Протокол судебного заседания. Как защитить граждан от судебных фальсификаций? Отказ в принятии искового заявления

Протокол судебного заседания. Как защитить граждан от судебных фальсификаций? Отказ в принятии искового заявления


15 января в Общественной Палате РФ состоялся круглый стол, посвященный проблемам нарушений прав граждан судами при изготовлении протоколов судебных заседаний. Тема мероприятия привлекла большое количество его участников. По итогам обсуждения были приняты нижеследующие рекомендации.

Действующая редакция УПК РФ:
- не содержит предписаний, требующих от суда изготовления протокола судебного заседания, строго соответствующего ходу судебного разбирательства. В таких условиях, у судей нет препятствий к безответственному изготовлению и даже фальсификации протокола судебного заседания;
- не позволяет участникам процесса обжаловать постановление судьи об отклонении замечаний на протокол судебного заседания до обжалования итогового судебного решения (ч. 2 ст. 389-2 УПК РФ);
- лишает судей вышестоящего суда возможности проверить обоснованность замечаний на протокол.

Роль протокола судебного заседания трудно переоценить, ведь он имеет важное доказательственное значение, способствует вынесению правильного, законного, обоснованного решения, а также возможности обжаловать судебный акт. Протокол судебного заседания - основной процессуальный документ, отражающий ход судебного заседания, процесс исследования доказательств по делу, и именно по нему проверяется законность и обоснованность приговора. Однако апелляционная инстанция фактически устранена от проверки законности изготовления самого протокола судебного заседания.

Фактически протокол судебного заседания является «зеркалом» судебного процесса. Существенные искажения протокола судебного заседания приводят к тому, что мы оказываемся в правовом «королевстве кривых зеркал».

Значение протокола судебного заседания состоит в том, что он:

Является письменным свидетельством непосредственности процесса;
- отражает основные действия суда и сторон в той последовательности, в которой они проходили в судебном заседании;
- дает возможность вышестоящим судебным инстанции проверить соблюдение процессуального порядка проведенного разбирательства и обоснованность вынесенного судебного решения;
- подтверждает соблюдение прав участников процесса, в особенности соблюдение прав подсудимого;
- выступает в качестве доказательства (ст. 83 УПК);

Основные нарушения прав человека, которые допускаются при изготовлении протоков судебного заседания, таковы:

Рассмотрение заявлений и жалоб на протокол судебного заседания заинтересованными лицами, а именно - самими судьями, председательствующими в судебном заседании, председателями судов, которые также зачастую заинтересованы в исходе дела; зачастую рассмотрение судьями жалоб на протокол судебного заседания превращается в рассмотрение жалоб на самих себя;
- несвоевременное изготовление, а зачастую и не изготовление протокола;
- невозможность своевременного ознакомления сторон с протоколом судебного заседания, предоставление такой возможности, когда существенные обстоятельства судебного процесса успели забыться;
- отсутствие возможности ознакомления с протоколами судебных заседаний поэтапно;
- отсутствие возможности принесения жалоб и замечаний на протоколы судебных заседаний, изготовленные по их итогам, пока свежи полнота, глубина и острота восприятия и запоминания существенных обстоятельств, выявленных в судебном заседании;
- отсутствие возможности у заинтересованных лиц вовремя получать информацию об изготовлении протокола;
- отсутствие реальных рычагов воздействия на лиц, ответственных за своевременное и качественное ведение протокола суда.

Особую тревогу правозащитников и адвокатов вызывает то, что все чаще протоколы судебных заседаний изготавливаются после вынесения судебного решения, что лишает стороны возможности сослаться на протокол судебного заседания в обоснование своей позиции в ходе процесса.

Протокол судебного заседания представляет собой важнейший процессуальный акт, в содержание которого входит подробное, целостное и полное отражение процедуры разбирательства в суде. Главными требованиями к протоколу судебного заседания является его достоверность и обеспечение своевременности доступа к нему.

Конституционный Суд РФ 15 апреля 2008 г. в своем Определении N 306-О-О разъяснил, что «положения части шестой статьи 259 УПК РФ не только закрепляют обязанность председательствующего и секретаря судебного заседания изготовить протокол и ознакомить с ним стороны, но и предусматривают возможность изготовления протокола судебного заседания по частям, а также право на ознакомление сторон по их ходатайствам с частями протокола по мере их изготовления. Закрепление в законе такого права сторон обязывает суд обеспечить его реализацию».
Судебной коллегией Верховного Суда РФ было вынесено частное постановление от 7 февраля 2011 г., когда, столкнувшись с вопиющей волокитой в изготовлении протокола (уголовное дело № 36-О11-1 было направлено в суд кассационной инстанции через один год и два месяца после постановления приговора), он был вынужден указать в своем частном определении в адрес председателя областного суда следующее: «Несмотря на значительный объем протокола судебного заседания и большое число участников процесса, мер к изготовлению протокола по частям, которые позволили бы существенно сократить время ознакомления сторон с протоколом и содержанием исследованных судом доказательств, председательствующим принято не было (кроме последних заседаний, в которых имели место выступления осужденных в прениях и с последним словом и оглашался приговор), в связи с чем стороны не имели возможности ознакомиться с частями протокола по мере их изготовления» (Бюллетень ВС РФ № 8 2011 года).

В случае, если протокол в какой-либо его части не будет соответствовать требованиям УПК РФ, можно заявить ходатайство об исключении его из доказательств еще до окончания судебного разбирательства.
При этом, в п. 11 ч. 2 ст. 381 УПК РФ указано только одно связанное с протоколом судебного заседания безусловное основание для отмены или изменения судебного решения судом вышестоящей инстанции, а именно - отсутствие протокола судебного заседания. Таким образом, законодатель создает ситуацию, когда явная фальсификация протокола судебного заседания не влечет за собой отмену или изменение судебного акта. В судебной практике Верховного Суда РФ, приведенной в справочной системе «Консультант-Плюс», нет ни одного судебного решения, которым бы отменялся приговор в связи с составлением протокола судебного заседания, не соответствующего ходу судебного разбирательства.

Верховный Суд РФ выработал сомнительную правовую позицию, согласно которой любые жалобы сторон на незаконность постановления судьи по результатам рассмотрения замечаний на протокол судебного заседания не удовлетворяются со стандартной формулировкой: «Замечания на протокол судебного заседания рассмотрены председательствующим судьей в соответствии с требованиями закона и вынесено обоснованное постановление».
Судья после вынесения судебного решения и изготовления протокола, подстроенного под это решение, уже не может объективно рассмотреть поданные замечания, поскольку является лицом, заинтересованным в оставлении замечаний без удовлетворения, кассационных жалоб и представлений - тоже без удовлетворения.
С учетом этого неудивительно, что рассмотрение судьей замечаний превращается в формальное мероприятие, а суды редко удостоверяют правильность поданных замечаний на протокол, и делают это тогда, когда замечания носят несущественный характер, т.е. не влияют на квалификацию либо доказанность вины, на констатацию смягчающих, исключительных смягчающих или отягчающих вину обстоятельств.

При этом действующий УПК предусматривает разный порядок фиксации показаний в ходе следствия и в суде. В соответствии со ч. 6 ст. 190 УПК РФ по окончании допроса протокол предъявляется допрашиваемому лицу для прочтения либо по его просьбе оглашается следователем, о чем в протоколе делается соответствующая отметка. А в соответствии со ст. 277, 278 УПК РФ допрос потерпевшего и свидетелей в суде не требует прочтения и подписания допрашиваемыми данных ими показаний.

Между тем, в Определение ВС РФ № 38-О07-25 отмечается: «Дело снято с кассационного рассмотрения и возвращено в суд в связи с нарушением судьей требований ч. 7 ст. 259 и ст. 260 УПК РФ о рассмотрении замечаний свидетелей на протокол судебного заседания… После ознакомления с протоколом судебного заседания свидетели принесли замечания на протокол. Председательствующий эти замечания не рассмотрел, а возвратил свидетелям, сославшись на то, что в соответствии со ст. 260 УПК РФ им не предоставлено право принесения замечаний на протокол судебного заседания. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ с таким выводом суда не согласилась. В силу ч.7 ст. 259 УПК РФ председательствующий вправе предоставить возможность ознакомления с протоколом и иным участникам судебного разбирательства по их ходатайству и в части, касающейся их показаний».

