Процессуальная самостоятельность следователя. Полномочия и процессуальная самостоятельность следователя Место производства предварительного расследования

Процессуальная самостоятельность следователя. Полномочия и процессуальная самостоятельность следователя Место производства предварительного расследования

1.1 Понятие, сущность и принцип процессуальной самостоятельности следователя

Процессуальная самостоятельность следователя - положение уголовно-процессуального законодательства, согласно которому следователь самостоятельно принимает все решения о направлении следствия и производстве следственных действий (за исключением случаев, когда законом предусмотрено получение санкции или согласия прокурора) и несет полную ответственность за их законное и своевременное проведение. Правом вмешательства в процессуальную деятельность следователя обладают только прокурор и начальник следственного отдела путем дачи ему письменных указаний о производстве следствия. В то же время следователю предоставлено право отстаивать свое мнение об основных решениях, принимаемых по делу (ч.3 ст.38 УПК РФ), и при этом высказывать свои возражения 1 .

Следователь осуществляет государственно-правовую функцию расследования преступлений. Для ее понимания, осуществления и совершенствования важно исследование сущности принципа процессуальной самостоятельности следователя как субъекта расследования. Следователь является основным субъектом расследования потому, что он самостоятельно производит основное количество следственных и иных процессуальных действий 2 .

Уголовно-процессуальное законодательство устанавливает необходимые гарантии законности и обоснованности принимаемых следователем процессуальных решений. К таким гарантиям относятся закрепленные в действующих нормах принципы уголовного процесса: законности, всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, презумпция невиновности, обеспечения подозреваемому и обвиняемому права на защиту, язык, на котором ведется предварительное расследование и другие.

Принципы уголовного процесса - это вытекающие из природы Российского государства, теоретически обоснованные и законодательно закрепленные основные правовые положения, которые выражают демократическую и гуманистическую сущность уголовного процесса, определяют построение всех его процессуальных форм, стадий и институтов и направляют уголовно-процессуальную деятельность на достижение задач и целей, поставленных государством перед уголовным судопроизводством в целом и стадии предварительного расследования в частности 1 .

Все они составляют единую систему, ибо в своем осуществлении взаимосвязаны и взаимообусловлены. Эта взаимосвязь проявляется в любом действии, при вынесении любого процессуального решения следователя. Каждый принцип есть вместе с тем условие обеспечения эффективности других принципов и всего процесса в целом.

Принцип процессуальной самостоятельности следователя представляет реальную гарантию законности и обоснованности процессуальных решений следователя, поскольку дает ему возможность в пределах установленной законодательством компетенции вполне самостоятельно формулировать выводы и суждения на основе проверенных достоверных доказательств. Презюмируется при этом, что никто лучше следователя, в чьем производстве находится дело и кто лично непосредственно вникает в сущность исследуемых обстоятельств, не может оценить доказательства в их совокупности и принять наиболее оптимальные и верные и рациональные решения по каждому возникающему правовому вопросу 2 .

Необходимо, далее, учитывать, что положение о процессуальной самостоятельности следователя относится к принципам так же, как применительно к судебной деятельности к ним относится независимость судей, присяжных заседателей и подчинение их только закону; оба они выражают одинаковую сущность процессуальной деятельности ее участников - государственных органов.

Конечно, процессуальная самостоятельность и независимость следователя и независимость судей - понятия отнюдь не тождественные 1 . Если следственная деятельность осуществляется под постоянным контролем начальника следственного отдела и надзором прокурора, которые вправе давать следователю обязательные письменные указания по расследуемому им делу, то судьям такого рода указания по расследуемому им делу никто давать не может. Сущность процессуальной деятельности, в основе которой лежат принципы процессуальной самостоятельности участников процесса – государственных органов неизменна, но условия их осуществления различны.

Следователь в уголовном процессе, независимо от ведомства, в котором он состоит - это наделенный широкими полномочиями деятель российской юстиции, выполняющий важные государственные функции - уголовное преследование, изобличение лиц, совершивших преступление, защиту граждан от неосновательного привлечения к ответственности, разрешение дела по существу. 2 В соответствии со ст. 38 УПК РФ, при производстве предварительного расследования следователь все решения о направлении следствия и о производстве следственных действий принимает самостоятельно, за исключением случаев, когда законодательством предусмотрено согласование с прокурором, и несет полную ответственность за их законное и своевременное проведение. Процессуальная самостоятельность следователя обеспечивается тем, что в случае несогласия с письменным указанием прокурора или начальника следственного отдела по любому возникающему в ходе расследования вопросу следователь вправе представить в установленном порядке свои возражения. Иные должностные лица, включая руководителей отделов внутренних дел, не вправе вообще вмешиваться в процессуальную деятельность следователя, давать указания по расследуемому им делу. Никто абсолютно, включая прокурора или начальника следственного отдела, не может навязать следователю принятие решений, вопреки его убеждению.

