом проблем издержками «реального суверенитета». Нельзя отрицать, что акты террора 11 сентября 2001 года, послужившие толчком для пересмотра концепции национальной безопасности и внешнеполитической стратегии США, были вызваны многолетней неосмотрительной и предвзятой политикой страны на Ближнем Востоке. Как отмечает бывший руководитель отдела ЦРУ по отслеживанию деятельности Усамы бин Ладена М. Шойер, действия террористов были ответом на бездумную поддержку американцами Израиля, размещение войск в священных для мусульман местах и союзнические отношения с королевским домом Саудов. Стремление Индии стать ядерной державой объясняется нежеланием сторон в индийско-пакистанском конфликте выработать механизмы реализации совместного суверенитета над спорными территориями и углублять двусторонние экономические и политические связи в рамках региональных объединений. В свою очередь Китай, проводящий политику насильственной ассимиляции в Тибете и Синьцзян-Уйгур-ском автономном районе, сопровождающуюся нарушением прав человека и этнических меньшинств, видит в государственном суверенитете эффективную защиту от претензий извне. В то же время распространение «несостоявшихся» или «деградировавших» государств (failed states), признанное Организацией Объединенных Наций одним из наиболее острых вызовов глобальной и региональной безопасности, продемонстрировало неспособность ряда правительств эффективно и во благо общества распоряжаться государственным суверенитетом. Таким образом, современная мирополитическая система характеризуется противоборством двух разнонаправленных тенденций - к укреплению суверенитета, с одной стороны, и к его ограничению, с другой. Это противоборство происходит на фоне снижающейся эффективности Организации Объединенных Наций, в Уставе которой зафиксировано, что суверенитет государства не может быть ограничен, но реальное ограничение суверенитета вследствие односторонних действий, нарушающих международную процедуру вмешательства во внутренние дела других стран, остается реальностью.

Под практикой ограничения суверенитета понимаются два разных процесса - процесс добровольной передачи суверенных полномочий в пользу наднациональных субъектов) и внешнее принуждение к соблюдению широкого спектра международных обязательств. При этом в первом случае признаком ограничения суверенитета выступает наличие таких надгосударст-

Какие ресурсы

обеспечивают

возможность

насильственного

ограничения

суверенитета?

V_________________)

Материалы, представленные на VМеждународную зимнюю школу стипендиатов ОРФ

венных органов, которые обладают контролем и механизмами принуждения к исполнению решений, а во-втором - только такое вмешательство, которое осуществляется в обход или с пренебрежением легитимных процедур разрешения споров. Процессы ограничения суверенитета имеют различную природу. Первым признаком ограничения суверенитета выступает наличие надгосударственных органов, которые обладают контролем и механизмами принуждения к исполнению решений, во втором же случае государство само «жертвует» частью своего суверенитета. Но в обоих случаях речь идет об ограничении суверенитета, то есть о сужении суверенных полномочий государства в рамках его национальных границ.

В работах, посвященных трансформации положения и роли государства в современном мире, часто, как верно замечает Майкл Мэнн, идет однобокий спор на тему усиливается ли государственная система или ослабевает, между тем как процесс представляется весьма сложным и неоднозначным, в чем-то эти позиции ослабляются, но в чем-то усиливаются. Так, Сюзан Стрэнг, настаивающая на том, что под влиянием мощных экономических процессов власть государства ослабевает, в то же время с удивлением отмечает, что государство стало регулировать проблемы, которые раньше решали сами люди, в частности, как строить собственный дом, как устраивать семейные отношения, так что, по ее словам, почти нет сферы, в которую бы не вмешивалась государственная бюрократия. Она называет это парадоксом, хотя это вполне естественные наложения, поскольку типологически подобные процессы никогда не идут однолинейно и только в одном направлении. Общий вектор - это всегда сложный баланс разнонаправленных изменений, причем ослабление системы обычно сочетается с усилением некоторых ее сторон, хотя бы за счет переструктуризации ее компонентов и изменения уровней иерархии.