Статья 260 УПК РФ не предусматривает обязанности суда ознакомить сторону с результатами рассмотрения поданных ею замечаний на протокол, не предусматривает оглашения вынесенного постановления в судебном заседании.
При рассмотрении замечаний на протокол лица, их подавшие, могут не вызываться. Действующая законодательная процедура рассмотрения замечаний на протокол судебного заседания не просто несовершенна - она порождает неизбежность наступления трудно устранимых или же вовсе неустранимых судебных ошибок.

В соответствии с ч. 2 ст. 260 УПК РФ замечания на протокол рассматриваются председательствующим незамедлительно. В необходимых случаях председательствующий вправе вызвать лиц, подавших замечания, для уточнения их содержания.
Очевидным недостатком действующего процессуального закона является то, что заинтересованному суду, вынесшему приговор, дано право определять, в каких случаях следует вызвать лиц, подавших замечания, а в каких - нет. На практике суды очень редко вызывают лиц, подавших замечания, в судебное заседание, поскольку не видят в этом никакого смысла - судьба замечаний судьей уже предрешена.
О результатах рассмотрения замечаний на протокол сторона не узнает. Если суд не вызывает сторону, подавшую замечания на протокол судебного заседания, то, соответственно, эта сторона не будет присутствовать при оглашении вынесенного постановления. УПК РФ также не предусматривает извещения стороны о принятом решении.
Такой правоприменительный подход ущемляет право граждан на обжалование процессуальных решений суда, предусмотренное ч. 1 ст. 19 УПК РФ, в частности право на обжалование вынесенного постановления вместе с приговором в кассационной инстанции.

Единственной возможностью получить 100%-но достоверный протокол судебного заседания является более широкое применение аудио- и видеозаписи.
Однако в настоящее время далеко не все суды оснащены комплексом аудиопротоколирования «Фемида», а в тех судах, которые оснащены, комплексы установлены в 1-2 залах суда. При этом, эти комплексы либо не работают, либо установлены в залах суда, не используемых для осуществления судопроизводства.
Разрешение на видеозапись судебного заседания нужно получать у судьи (ч. 5 ст. 241 УПК РФ), и, как показывает практика, подобное решение не дается.

В условиях отсутствия аудиопротоколирования и невозможности видеопротоколирования сторона защиты фактически лишается возможности получить достоверный протокол судебного заседания и становится заложницей совести и компетентности судьи.

Представляется неправильным постановка вопроса о введении видеозаписи судебного заседания вместо аудиозаписи, так как в отличие от аудиозаписи видеозапись легко перемонтировать. Не имеется препятствий для ведения судебной аудиозаписи протоколов судебных заседаний, так как по данным Судебного Департамента при Верховном Суде РФ 74 % залов судебного заседания на 2015 год были укомплектованы системами аудиозаписи.

Интересным представляется соответствующий зарубежный опыт. Так, например, в Новой Зеландии используется система под названием «Агрегатор», в которой производится запись как любого судебного заседания, так и любого приема гражданина чиновником. Данные Агрегатора общедоступны для всех заинтересованных лиц. Уклонение чиновников или судей от записи на Агрегаторе влечет их увольнение от должности. В судах Германии применяется норма, когда судья после допроса лица уточняет смысл того, что это лицо сказало, и если допрашиваемое лицо не подтверждает правильность изложения его мыслей, то соответствующая запись стирается.

В связи с изложенным, участники круглого стола считают необходимым:

1) Просить Президента Российской Федерации внести в Государственную Думу проект закона о внесении изменений и дополнений в УПК РФ в части обязательной аудиозаписи судебного заседания, разработанный членом СПЧ Ю.А. Костановым.

2) Признать ситуацию с изготовлением протоколов судебных заседаний в судах Москвы и ряда иных регионов страны крайне неудовлетворительной, создающей условия для неограниченной фальсификации протоколов судебных заседаний.

3) Предоставить прокурорам субъектов Российской Федерации право на осуществление надзора за соблюдением сроков изготовления протоколов судебных заседаний по всем категориям дел, а Общественным наблюдательным комиссиям - право общественного контроля за соблюдением сроков изготовления протоколов судебных заседаний в отношении лиц, содержащихся под стражей.

4) Ввести в УПК РФ, ГПК РФ, АПК РФ, КАС России нормы об обязательном аудиопротоколировании судебного заседания с распечаткой машинной стенограммы, приобщаемой вместе с аудиопротоколом к протоколу судебного заседания.

5) Ввести в УПК России и ГПК России нормы, о том, что:
судья обязан предложить сторонам ознакомиться с протоколом судебного заседания непосредственно после окончания судебного заседания. При этом, при наличии замечаний на протокол, они должны быть рассмотрены до начала судебных прений;
- стороны должны быть ознакомлены с протоколом судебного заседания после окончания судебного следствия, чтобы стороны до прений имели возможность подать замечания на протокол судебного заседания, реализовав свои права, предусмотренные ст. 259, 260 УПК РФ;
- если судебное заседание длится не один рабочий день, то сторонам должна предоставляться возможность знакомится с протоколом каждого дня судебных заседаний отдельно в установленный законом срок;
- при наличии технической возможности ведения в здании суда аудиозаписи судебного заседания такая запись является обязательной, а ее отсутствие должно вести к отмене приговора;
- выдача копий протоколов судебных заседаний должна производиться до прений сторон;
- запретить удаление суда в совещательную комнату для вынесения итогового решения без изменения протокола судебного заседания;
- право сторон на видеофиксацию судебного заседания;
- ведение аудиозаписи в закрытом судебном заседании;
- замечания на протокол допроса могут вноситься заинтересованными сторонами непосредственно в день проведения судебного заседания, если суд обеспечил изготовление протокола в этот день;
- безусловным основанием для отвода судьи является уклонение судьи от изготовления протокола судебного заседания в установленный законом срок. Отвод, заявленный судье по этому основанию, должен рассматривать председатель суда, а при его заинтересованности - председатель вышестоящего суда или его заместитель.

6) При отсутствии аудиозаписи в судебном заседании, участники уголовного судопроизводства, чьи показания, по мнению сторон, отражены в протоколе неверно, должны вызываться в суд для участия в рассмотрении замечаний на протокол. В случае, если допрошенное лицо не согласится с записями его показаний в протоколе и подтвердит обоснованность замечаний стороны, суд с учетом совокупности доказательств должен удостоверить правильность таких замечаний.

7) Право на представление замечаний на протокол в части отражения данных им показаний должно иметь и любое допрошенное в судебном заседании лицо.
8) Судебному департаменту при ВАС РФ разработать ведомственный нормативный акт, обеспечивающий дублирование и хранения аудиозаписей судебного заседания.

9) В КоАП РФ предусмотреть:
- обязательное ведение протокола судебного заседания и аудиозаписи судебного процесса по делам об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 18.8 и ст. 18.1КоАП РФ;
- ведение протокола судебного заседания по делам, наказание по которым предусматривает административный арест или штраф в размере более 100 тыс. руб. по просьбе лица, привлеченного к административной ответственности

Протокол судебного заседания в соответствии со ст. 74 и 83 УПК РФ является доказательством по уголовному делу. При обжаловании решения суда в апелляционном и кассационном порядке протокол судебного заседания дает возможность оценить, насколько выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в судебном разбирательстве. Без протокола судебного заседания проверить эти обстоятельства, а также доводы лиц, обжаловавших приговор, фактически невозможно.

С учетом важности этого процессуального документа закон содержит обязательное требование о том, что в ходе судебного заседания ведется протокол, устанавливает правила его изготовления, определяет его содержание. Отсутствие в уголовном деле протокола судебного заседания закон признает безусловным основанием для отмены приговора.

Все остальные возможные нарушения требований норм уголовно-процессуального закона являются оценочными, и в каждом конкретном случае вышестоящий суд решает, насколько они являются существенными. Критерием такой оценки является установление факта: повлияли они или могли ли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора в результате допущенных отступлений от требований норм уголовно-процессуального законодательства путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, путем несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем несоблюдения требований закона.