Следователь, в соответствии с принципом процессуальной самостоятельности, должен принимать такие решения, в законности и обоснованности которых он полностью уверен; он должен иметь по каждому вопросу свое собственное мнение и не может действовать вопреки своему убеждению и совести.

Вынесение процессуального решения вопреки своему убеждению должно во всех случаях рассматриваться и как нарушение норм процессуального законодательства, и как невыполнение своего служебного долга, и как беспринципность - свойство несовместимое с процессуальным и служебным положением следователя. В этой связи нельзя согласиться с односторонней трактовкой принципа процессуальной самостоятельности следователя - только как право принимать решения по своему внутреннему убеждению. Необходимо подчеркнуть также и обязанность следователя действовать исключительно в соответствии со своими убеждениями 1 .

Процессуальная самостоятельность и независимость следователя являются не только правовым, но и этическим принципом. От следователя требуется действительное, неформальное соблюдение требований закона о полном, всестороннем и объективном расследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. В этом состоит также его высокий моральный долг.

Индивидуальные черты следователя, его психология, мировоззрение и весь его моральный облик проявляются во всех тех конкретных действиях и решениях, которые выполняются и выносятся им в связи с расследуемым делом. Действия и решения следователя в конечном счете становятся достоянием широкой гласности. Отсюда - любое отступление от требований закона, проявление необъективности, нарушение правил следственной этики и низкая правовая культура расследования порождает сомнение в соблюдении принципа процессуальной самостоятельности следователя и не могут не нанести в целом вреда воспитанию граждан уважения законности и правопорядка.

Внутреннее убеждение следователя - это не просто личное усмотрение или проявление субъективизма. Во всех случаях имеется в виду убеждение, основанное на всестороннем, полном и объективном рассмотрении самим следователем всех обстоятельств дела в их совокупности.

Для установления истины по делу следователь по каждому уголовному делу должен сам собрать, проверить и оценить доказательства; сам убедиться в их достоверности и не поддаваться постороннему воздействию, особенно тех лиц, которые лично не исследовали доказательств. Именно в этом находит свое выражение этико-правовая сущность принципа процессуальной самостоятельности следователя; именно здесь проявляется непосредственная связь между принципом процессуальной самостоятельности следователя (оценкой им доказательств по внутреннему убеждению) и установлением объективной истины по делу 1 .

Процессуальная самостоятельность следователя относится как к сфере принятия им решений, так и в целом ко всей его процессуальной деятельности: планирование расследования, выбору наиболее эффективных и основанных на законе тактических приемов и методов расследования, направленных к быстрому и полному раскрытию преступлений.

Осуществление принципа процессуальной самостоятельности следователя обеспечивается взаимосвязанной системой нормативных актов, устанавливающих его процессуальные полномочия, принципы оценки доказательств по внутреннему убеждению следователя, законности и обоснованности принимаемых им решений, требование объективности и личной заинтересованности в деле и ряд других.

Существенные гарантии реальности процессуальной самостоятельности следователя содержатся также в нормах материального права - уголовного и административного: обеспечение, например, личной неприкосновенности следователя от посягательства на него в любой форме; определенный порядок назначения, увольнения и привлечения к дисциплинарной ответственности и т. д.

B. C. Шадрин в недостаточной процессуальной самостоятельности видит одну из причин незаконного и необоснованного привлечения граждан к уголовной ответственности, «обеспечение же процессуальной самостоятельности в свою очередь является важным условием надлежащего обеспечения прав и интересов личности при производстве расследования» 2
. Страдают не только незаконно привлечённые к уголовной ответственности, но и ущемляются интересы потерпевшей стороны, других субъектов, вовлечённых в процесс, Ограничение самостоятельности значительно снижает творчество, инициативу и активность в работе следователя, отсюда и отношение к результатам расследования.

В. П. Божьев и А. И. Трусов отмечают, что следователем можно считать такое лицо, которому «… достаточно надежно гарантированы процессуальная самостоятельность, независимость и подчинение только закону… » 1
.

Статья 38 УПК РФ определяет объём полномочий следователя. следователя в уголовном судопроизводстве. Следователи являются должностными лицами прокуратуры (п.1 ч.2 ст.151), органов ФСБ (п.2 ч.2 ст.151), ОВД (п.3 ч.2 ст.151), органов налоговой полиции (п.4 ч.2 ст.151). Этими полномочиями могут обладать также прокурор (п.2 ч.2 ст.37) и начальник следственного отдела (ч.2 ст.39) в случае принятия ими УД к своему производству.