Ярким примером отрицательных изменений в государстве после ограничения полномочий являются действия США по ограничению суверенитета и прав Ирака. США проводили разнообразные мероприятия политикодипломатического, экономического, военного, информационного и иного характера с целью установления своего контроля над Ираком и соседними странами. Особый интерес США к Ираку был обусловлен энергетическими ресурсами Ирака. Так же Ирак является центральным положением, заняв которое, можно легко управлять остальными странами Ближнего Востока. Ирак привлекателен своим геополитическим положением. Через его территорию проходят международные сухопутные и воздушные пути, связывающие Европу со странами Среднего Востока и Южной Азии. Вместе с тем контроль над Ираком открывал для США дополнительные возможности для ликвидации неугодных режимов в соседних странах. В 1991 г. Ирак завоевывает Кувейт. США, на основании вынесенного Советом Безопасности ООН решения об использовании «всех необходимых мер для восстановления мира и безопасности в этом районе» начали военные действия против Ирака. В отношении Ирака решениями Совета Безопасности ООН были

СОЦИАЛЬНЫЕ ЯВЛЕНИЯ

введены жесткие международные санкции. Устанавливается режим экономической блокады страны. В результате Ирак оказался в крайне тяжелом социально-экономическом положении. Экономика страны в силу нехватки финансовых средств, сырья, запчастей и оборудования находилась в состоянии, близком к критическому. Резко выросла внешняя задолженность Ирака. Упал жизненный уровень населения Ирака. Остро ощущалась нехватка многих видов продовольствия и медикаментов. В результате международных экономических санкций, введенных Советом Безопасности ООН против Ирака в 1991 г., увеличилась смертность населения. В Ираке происходили изменения, приводящие к разрушению страны. А Америка занимает лидирующее положение на международное арене, получает сырье на «выгодных условиях».

Двойственным примером ограничения суверенитета могут служить американо-японские отношения. После поражения Японии во второй мировой войне ослабленная в военном и экономическом отношении Япония, была вынуждена принять все условия, продиктованные Вашингтоном. Японским властям пришлось идти на значительные уступки, соглашаясь со всеми требованиями, выдвигаемыми Соединенными Штатами. Юридически двусторонний союз в сфере безопасности выразился в подписании соглашений между Токио и Вашингтоном в 1950-е годы. В 1951 году были подписаны Сан-Францисский мирный договор и «договор безопасности», а в 1952 году - Административное соглашение. Согласно этим документам, США могли размещать вооруженные силы, военные объекты и базы на территории своего союзника. Суверенитет Японии был значительно ограничен в военно-политическом отношении, так как согласно второй статье «договора безопасности» Японии запрещалось предоставлять без предварительного согласия США какие-либо базы или разрешать транзит через ее территорию вооруженных сил третьих держав. С подписанием этих договоров Япония оказалась в большой зависимости от США, которые заставляли ее следовать в фарватере своей мировой стратегии.

Также американо-японский альянс имел и свои положительные стороны для Японии. Япония могла восстанавливать национальную экономику из-за отсутствия затрат на вооруженные силы. Расположение американских военных баз в Японии принесло Токио немало дивидендов. Поставки военного оборудования для американской армии, произведенного по спецзаказам США, способствовали развитию промышленности Японии и подпитывали экономику солидными денежными инвестициями. В общем и целом 72% всех производительных сил страны в эти годы были так или иначе связаны с выпуском военной продукции. Таким образом, ограничение прав и суверенитета государства может привести и к положительным изменениям. Это внешние «принудительные» способы ограничения суверенитета.