Так, приговор по уголовному делу в отношении Г. и других был отменен в связи с тем, что, заслушав последнее слово всех подсудимых, суд не удалился в совещательную комнату, а объявил перерыв на два дня, по окончании которого суд объявил о продолжении судебного заседания и удалился в совещательную комнату. Суд кассационной инстанции указал, что судом первой инстанции были нарушены требования ст. 295 УПК РФ, согласно которой суд, заслушав последнее слово подсудимого, удаляется в совещательную комнату для постановления приговора, о чем объявляет присутствующим в зале судебного заседания. Несоблюдение требований закона о запрете перерыва в этой части свидетельствует о нарушении процедуры судопроизводства, что могло повлиять на постановление судом законного и обоснованного приговора. Кассационное определение по этому делу было признано законным постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2007 г. N 528-П07ПР.



В судебной практике существенным нарушением норм уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора как незаконного, признаются случаи, когда: обвиняемому не предоставлена возможность ознакомиться со всеми материалами уголовного дела; при удовлетворении заявленного отказа от защитника подсудимому не разъяснены его права в связи с самостоятельным осуществлением защиты; замена защитника, избранного обвиняемым, произведена с нарушением установленного порядка; проведено по уголовному делу дознание вместо предварительного следствия; нарушена подследственность уголовного дела; не соблюден порядок совещания присяжных заседателей в части, касающейся времени, по истечении которого они могут приступить к формулированию ответов, поставленных в вопросном листе (по закону не менее трех часов после удаления в совещательную комнату), принятых большинством голосов в результате голосования; рассмотрены судьей во время перерыва для отдыха, объявленного в период постановления приговора в совещательной комнате, другие дела; в протоколе судебного заседания не отражено содержание показаний подсудимого по существу предъявленного ему обвинения; при составлении протокола судебного заседания допущена небрежность, лишившая вышестоящий суд возможности проверить законность, обоснованность и справедливость приговора; приговор составлен в совещательной комнате не в полном объеме, и в связи с этим провозглашены только вводная и резолютивная части приговора либо только его резолютивная часть; не оговорены и не подписаны судьями исправления, касающиеся существенных обстоятельств (например, квалификации преступления, видов и размера наказания, размера гражданского иска, видов исправительной колонии).

Незаконным также считается приговор, постановленный судом с неправильным применением уголовного закона (ст. 382 УПК РФ).

Во-первых, неправильное применение закона может выражаться в нарушении требований Общей части УК РФ. Ошибки в применении положений Общей части связаны прежде всего с неправильным их толкованием. Это может относиться к понятию преступления, условиям наступления уголовной ответственности, установлению формы вины, соучастия в преступлении, обстоятельствам, исключающим преступность деяния.

Во-вторых, оно может быть связано с применением не той статьи и не тех пунктов и (или) части статьи Особенной части УК РФ, которые подлежали применению при рассмотрении уголовного дела. Это, как правило, допускается при разграничении сходных по своей конструкции составов преступления (грабеж - разбой, присвоение - растрата, злоупотребление должностными полномочиями - превышение должностных полномочий и т.д.

В-третьих, неправильное применение уголовного закона может быть связано с назначением наказания более строгого, чем предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

При постановлении приговора следует учитывать, что суду приходится применять не только нормы уголовно-процессуального и уголовного законов, а в ряде случаев и нормы иных отраслей права. Принимая это во внимание, представляется, что ст. 297 УПК РФ следовало бы дополнить указанием на эти обстоятельства, изложив ее в более полном объеме: «Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями настоящего Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона, а также норм иных отраслей права, которые подлежали применению при рассмотрении конкретного уголовного дела».


Заключение

Сущность приговора заключается в том, чтобы на основе представленных и изученных в судебном заседании доказательств констатировать следующее: имело ли место преступление, совершил ли его подсудимый, подлежит ли он наказанию за это преступление. В случае положительного ответа на указанные вопросы устанавливаются вид и размер наказания, в случае отрицательного ответа подсудимый признается невиновным и решается вопрос о предоставлении права на его реабилитацию.

Судебный приговор обладает рядом признаков: это процессуальный акт; постановляется только от имени Российской Федерации; может быть постановлен судом первой или апелляционной инстанций, единолично или коллегиально; должен соответствовать требованиям, предъявляемым к его форме, содержанию, основаниям и процедуре постановления и вступления в законную силу; выступает окончательным решением по уголовному делу; является единым процессуальным актом, которым разрешаются вопросы права и факта по уголовному делу; постановляется с целью утверждения вины подсудимого или его невиновности; устанавливает подсудимому наказание или освобождает его от такового; является единственным процессуальным документом, устанавливающим основания реализации уголовной ответственности; считается процессуальным итогом рассмотренного в судебном заседании обвинительного заключения; постановляется только на основании устного и непосредственного исследования доказательств в судебном заседании; разрешает вопрос об удовлетворении или отказе в удовлетворении гражданского иска, если он был заявлен в уголовном деле; должен соответствовать требованиям законности, обоснованности и справедливости; может быть постановлен только в ходе судебного заседания и только в совещательной комнате; в ходе постановления применяются нормы уголовного, уголовно-процессуального и других отраслей права; наделен свободой обжалования до и после вступления в законную силу; не может быть отменен тем же или равнозначным судом первой инстанции; обладает законной силой, свойствами обязательности, исключительности, неизменности и преюдициальности; считается истинным до тех пор, пока он не отменен вышестоящей судебной инстанцией в установленном законом порядке; обладает социально-правовым и процессуальным значением.

Вышеперечисленное свидетельствует об особом значении приговора среди всех других актов, которые принимаются в уголовном судопроизводстве.

К необходимым свойствам приговора закон относит: законность, обоснованность и справедливость. Следует констатировать, что перечисленное является только свойствами приговора, но и требованиями к нему. Законодателю следовало бы дополнить ст. 5 УПК дефинициями законности, обоснованности и справедливости.

Уголовно-процессуальный закон содержит исчерпывающий перечень оснований для постановления оправдательного приговора. Последний является следствием допущенных ошибок в досудебной стадии производства по уголовному делу и свидетельствует о некачественном производстве предварительного расследования по уголовному делу, влекущем нарушение прав и свобод человека. Устранить данные ошибки призван суд путем постановления законного, обоснованного и справедливого приговора.

Обвинительный приговор может быть постановлен только при наличии совокупности исследованных в судебном разбирательстве достоверных доказательств, подтверждающих событие преступления, признаки состава преступления в этом событии, виновность подсудимого. Обвинительный приговор, основанный исключительно на предположениях, не имеет юридической силы.

Процедура постановления приговора призвана обеспечить правильное разрешение уголовных дел, качественное правосудие, а значит, защитить права потерпевших, не допустить незаконного обвинения невиновных. Нарушение установленного порядка вынесения приговора влечет за собой его отмену.

Постановление приговора включает следующие основные этапы: совещание судей, в процессе которого обсуждаются все вопросы, подлежащие разрешению по делу (кроме постановления приговора судьями единолично); принятие решений по обсужденным вопросам; составление приговора, его подписание и провозглашение.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона. Выполнение всей совокупности указанных в законе требований характеризует его как правосудный приговор. При постановлении приговора следует учитывать, что суду приходится применять не только нормы уголовно-процессуального и уголовного законов, а в ряде случаев и нормы иных отраслей права. Принимая это во внимание, представляется, что ст. 297 УПК РФ следовало бы дополнить указанием на эти обстоятельства, изложив ее в более полном объеме: «Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями настоящего Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона, а также норм иных отраслей права, которые подлежали применению при рассмотрении конкретного уголовного дела».

УПК РФ содержит конкретный перечень требований, предъявляемых к составлению вводной, описательно-мотивировочной и резолютивной частей оправдательного приговора, каждая из которых является его обязательной и неотъемлемой составляющей. Отсутствие какой-либо из них делает приговор как акт правосудия ничтожным. Согласованность всех частей приговора является одним из условий его законности. Всякое несоответствие резолютивной части приговора вводной и описательно-мотивировочной делает приговор неправильным и ведет к его отмене.

Ошибки, допущенные при вынесении приговора (нарушения уголовно-процессуального закона), свидетельствуют о незаконности последнего. Закон выделяет две группы возможных нарушений требований уголовно-процессуального закона: нарушения, которые в любом случае влекут отмену приговора как незаконного, и нарушения, которые являются оценочными и в каждом конкретном случае должны быть тщательно исследованы вышестоящим судом и признаны этим судом существенными либо несущественными.

Незаконным также считается приговор, постановленный судом с неправильным применением уголовного закона (ст. 382 УПК РФ), а также должен считаться незаконным приговор, поставленный судом с неправильным применением норм иных отраслей права.


Известное определение: «Протокол - зеркало судебного разбирательства» - давно стало всеобщим штампом и обычно применяется в ситуациях, когда произносящий (пишущий) эту фразу хочет привлечь внимание к необходимости строгого соблюдения правил его оформления, зафиксированных в ч. I ст. 264 УПК. В частности, то, что в протоколе судебного заседания должны быть отражены «действия суда в том порядке, в каком они имели место, заявления и ходатайства участвующих в деле лиц, определения или постановления, вы
несенные судом без удаления в совещательную комнату, указание на вынесение определении и постановлений в совещательной комнате, разъяснения участвующим в деле лицам их прав и обязанностей, подробное содержание показаний, вопросы, заданные эксперту, и его ответы. результаты произведенных в судебном заседании осмотров и других действий по собиранию доказательств, указание на факты, которые участвующие в деле лица просили удостоверить в протоколе. указание на факты нарушения порядка в зале судебного заседания, если они имели место, и на личность нарушителя, краткое содержание судебных прений и последнего слова, указание об оглашении приговора и разъяснение порядка и срока его обжалования».
Развивая приведенные положения закона, Пл. ВС в своем Пост, обращает внимание судов на то, что «протокол судебного заседания является единственным документом, который отражает весь ход судебного разбирательства, способствует постановлению приговора в соответствии с материалами, рассмотренными в судебном заседании, и обеспечивает возможность контроля за выполнением судом первой инстанции требований ст. 20 УПК. В связи с этим председательствующему в судебном заседании следует уделять необходимое внимание ведению протокола и принимать все меры для полного и объективного изложения в нем содержания всего судебного разбирательства»[‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡].
Однако абсолютно правильные предписания закона во многом не отражают реальное состояние дел с ведением протоколов судебных заседаний как по уголовным, так и по гражданским делам. Практика свидетельствует, что многие и многие сегодняшние протоколы судебных заседаний действительно можно называть (и считать) «зеркалом», имея, однако, в виду очевидное свойство всякого зеркала отражать все в обратном (зеркальном) виде. При этом речь вовсе не идет о фальсифицированных протоколах, которые уже по определению изготовляются на более высоком профессиональном уровне. Речь идет об отсутствии физической возможности «близко к тексту» фиксировать все происходящее в судебном заседании. Что касается технических возможностей, то суды не могут воспользоваться ими как в силу недостаточного финансирования, так и в силу отсутствия специально обученных кадров.

Между тем если использовать имеющиеся сегодня технические возможности, то каждый протокол судебного заседания мог бы действительно досконально отражать весь ход судебного процесса и быть готовым одновременно с вынесением решения по делу. Эта ситуация, кстати, могла бы оказать существенное влияние и на искоренение из практики нарушений судьями процессуальных норм в ходе судебного разбирательства, а также превентивное и дисциплинирующее воздействие при принятии решения об отклонении замечаний на протокол судебного заседания.
Судебная практика свидетельствует, что наиболее часто встречаются нарушения, связанные с сокращением и неполнотой отражения в протоколах показаний подсудимых, потерпевших и свидетелей; искажение (чаще всего непреднамеренное) в протоколе отдельных юридически значимых фактов; не фиксируются вопросы: не приводятся реплики председательствующего, отражающие его необъективность и пристрастность, наличие обвинительного уклона; заявляемые ходатайства приводятся без указания мотивов, свидетельствующих о позиции заявителя, что не позволяет оценить правильность принятого судом решения; не приводятся даже основные аргументы обвинения и защиты по доказанности и юридической квалификации содеянного, высказанные ими в прениях, и т.п. Наконец, известны случаи «переписывания» протокола под вынесенный приговор.
Наблюдения показывают, что в судебных заседаниях участники процесса часто просят председательствующего отразить в протоколе гот или иной факт либо обращают его внимание на то или иное нарушение процедуры, что действует на судей раздражительно и «провоцирует» на заявления: «Подавайте замечания, суд их рассмотрит». В то же время процедура подачи замечаний нередко просто бесполезна, судьи рассматривают их через значительный отрезок времени после процесса, когда проведено еще несколько судебных заседаний по другим делам. Естественно, что в ряде случаев они даже физически не могут запомнить и держать в памяти подробности прошедших дел, и уже в силу этих обстоятельств поданные замечания «сверяют» с приговором, а решение об их удостоверении или отклонении принимают в зависимости от их влияния на «сохранение» приговора.
Между тем именно на основании протокола кассационные инстанции проверяют как правильность действий суда при рассмотрении дела, так и соответствие приговора (другого решения) данным, установленным в судебном заседании.

Кроме того, протокол судебного заседания является источником доказательств как по принятым судом решениям, так и по возможным уголовным преследованиям, если в ходе судебного разбирательства будут установлены обстоятельства, указывающие на совершение подсудимым или другим лицом какого-либо преступления (ст. 256 УПК).
Рассмотрим несколько примеров из реальной судебной практики. В ходе судебного разбирательства защитинк заметил, что во время допроса потерпевшего секретарь не ведет запись его показаний, в связи с чем обратился прямо к секретарю; «Секретарь, я прошу Вас записывать все, что говорит сейчас потерпевший».
Секретарь: Я пишу все, что относится к делу, и вообще я подчиняюсь не Вам, а судье. Раз судья не делает мне замечаний, значит, я все делаю правильно.
Тогда защитник обратился к председательствующему: «Ваша честь, прошу сделать протокольное замечание секретарю судебного заседания за неуважительное отношение к учасгиику судебного процесса и обязать его соблюдать правила ведения проюкола, предусмотренные ст. 244 УПК».
Председательствующий: Адвокат, не волнуйтесь, в протоколе будет все, что надо.
Защитинк: Кому надо - потерпевшему или моему подзащитному? А может быть. Вам и прокурору?
Председательствующий. В протокол заносится замечание адвокату за некорректное поведение, выразившееся в нетактичном высказывании в адрес суда. Вынужден напомнить адвокату, что в соответствии со ст. 266 УПК Вы сможете воспользоваться своим правом и подать на протокол замечания.
Представляется, что в рассматриваемом эпизоде неправильно повели себя все его участники.
а) В нарушение процессуальных норм защитник обратился непосредственно к секретарю судебного заседания. Между тем, все участники судебного процесса должны решать любые вопросы только через председательствующею. Кроме того, при общении с судом защитник допустил некорректное высказывание в адрес председательствующею. поэтому замечание в адрес защитника следует признать правильным.
б) Фразу председательствующего: «Адвокат, не волнуйтесь, в протоколе будет все. что надо» - следует признать неудачной, возникают сомнения в объективности и беспристрастности судьи.
в) Секретарь в соответствии с ч. 1 ст. 244 УПК «обязан полно и правильно излагать в протоколе действия и решения суда, а равно действия участников процесса, имевших место в ходе заседания». В соответствии с ч. 1 ст. 264 УПК в протоколе должно приводиться подробное содержание показании всех допрошенных лиц. Закон не дает право секретарю вести записи в протоколе только по указанию судьи.