Существует и другой способ ограничения суверенитета - когда государство по собственной воле отдает часть своих прав и полномочий другому государству, а то в свою очередь оказывает поддержку. Такой вид ограничения

Материалы, представленные на VМеждународную зимнюю школу стипендиатов ОРФ

Это ассоциированное государство - форма конфедерации из объединившихся на двусторонней основе государств, при которой меньшее государство, формально сохраняя суверенитет и независимость, доверяет значимую часть своих властных полномочий большему государству. Как правило, это внешняя политика, связь, транспорт, вооруженные силы. Фактически ассоциированное государство - переходная форма внешней зависимости подчиненной территории, находящаяся между статусами колонии и самостоятельного государства.

Примеры свободных ассоциаций: с Соединенными

Штатами Америки - Пуэрто-Рико (с 1952), с Новой Зеландией - Острова Кука (с 1965), с Францией - Новая Каледония (с 1998), с Нидерландами - Аруба (с 1986).

Самопровозглашенные государства Абхазия и Приднестровье объявили курс на ассоциированное государство с Россией (частично признанная Южная Осетия пожелала большей интеграции - вхождение в состав России), а Турецкая Республика Северного Кипра - с Турцией. Также в 1990-2000 гг., согласно двусторонним договорам, в свободной ассоциации с Россией был Татарстан. Т.е. большая часть полномочий находится у более значимого государства, но в свою очередь подвластные государства могут проводить самостоятельную политику, но зависящую от главного государства.

Фактор добровольности в сокращении объема полномочий ради приобретения дополнительных престижа и выгод среди государств является одним из самых важных, мало того, именно он определяет, по моему мнению, «жертвование частью суверенитета». Нужно обратить внимание на идущий с послевоенного времени важнейший процесс, в результате которого многие страны начинают добровольно ограничивать себя в, казалось бы, наиболее суверенных вещах.

Достаточно бросить даже беглый взгляд на те области, в которых сократился суверенитет, чтобы согласиться со сказанным. Право устанавливать пошлины и налоги и определять их размеры; запрещать и поощрять ввоз и вывоз товаров (капиталов) и какие-то виды деятельности; печатать деньги; брать займы; устанавливать правила содержания заключенных и применения их труда; использовать смертную казнь; провозглашать те или иные политические свободы или ограничивать их; фундаментальные правила выборов (и само их проведение) и избирательных цензов, а также еще масса других важных явлений перестали определяться только желаниями самого государства. Не так давно европейцы отказались от собственных национальных валют ради одной общей (евро). В конце концов, то, что всегда призна-

Под практикой ограничения суверенитета понимаются два разных процесса - процесс добровольной передачи суверенных полномочий в пользу наднациональных субъектов и внешнее принуждение к соблюдению широкого спектра международных обязательств.

Фактор добровольности в сокращении объема полномочий ради приобретения дополнительных выгод является одним из самых важных.

и________________________________________________г

СОЦИАЛЬНЫЕ ЯВЛЕНИЯ

валось главным в суверенитете: право войны и мира - под международным контролем. А ведь еще 50 лет назад в своем знаменитом Манифесте Б. Рассел и А. Эйнштейн писали: «Искоренение войн потребует мер по ограничению национального суверенитета, которые будут ущемлять чувство национальной гордости». Сегодня такой контроль уже почти не ущемляет национальную гордость.

Не стоит и здесь забывать и о «положительной» стороне медали. Хотелось бы выделить отдельным пунктом наилучшие изменения, которые могут произойти при ограничении суверенитета и передачи прав одного государства другому: создание безвизового режима, снижение пошлин, свободное перемещение товаров, налаживание международных контактов и связей, партнерство (во всех областях), открытые границы. Ярким примером может служить отказ европейцев от собственных, национальных валют ради одной общей (евро).