г) Представляется, что и секретарь также вел себя некорректно, в связи с чем председательствующий должен был сделать замечание секретарю за нетактичное поведение и обязать вести протокол в строгом соответствии с нормами УПК. В ходе допроса потерпевшей председательствующий задал ей вопрос: «Скажите, потерпевшая, когда подсудимый напал nil Вас сзади и повалил на землю, Вы ведь упали на крупные камни? Вам ведь было больно?»
В связи с заданным вопросом вегал защитник: «Возражаю, Ваша честь, во- первых, мой подзащитный отрицает факт насилия в отношении потерпевшей, и, во-вторых, Ваш вопрос пе только содержит ответ, по и свидетельствует, что суд уже пришел к выводу о виновности моего подзащитного. Я прошу внести в протокол точную формулировку Вашего вопроса и мои возражения». Председательствующий: Хорошо, я снимаю свой вопрос.
Защитиик: Но я видел, что секретарь не записал ни Ваш вопрос, ни мои возражения. И далее, обращаясь к секретарю, он спрашивает: «Почему Вы не записали вопрос судьи и мои возражения?»
Секретарь: Я жду указаний судьи.
Председательствующий: Адвокат, я же снял вопрос, против чего же Вы возражаете?
Защитиик: Я настаиваю, чтобы и этот наш диалог был также полностью занесен в протокол.
Председательствующий: Защитник, не усложняйте. Принесите замечания, мы их рассмотрим. Вопрос исчерпан, продолжим заседание.
Защитиик: Ваша честь, я не удовлетворен Вашим решением и настаиваю на внесении моих возражений в протокол.
Председательствующий: Секретарь, внесите в протокол следующую запись: «На вопрос председательствующего к потерпевшей последовало возражение адвоката. Председательствующий свой вопрос снял».
Защитник: Но я прошу внести в протокол и сам вопрос, гак как без него все теряет смысл».
Председательствующий: Вопрос исчерпан, ждем Ваших замечаний, а пока продолжим заседание.
Приведенный пример рассматривался на занятиях с секретарями судебного заседания (105 человек), которые назвали несколько возможных вариантов своих действий в данной ситуации:
а) внести в протокол запись, предложенную судьей. - 68 секретарей (64.7 %):
б) подписать протокол без отражения в нем случившегося эпизода - 18 секретарей (17,1%);
в) внести в протокол все изложенное в ситуации и подписать его независимо от позиции судьи - 12 секретарей (11,4%);
г) подписать протокол без внесения в него описанного эпизода и приложить к нему свои замечания - 8 секретарей (7,6%);

д) отказаться подписывать протокол без внесения в него описанного эпизода - 2 секретаря (1,9%);
е) но настоянию судьи подписать протокол без отражения в нем всего изложенного в ситуации, но приложить «особое мнение» - 2 секретаря (1,9%).
Как видим, два правильных варианта - «в» и «г» выбрали всего 20 секретарей (19,5%) судебных заседании. В то же время дальнейшая дискуссия позволила установить, что из этих 20 человек только 7 (что составляет всею 6,7% от числа опрошенных) знали, что поступают в соответствии с законом, а 13 (12,4%) сказали, что пришли к такому ответу исходя из здравого смысла. Таким образом, для абсолютного большинства опрошенных положение ч. 2 ст. 244 УПК: «В случае разногласия с председательствующим по поводу содержания протокола секретарь вправе приложить к протоколу свои замечания, подлежащие рассмотрению составом суда» - стало настоящим откровением (отметим, что ГГ1К аналогичной прямой нормы не содержит, что, как представляется, существенно ущемляет права секретаря судебного заседания по гражданским делам). Kpyi ;тв обнинялся в совершении кражи кошелька из кармана пальто у пассажира автобуса. Нссмофя на задержание прямо в автобусе, кошелек не был обнаружен, а единственный свидетель, который на предварительном следствии давал изобличающие показания, в судебном заседании показал, что нс может категорически утверждать, что видел момент проникновения руки Круыова в карман пассажира, но догадался об этом по его поведению.
В судебном заседании, после изменения свидетелем показаний, прокурор стал кричать на него и угрожать привлечением к уголовной ответегвсиности за лжесвидетельство, после чего между прокурором и защитником возник конфликт, который в протоколе судебного заседания был зафиксирован секретарем в следующем виде:
Защитник: Вряд ли Вам удастся «выкричать» из свидетеля то, что он не видел. Лучше бы Вы кричали па милиционеров и следователей, фальсифицирующих дела.
Прокурор: А Вы помолчите. Вам еше не дали слова.
Защнтник. Несмотря на все Ваши регалии. Вам нс удастся защитить лжссле- довагсля. видимо считающегося умелым фальсификатором.
Прокурор: Да Вы вообще нс имеете права судить о наших следователях. Нам известно, чго Вы и сами немалый «подтасовщик» фактов в выгодном Вам направлении. Вас уже не раз уличали в обмане. Именно Вы не смеете говорить нам о честности наших работников.
Поскольку на замечания председательствующего прокурор и адвокат не реагировали, суд объявил перерыв. Во время перерыва прокурор и адвокат вместе принесли судье свои извинения за нетактичное повеление в процессе и просили не
отражать этот эпизод в протоколе. При изготовлении протокола судья дал указание секретарю исключить описанный эпизод из протокола. Секретарь выполнил указание судьи.
Во время дискуссии 7 из 105 секретарей (6,7%) действия коллег признали неправильными, не соответствующими закону.
98 секретарей из 105 (93,3%) посчитали поведение коллег правильным, приведя следующие аргументы:
а) секретарь обязан подчиняться указаниям судьи - 71 секретарь (67,7%);
б) судья принял извинения сторон и был вправе дать указание секретарю не включать этот инцидент в протокол, тем более что конфликт не имел значения для существа дела, - 12 секретарей (11,4%);
в) спорить с судьей бесполезно: пожалуется председателю - и прощай работа - 11 секретарей (10,4%);
г) мое дело «маленькое», я за это не отвечаю - 4 секретаря (3.8%).
Как видим, основным аргументом в защиту своей позиции приводят общепринятые отношения «начальник - подчиненный», отводя подчиненному привычную роль «простого исполнителя» указаний судьи. секретарей (6,7%), знавших о своем праве принесения замечаний в случае несогласия с судьей, сказали, что секретарь должен отражать в протоколе все действия и решения суда, а равно действия участников процесса, имевших место в ходе судебного заседания.
Особо следует выделить группу 12 секретарей (11,4%), посчитавшую, что инцидент не имеег существенного значения для дела.
Представляется, что применительно к рассматриваемой ситуации отражение конфликтного диалога между прокурором и защитником имеет существенное значение для принятия решения о виновности подсудимого. Из приведенного диалога ясно, что речь идет о недостаточности доказательственной базы для обвинения Круглова и запись в протоколе приведенного диалога косвенно подтверждает позицию защиты и может быть использована для возможного обоснования невиновности Круглова. На протокол судебного заседания защитник подал замечания, состоящие из 12 пунктов, ознакомившись с которыми судья обнаружил, что в каждом из 12 пунктов были как подлежащие, так и не подлежащие удовлетворению фразы. При этом в случае полного удостоверения этих замечании выводы суда могли быть существенно опорочены, а вынесенный приговор поставлен под сомнение. Дело слушалось с участием народных заседателей.

Подавший замечания защитник был пршлашен для участия в их рассмотрении (ч. I ст. 264 УПК). Выслушав мнение защитника, полагавшего, что замечания отражают реальные события, происходившие в судебном заседании, и подлежат удостоверению в полном объеме, судья предложил ему переделать их таким образом. чтобы можно было оценивать и принимать решение по каждому предложению отдельно.
Защитник отказался сделать это, после чего судья пригласил секретаря, участвовавшего в рассмотрении дела, и опросил его по существу поданных замечаний. Секретарь заявил, что замечания не соответствуют действительности.
После этого судья удалился в кабинет и вынес постановление об отклонении замечаний, указав, что они не соответствуют действительности.
Ситуация неоднократно обсуждалась с судьями (110 человек) и позволила систематизировать следующие варианты предложенных ими решений:
а) вынести постановление о возвращении замечаний защитнику для их переработки - 47 судей (42,7%);
б) вынести постановление о полном отклонении замечаний, так как в них содержатся фразы, как подлежащие, так и не подлежащие удостоверению, - 17 судей (15,4%);
в) предложить защитнику «перестроить» сложные предложения в замечаниях на отдельные самостоятельные фразы, с тем чтобы каждую из них можно было рассмотреть самостоятельно - 15 судей (13,6%);
г) вынести постановление об утверждении подлежащих удовлетворению фраз из всех 12 пунктов, выписав каждую фразу в кавычках с указанием точной нумерации пункта, из которого она взята. В этом же постановлении указать, что в остальной части замечания отклоняются - 24 судьи (21,8%);
д) вынести постановление об утверждении подлежащих удовлетворению фраз из всех 12 пунктов, выписав каждую фразу в кавычках с указанием точной нумерации пункта, из которого она взяга. В этом же постановлении указать фразы, котрыс были отклонены, выписав каждую фразу в кавычках с указанием точной нумерации пункта, из которого она взята - 7 суден (6,4%).
Как видим, большинство судей считают, что поданные замечания не могли быть рассмотрены по причине неправильного оформления. Между тем поскольку процессуальным законом не установлена какая-либо специальная форма для замечаний на протокол судебного заседания, то участники процесса вправе излагать их в удобной для них форме, а суд не вправе отказывать в их рассмотрении. По итогам дискуссии с этим согласились 52 судьи из 79, а 27 судей продолжали
считать, чго в таких случаях они имеют право не рассматривать замечания, мотивируя тем, что если практика пойдет по такому пути, то участники процесса будут специально использовать ее в свою пользу.
Полагаю, что эти рассуждения нельзя признать ни правовыми, ни справедливыми, поскольку судебная практика выработала определенные правила рассмотрения замечаний, поданных в любой форме. В частности, вполне приемлемой является практика, предложенная в п. «г» и «д», с которой согласился 31 судья.
Необходимо точно определить фразы, подлежащие и не подлежащие удовлетворению, и в определении написать примерно следующим образом:
Фраза « » из пункта № 1 удостоверяется.
Фраза « » из пункта № 1 отклоняется и т.д.
Большие споры вызвала анализируемая ситуация в связи с привлечением секретаря судебного заседания, участвовавшего в рассмотрении этого дела, к участию в обсуждении замечаний: 66 судей считают такую практику уместной, хотя и не соответствующей закону, а 44 судьи правильно признают, что, «подключив» к рассмотрению замечаний секретаря судебного заседания, судья нарушил закон.
Возникает вопрос о возможности привлечения к участию в рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания одного из народных заседателей, входившего в состав суда при разбирательстве дела. (Отмстим. что многие судьи не знают, что в ст. 266 УПК 29мая 1992 г. внесены изменения, которые предоставит судье возможность единолично рассматривать замечания на протокол судебного заседания. - Л.Х.)
Последовательно исповедуя приоритетность закона перед целесообразностью, рискну высказать мнение, что если дело рассматривалось не единолично, го приглашение одного из судей для рассмотрения замечаний на протокол судебного заседания представляется вполне уместным, особенно в тех случаях, когда судья действительно не помнит события либо не уверен в точности их изложения в поданных замечаниях. Кстати, эта позиция отчасти может быть подкреплена содержанием ч. 2. ст. 244 УПК: «В случае разногласия с председательствующим но поводу содержания протокола секретарь вправе приложить к протоколу свои замечания, подлежащие рассмотрению составом суда». (Заметим, не единолично, а составом суда. Готов согласиться с предположением, что при внесении изменений в ст. 266 УПК об изменении этой нормы просто забыли. Однако она есть и пока действует. - J1.X.)

Необходимо отметить, что ч. 2 ст. 230 ГПК не подвергалась изменениям и сохранила возможность рассмотрения замечаний на протокол судебного заседания с участием одного из суден, участвовавшего в разбирательстве дела.
Необходимо ли ведение специального протокола при рассмотрении судьей (составом суда) замечаний, поданных на протокол судебного заседания суда первой инстанции?
Представляется, что в ГПК этот вопрос разрешен. Так, в ст. 226 говорится: «О каждом судебном заседании суда первой инстанции, а также о каждом отдельном процессуальном действии, совершенном вне заседания, составляется протокол». Представляется, что рассмотрение замечании на протокол судебного заседания суда первой инстанции как раз и является отдельным процессуальным действием, а значит, протокол должен быть составлен. В то же время полагаю, что при рассмотрении замечаний протокол этого судебного действия должен вести секретарь, не принимавший участия в судебном заседании, на протокол которого поданы замечания. В противном случае секретарь не вправе принимать участие в рассмотрении замечаний по существу. Вместе с замечаниями на протокол судебного заседания адвокат приложил магнитофонную пленку с фонограммой звукозаписи, которую он вел во время всего судебного процесса. При этом, обращаясь к суду с просьбой удостоверить поданные им замечания, адвокат указывает, что их правильность подтверждается приложенной фонограммой.
При обсуждении этой ситуации 110 судей предложили три варианта решений:
а) рассмотреть только письменные замечания, отделив их от фонограммы как не имеющей процессуального статуса - 34 судьи (30,9%);
б) рассмотреть письменные замечания вместе с прослушиванием соответствующих мест фонограммы звукозаписи судебного процесса и принять решение по существу - 18 судей (16,4%);
в) вынести постановление об отказе в рассмотрении письменных замечаний, так как они сопровождаются приложенной фонограммой - 58 судей (52,7%);
Таким образом, приведенные ответы свидетельствуют, что 58 судей готовы принять неверное решение - отказать в рассмотрении принесенных замечаний, хотя в соответствии с действующим УПК обязаны принять решение по существу: либо удостоверить, либо отклонить замечания.

За рассмотрение замечаний в целом высказались 52 судьи. Однако правильным следует признать только первый вариант решения, принятый 34 судьями, которые признали необходимым «отделить» принесенные замечания от фонограммы". В соответствии с ч. 2 ст. 264 УПК фонограмма может быть приложена к протоколу судебного заседания только в том случае, если суд принял решение о применении звукозаписи в судебном заседании, о чем должна быть сделана соответствующая отметка в протоколе судебного заседания, а сама фонограмма - приобщена к делу.
В рассматриваемом примере приобщенная к замечаниям фонограмма записи судебного процесса процессуальным документом не является и ссылаться на нее нельзя. После ухода суда на приговор секретарь по просьбе защитника передал ему листы с записями судебного процесса, которые адвокат сначала читал, а когда секретарь ушел из зала, воспользовался моментом и успел сделать их ксерокопию.
Поданные защитником замечания на протокол судебного заседания были судьей отклонены. В кассационной жалобе, ссылаясь на отклоненные замечания, защитник ук.иал па существенные неточности, обнаруженные им в протоколе судебного заседания, и в подтверждение приложил ксерокопии, сделанные им в день заседания с тех листов, которые он взял у секретаря.
Дело было снято с кассационного рассмотрения, и председатель суда назначил служебную проверку, которая подтвердила, что ксерокопия сделана со страниц, которые написаны секретарем именно в этом судебном заседании. Материалы проверки были переданы в квалификационную коллегию.
Этот пример обсуждался и с судьями, и с секретарями судебных заседаний, и автор полностью поддерживает следующую позицию большинства из них:
Независимо от полноты и правильности ведения секретарем записей во время судебного заседания приложенные к жалобе ксерокопии, сделанные с записей, которые вел секретарь в судебном заседании, судьями кассационной инстанции вообще не должны были рассматриваться в качестве процессуального документа. Они были сделаны до изготовления официального протокола, который к этому моменту не только не был прошит и пронумерован, но и не был прочитан и подписан ни председательствовавшим, ни секретарем судебного заседания. Между тем протокол судебного заседания, являясь процессуальным документом, должен быть оформлен с соблюдением Инструкции и иметь все соответствующие реквизиты. В приведенном примере приобщенные к кассационной жалобе ксерокопии являются не более

чем рабочими (черновыми) записями, не имеющими юридической силы. Таким образом, тот факт, что защитник ссылался на эти записи, следует признать и незаконным, и некорректным. Судьи поддержали мнение автора, что кассационная инстанция вправе была принять соответствующее решение о недопустимости этих записей к оценке в качестве протокола судебного заседания и рассмотреть дело по существу.
Подводя итоги обсуждения проблем, связанных с изготовлением протокола судебного заседания при рассмотрении уголовных дел, необходимо отметить два существенных момента, требующих скорейшего разрешения: Поскольку УПК наделяет судью правом единолично рассматривать замечания на протокол судебного заседания, без обязательного привлечения других участников процесса, возникает ситуация, при которой судья по своему личному усмотрению волен удовлетворить или не удовлетворить поданные замечания, и его решение фактически никому не подконтрольно. Секретарь судебного заседания фактически находится в производственном и административном подчинении от судьи, что неизбежно ставит его в зависимое положение со всеми вытекающими последствиями. (Кстати, на многочисленных дискуссиях судьи не могли вспомнить в своей судебной практике случаев принесения секретарями замечаний на протокол судебного заседания. В то же время дискуссии с секретарями показали, что такая необходимость иногда возникает. - Л.Х.)
С учетом сказанного представляется необходимым решить вопросы укрепления правовой, служебной и административной независимости секретаря судебного заседания, внеся изменения в соответствующие нормы УПК и ГПК. В частности:
а) о включении секретаря судебного заседания в число участников процессуального действия:
б) предусмотреть обязательное рассмотрение замечании составом суда, хотя бы неполным, а также уведомление участников процесса о времени их рассмотрения;
в) об обязательном ведении протокола такого процессуального действия, как рассмотрение замечаний на протокол судебного заседания, в котором будут изложены позиции всех участников этого действия (внести в УПК специальную норму, аналогичную ст. 226, 230 ГПК);

г) внести в ГПК норму, аналогичную ч. 2 ст. 244 УПК, о праве секретаря, в случае разногласий с судьей, приложить к протоколу судебного заседания свои замечания;
д) приобрести соответствующее стенографическое оборудование, позволяющее иметь готовый протокол к концу каждого судебного заседания через 1,5-2 часа после его окончания, и обучить секретарей пользоваться им;
е) предложить судьям при подготовке к судебному процессу инициировать использование сторонами различной аппаратуры для аудио- и (или) видеозаписей судебного процесса, с обязательным процессуальным оформлением по правилам ч. 2 ст. 264 УПК.