Из всего вышесказанного можно сделать вывод. Мир становится более взаимосвязанным. Путем ограничения суверенитета и прав государства внутренние дела государства, сужаются, становятся подконтрольны другим государствам, а международное право расширяется. Ограничение суверенитета государства несомненно приводит к общественным изменениям в этом государстве. Современная мирополитическая система характеризуется противоборством двух разнонаправленных тенденций - к укреплению суверенитета, с одной стороны, и к его ограничению, с другой, при том, что иногда эти тенденции воплощаются в политике одного государства (укрепление собственного суверенитета соседствует с ограничением суверенитета других государств). «Сильные» государства стремятся всеми силами укрепить свой суверенитет за счет ограничения суверенитета других государств, в свою очередь остальные государства готовы самостоятельно жертвовать частью своего суверенитета для обеспечения существования этого государства в мирополитической системе.

Я.В. ЩЕТИНСКАЯ

Самарский государственный университет

«ФАБРИКИ МЫСЛИ»: ПРИНЦИПЫ, ТЕХНОЛОГИИ И МЕТОДЫ РАБОТЫ

В системе современных международных отношений страны с устойчивым демократическим режимом, где существует гражданское общество, плюрализм интересов и вариативность предлагаемых политических решений, особое внимание уделяют политической экспертизе. Лица, ответственные за формирование государственной политики, получают информацию в различной форме и из различных источников.1 Политическая экспертиза в

1 Рич Э., Уивер К. Пропагандисты и аналитики: «мозговые центры» и политизация экспертов // Pro et Contra № 2. 2003. С. 64.

Суверенитет может быть полным и ограниченным.

На своей территории государство обладает полным суверенитетом . Впрочем, существуют части государственной территории, на которых суверенитет государства ограничен международно-правовыми нормами . Например, в территориальных водах государство обязано, согласно МП, предоставлять право мирного прохода иностранным судам.

В межгосударственных отношениях нередки случаи, когда определенные обязанности, обременительные для суверенитета, возлагаются на государство иностранными державами посредством двустороннего, многостороннего договора или их воздействием на конституционные положения такой страны.

Так, в результате испано-американской войны 1898 года США полностью подчинили себе Кубу и навязали изменение в кубинскую Конституцию, согласно которому Куба взяла на себя обязательство согласовывать с США свою внешнюю политику и разместить американскую военную базу в Гуантанамо. После кубинской революции 1959 года данные положения Конституции были изъяты (хотя военная база США в Гуантанамо, вопреки воле Кубы, по-прежнему существует).

Встречаются также ситуации, когда части конституции или конституции целиком пишутся для страны, проигравшей в войне. В мирных договорах по результатам войны могут предусматриваться положения, ограничивающие юрисдикцию (суверенитет) государства. Такое положение государства  форма международно-правовой ответственности за международные преступления с его стороны.

Интересно, что, согласно статье 309 (3) Соглашения о Североамериканской ассоциации свободной торговли (НАФТА), предусматривающего либерализацию торговли между США, Канадой, Мексикой и взаимное устранение запретов, ограничений для импорта/экспорта товаров, Соединенным Штатам предоставлено право в одностороннем порядке вводить определенные запретительные меры, подлежащие исполнению другими государствами  участниками НАФТА.

Все чаще государства передают свои полномочия международным организациям и органам интеграционных объединений .

Так, в ноябре 2002 года парламент Швеции подавляющим числом голосов одобрил изменения в Конституции, в соответствии с которыми ряд полномочий в области внешней и оборонной политики были переданы в ведение органов ЕС.

Ранее Швеция, согласно Конституции, передала органам ЕС полномочия в соответствующих вопросах экономики. При этом, будучи членом ЕС, Швеция пока еще не вступила в общеевропейский валютный союз и сохраняет свой суверенитет и юрисдикцию в отношении национальной валюты  кроны.

Из Конституции РФ (ст. 79)

Российская Федерация может участвовать в межгосударственных объединениях и передавать им часть своих полномочий в соответствии с международными договорами, если это не влечет ограничения прав и свобод человека и гражданина и не противоречит основам конституционного строя Российской Федерации.

Таким образом, возрастающая взаимозависимость государств, заключение международного договора сами по себе еще не означают ограничения государственного суверенитета, а, скорее, представляют собой формы его проявления, реализации.

Похожие публикации