Еще по теме § 13. Протокол судебного заседания:

  1. 39. После окончания судебного заседания свидетель Л. обратился к судье и заявил, что в протоколе судебного заседания неправильно записаны его показания. Судья дал указание секретарю судебного заседания внести соответствующие исправления. Правильно ли это?

Доброго времени суток, дорогие друзья, наконец-то я вырвал свободную минутку, чтобы поднять очень важную, на мой взгляд, тему про "Судебный протокольный беспредел" .

Для начала, я Вам кратко расскажу своими словами, что же такое за "зверь" - протокол судебного заседания и почему же он так важен?!

Протокол судебного заседания - это документ, который ведётся секретарём судебного заседания, во время судебного процесса, в письменной форме, в том числе с использованием стенографии, а так же с использованием иных технических средств.

В протоколе фиксируются все существенные действия и сведения о разбирательстве судебного дела. (ст.229 ГПК РФ), в протокол заносятся, объяснения сторон, под протокол происходит допрос свидетелей, туда же вносятся "протокольные" определения суда, возражения сторон, относительно действий председательствующего судьи (ч.2 ст.156 ГПК РФ), а так же любая информация, которую стороны считают значимой для разрешения дела (ч.2 ст.230 ГПК РФ), но это уже отнесено на усмотрения суда и разрешается судьей, по общему правилу заявленных сторонами ходатайств, путём вынесения определения суда.(ст.166 ГПК РФ).

В соответствии со ст.71 ГПК РФ, протокол судебного заседания является письменным доказательством по делу , а поскольку в соответствии с тем же законом (ч.2 ст.67 ГПК РФ) никакие доказательства для суда не могут быть более значимыми, то из этого возможно сделать вывод, что протокол судебного заседания - это важный процессуальный документ, который может, в том числе, лечь в основу решения суда.

Теперь коснёмся немного сроков, которые законодатель нам определил, в части изготовления протокола судебного заседания, а именно, в ст. 230 ГПК РФ говорится нам о том, что протокол судебного заседания должен быть изготовлен в течении трёх дней . В соответствие с нормами ГПК РФ, отсчёт времени ведётся начиная со дня, следующего за днём судебного заседания, причём, если последний день попадает на праздничный или не рабочий день, то последним днём считается, первый рабочий день.

В свою очередь, протокол судебного заседания должен содержать необходимые сведения, предусмотренные в ст.229 ГПК РФ, он должен быть подписан лично судьёй, а так же секретарём судебного заседания.

В соответствии со ст.231 ГПК РФ стороны вправе подать свои замечания на протокол, а в частности, на его неточность или неполноту. Замечания на протокол подаются в письменной форме в течение пяти дней с момента его изготовления, которые затем разрешаются судом с вызовом сторон, в судебном заседании, путем вынесения соответствующего определения.

Суд вправе либо удостоверить замечания на протокол, либо удостоверить их в части, либо отклонить замечания на протокол в полном объёме.

К слову сказать, данное определение суда отдельному обжалованию не подлежит, обжаловать его возможно, только с апелляционной жалобой.

Так в чём же состоит "протокольный беспредел" справедливо спросите Вы?

А весь фокус состоит в том, что протокол судебного заседания, практически никогда не изготавливается вовремя, а происходит это "счастье" с огромной задержкой, например, по нашему региону Санкт-Петербург, через неделю, в мировом суде, а в Федеральном (районном) через две, или даже три недели, начиная с момента судебного заседания.

Протокол изготавливается, как правило, уже давно за пределами процессуальных сроков, предусмотренных для подачи замечаний (ст 231 ГПК РФ) и просто, извините, тупо ставится дата его изготовления задним числом, чтобы документ стал соответствовать требованиям ст. 230 ГПК РФ.

В случае чего, отмазка судьи железная - протокол был изготовлен вовремя, но дело находилось в зале суда и не было вовремя сдано секретарем судебного заседания в гражданскую канцелярию, максимум, секретарю "ататашеньки" немного будет.

При этом, при малейшем желании судьи, любые Ваши замечания на протокол судебного заседания будут судом обоснованно отклонены, за "пропуском" процессуального срока, а оснований для восстановления "пропущенного Вами" процессуального срока у суда не имеется.

Тот же беспредел у нас твориться в Санкт-Петербурге в судах и с изготовлением решений судов в окончательной форме.

В ст. 199 ГПК РФ говорится о том, что у судьи есть всего пять дней на его изготовление, реально же решение суда в окончательной форме может отсутствовать по две и даже по три недели, но что же здесь особенного спросите Вы, какая разница, когда это решение стороне получать?

Действительно, стороне, которая согласна с постановленным судьёй судебным актом, особенно то не о чем беспокоиться, но вот у другой стороны, по закону есть всего один месяц для подачи апелляционной жалобы в выше стоящий суд и срок этот исчисляется, внимание!!! С даты изготовления решения суда в окончательной форме, которая уж точно будет соответствовать нормам ГПК РФ, т е дата в решении суда будет стоять, не позднее пяти дней, с момента оглашения резолютивной части решения суда (последнего заседания).

Вот и фишка - у Вас получается не месяц на подготовку апелляционной жалобы, а две или даже одна неделя, а в редких случаях бывало и вообще всего несколько дней на подготовку обжалования.

Вот к примеру, из последнего, ДЕЛО № 2-3875/2015 ~ М-1770/2015, судья Лифанова Оксана Николаевна, Московского районного суда г.Санкт-Петербурга 10 сентября 2015 года, вынесла решение, которым частично удовлетворила заявленный нами иск, с этим решением мы не согласны, на сегодняшний день 21 сентября 2015 года, нет не только последнего протокола судебного заседания, в котором были допрошены так называемые "свидетели" (отец и лучшая подруга ответчика), "показания" которых могли существенно повлиять на решение суда, но и отсутствует само решение суда в окончательной форме (это видно сейчас в карточке дела, на официальном сайте Московского районного суда г.Санкт-Петербурга, но, если Вы посмотрите эту же карточку дела немного позднее, то там уже будет стоять, что решение было изготовлено судьёй в срок, вот проверьте потом, ради эксперимента).

При неоднократном, в том числе, и письменном моём обращении в гражданскую канцелярию Московского районного суда г.Санкт-Петербурга, сотрудники данной гражданской канцелярии с пониманием кивали головой, но при этом разводя руками, мол, да, нарушение, но дела в канцелярии сейчас НЕТ, обращайтесь непосредственно к судье Лифановой О.Н., а та, в свою очередь, отправляет меня обратно в гражданскую канцелярию, и так каждый день, в общем, замкнутый круг получается, в итоге, время то работает против нас, так как 1/3 срока на апелляционное обжалование данного судебного акта, уже незаметно прошла, в борьбе за протокол и решение, а я даже решение суда ещё и в глаза то не видел. Московский районный суд у нас своеобразный "лидер" в таких вопросах, терпеть его не могу, за не компетентность некоторых судей, за затягивание сроков рассмотрения гражданских дел, за "протокольный беспредел", которым, к слову сказать, у нас любой суд грешит, в той или иной степени.

Как же с этим судебным произволом бороться?

Вот мои некоторые практические наработки:

1. Я обязательно веду аудиозаписи всех "своих" судебных заседаний и при этом на физический носитель, например, карту памяти в цифровом диктофоне. (судьям, конечно же, по понятным причинам это не нравится, но ГПК не этого не запрещает, поэтому "контора пишет").

Все записи я храню на физическом носителе и в неизменном виде, минимум шесть месяцев, с момента вступления решения суда в законную силу.(по существу же, записи хранятся в моем архиве гораздо дольше, вместе с оставшимися у меня копиями материалов судебных дел).

2. Перед каждым судебным заседанием, я обязательно подаю в гражданскую канцелярию письменное ходатайство (дублирую его, при этом, накануне в электронной форме, через оф. сайт суда) об ознакомлении с делом и с протоколом, предстоящего судебного заседания, не забыв копию этого заявления, с отметкой о приеме, оставить у себя.

3. В случае отсутствия протокола (и)или решения суда в обусловленный законом (ГПК РФ) срок, я обязательно пишу жалобы: Сначала на имя председателя данного суда, далее в ККС и Совет Судей РФ, затем председателю выше стоящего суда, копии жалоб, с отметкой о приеме всегда оставляю себе.

4. Если случай уж совсем запущенный, решения суда в окончательной форме всё нет и нет и судья ну никак не реагирует, то я рекомендую, с целью того, чтобы не пропустить процессуальные сроки на апелляционное обжалование, подать короткую (не мотивированную) апелляционную жалобу, которую судья, своим определением оставит без движения и даст Вам "разумный срок" для устранения её недостатков и исполнения данного определения суда. Можно отправить её почтой, в последний день на апелляционное обжалование, до 00-00, чтобы максимально выиграть время на составление и подачу мотивированной апелляционной жалобы, но, при этом, нужно, в соответствии с ГПК РФ, точно установить этот последний день т к промах в этом вопросе грозит Вам отклонением апелляционной жалобы, за пропуском срока на обжалование.

5. Периодически я лениво прозваниваю зал суда, напоминаю секретарю судебного заседания о срочной необходимости получения мной данных важных процессуальных документов.(что скрывать - это очень малоэффективный способ).

Всегда, все судьи и секретари судов, ссылаются на их чрезмерную загруженность и катастрофическую нехватку времени для изготовления этих процессуальных документов, между тем, протокол судебного заседания ведётся в процессе судебного заседания и получается, что нужно две-три недели времени, чтобы поставить судье и секретарю две закорючки? (подписи).

А может им так просто удобно, а время это нужно, чтобы протокол судебного заседания подогнать под конкретное "нужное" решение суда?

В любом случае - это "непаханное поле" для процессуальных злоупотреблений.

То же самое, кстати, относится и к изготовлению решения суда, в окончательной форме, как я уже писал выше, пять дней для этого определил судье наш законодатель, но и в этом моменте, судьи, по уже теперь понятным всем причинам, умудряются "зашиться" и не изготовить его в срок, не прибегая к датированию данного важного процессуального документа задним числом.

А что ж нам с Вами тогда остаётся делать?

"Умом Россию не понять, Аршином общим не измерить:
У ней особенная стать - В Россию можно только верить."

Ф.Тютчев

Полезные по теме документы: ГПК РФ; Приказ Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 29 апреля 2003 г. N 36 "Об утверждении Инструкции по судебному делопроизводству в районном суде"

PS. Предлагаю Всем делиться практическим опытом борьбы с "протокольным беспределом" и дополнять свои варианты решений данной проблемы .

Прям такая небольшая забористая статейка получилась, не судите строго, написал её не отрываясь, так сказать на одном дыхании))).


Смурков М.И.:

Протокол судебного заседания ведётся в процессе судебного заседания и получается, что нужно две-три недели времени, чтобы поставить судье и секретарю две закорючки? (подписи)

Вот именно.

Я тоже это не совсем понимаю.

До сих пор иногда вижу в судебных заседаниях, как секретари пишут протокол ручкой на бумаге. Это как назвать? Получается, что она сейчас пишет рукой (а вы попробуйте записать рукой свободную речь человека, даже не речь, а диалог, когда все друг друга перебивают, а судья сверху еще перекрикивает их обоих), то есть она пишет рукой, 5 - 6 процессов в день (а бывает и 10 - 15). Потом вечером приходит в свой кабинет и это ей все надо набивать на компьютере? Фигня какая-то.

С другой стороны, видел качественных секретарей, которые строчат на компе так, что только треск стоит.

Данная публикация основана на материалах одного гражданского дела, рассмотренного районным судом Владимирской области и материалах проверки следователя СУ СК в отношении судьи и секретаря судебного заседания.

Рассматриваем дело гражданское.

Часто при рассмотрении гражданского дела в суде ключевыми доказательствами являются показания свидетелей, вызванных и допрошенных в суде. Данные показания должны быть точно и неукоснительно зафиксированы в протоколе судебного заседания в соответсвии с нормами статей 228 - 232 ГПК РФ.

Также часто стороны процесса сталкиваются с тем, что судья или секретарь по его указанию (по разным причинам: заинтересованность, подкуп, халатность) вносит в протокол судебного заседания неполные или недостоверные сведения, а замечания на протокол отклоняет, несмотря даже на прикладываемые юристами диктофонные аудиозаписи с расшифровками.

Что же делать в этой ситуации? В лучшем случае в деле останется сами замечания и диск с аудиозаписью, которую, конечно же, в областном суде никто слушать не будет, или она окажется некачественной - диск случайно треснет...

И пользуемся нормами УК РФ и УПК РФ.

Обратимся к нормам УК РФ: действия секретаря и судьи формально подпадают под состав преступления, указанный в :

1. Служебный подлог, то есть внесение должностным лицом, а также государственным служащим или служащим органа местного самоуправления, не являющимся должностным лицом, в официальные документы заведомо ложных сведений, а равно внесение в указанные документы исправлений, искажающих их действительное содержание, если эти деяния совершены из корыстной или иной личной заинтересованности (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного частью первой статьи 292.1 настоящего Кодекса), - (в ред. Федерального закона от 08.04.2008 N 43-ФЗ) наказываются штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет. (в ред. Федерального закона от 07.12.2011 N 420-ФЗ)

2. Те же деяния, повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, - наказываются штрафом в размере от ста тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо принудительными работами на срок до четырех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового, либо лишением свободы на срок до четырех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового. (в ред. Федерального закона от 07.12.2011 N 420-ФЗ) (часть вторая введена Федеральным законом от 08.04.2008 N 43-ФЗ)

Неужели сажать в тюрьму судью и секретаря? Это же не реально!

Не торопитесь с выводами. Обойдемся малой кровью.

Во-первых, необходимо подать заявление в региональное управление Следственного комитета о привлечении к уголовной ответственности секретаря судебного заседания. Секретарь в отличие от судьи не обладает иммунитетом от уголовного преследования.

Во-вторых, к заявлению приложить диск или флэш-карту с аудиозаписью судебного заседания. Желательно, чтобы она была без помех и произведениа без сжатия. В общем пользоваться нужно качественным профессиональным или полупрофессиональным диктофоном. Также необходимо предоставить следователю свою стенограмму заседания.

В- третьих, в просительной части заявления необходимо просить следователя в рамках проверки:

1. опросить секретаря и судью судебного заседания,
2. истребовать протокол судебного заседания и замечания на него
3. назначить лингвистическую экспертизу , производство которой поручить экспертам Российского федерального центра судебной экспертизы при Министерстве юстиции РФ, поставить перед экспертами следующие вопросы:

Соответствует ли смысловое содержание показаний свидетелей А., Б., В, отраженные в протоколе судебного заседания от ____, показаниям, непосредственно изложенным ими в ходе судебных заседаний и записанных на аудионоситель и стенограмму? -

Соответствует ли смысловое содержание показаний свидетелей А., Б., В, отраженные в решении ______________ суда от _____, показаниям, непосредственно изложенным им в ходе судебного заседания от ___ и записанных на аудионоситель и стенограмму?
В-четвертых , после проведения следователем указанных действий, знакомимся с материалами проверки посредством фотокопий - в Вашем распоряджении окажутся весомые документы, полученные за счет федерального бюджета: экспертиза стоит дорого.

В -пятых, если к этому времени дело проиграно и апелляционная инстанция оставила решение в силе, не помогли кассация и надзор, необходимо подавать в районный суд заявление о пересмотре дела по вновь открывшимся обстоятельтсвам с ходатайством об истребовании из СУ СК материала проверки КУСП № __

В нашем случае решение суда (а заявление о пересмотре рассматривал другой судья - председатель поступил разумно, распределив дело) было пересмотрено в положительную сторону.

Похожие публикации