Законодатель в ч. 2 ст. 38 УПК наделяет следователя значительными полномочиями по направлению хода расследования, производству следственных и иных процессуальных действий, которые составляют юридическую основу процессуальной самостоятельности следователя. Следователь имеет право самостоятельно выдвигать и проверять версии, планировать следственные и иные процессуальные действия, собирать, проверять и оценивать доказательства в порядке, установленном УПК. На основании этого можно дать следующую классификацию принимаемых следователем процессуальных решений по критерию процессуальной самостоятельности.

Следователь самостоятельно может принимать следующие процессуальные решения: признание доказательства недопустимым (ч.2 ст.88); принятие решения о приводе обвиняемого (подозреваемого), а также потерпевшего и свидетеля (ст.113); вызов граждан для допроса (ст.187); задержание лиц, подозреваемых в совершении преступлений (ст.91), вынесение постановления о привлечении их в качестве подозреваемых или обвиняемых; о выделении из уголовного дела в отдельное производство другого уголовного дела (ч.1 ст.154), выносить постановление о выделении из уголовного дела материалов, содержащих сведения о новом преступлении (ст.155).

В целях обеспечения в уголовном судопроизводстве конституционных прав человека и основных свобод УПК РФ ограничивает самостоятельность следователя при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу т.к. оно допускается только на основании судебного решения.

Процессуальная самостоятельность следователя со стороны прокурора непосредственно ограничивается при принятии следующих процессуальных решений: возбуждение уголовного дела (ч.1 ст.146); возбуждение перед судом ходатайства об избрании, отмене или изменении меры пресечения; вынесение постановления следователя о прекращении производства по УД (п.13 ч.2 ст.37); утверждение прокурором обвинительного заключения (п.1 ч.1 ст.221).

В связи с изложенным можно сформулировать следующее определение.

Принцип процессуальной самостоятельности следователя - это закрепленное в нормах действующего законодательства положение, состоящее в праве и обязанности следователя принимать все решения по находящемуся в его производстве уголовному делу и материалам самостоятельно, по своему внутреннему убеждению, совести и долгу, отвечая в полной мере за их законность, обоснованность, справедливость и своевременное проведение в жизнь.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации существенно изменил прежний порядок уголовного судопроизводства, в том числе на стадии предварительного следствия.

Процессуальная самостоятельность является важнейшим элементом правового статуса следователя и его значение велико для успешного решения стоящих перед ним задач. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации определяет, что следователь вправе самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с законом требуется получение судебного решения и санкции прокурора (ст. 38). Также новый уголовно-процессуальный закон наделяет следователя свободой оценки доказательств, определив данную правовую норму как один из принципов уголовного судопроизводства. Статья 17 УПК РФ указывала, что следователь, наряду с иными субъектами уголовного процесса, оценивает имеющиеся в уголовном деле доказательства по своему внутреннему убеждению, на основе их совокупности, руководствуясь при этом законом и совестью.

1.2 Процессуальная самостоятельность следователя при возбуждении уголовного дела

Возбуждение уголовного дела является самым важным процессуальным актом. Без совершения этого процессуального акта невозможно проведение расследование по уголовному делу.

Статья 146 УПК регламентирует порядок возбуждения уголовного дела публичного обвинения Согласно данной статьи УПК РФ при наличии повода и основания, предусмотренных статьей 140 УПК, дознаватель или следователь с согласия прокурора, а также прокурор в пределах компетенции, установленной УПК, возбуждают уголовное дело, о чем выносится соответствующее постановление, в котором указываются: 1) дата, время и место его вынесения; 2) кем оно вынесено; 3) повод и основание для возбуждения уголовного дела; 4) пункт, часть, статья Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании которых возбуждается уголовное дело.

Если уголовное дело направляется прокурору для определения подследственности, то об этом в постановлении о возбуждении уголовного дела делается соответствующая отметка.

Постановление следователя, дознавателя о возбуждении уголовного дела незамедлительно направляется прокурору. К постановлению прилагаются материалы проверки сообщения о преступлении, а в случае производства отдельных следственных действий по закреплению следов преступления и установлению лица, его совершившего (осмотр места происшествия, освидетельствование, назначение судебной экспертизы), – соответствующие протоколы и постановления. Прокурор, получив постановление, незамедлительно дает согласие на возбуждение уголовного дела либо выносит постановление об отказе в даче согласия на возбуждение уголовного дела или о возвращении материалов для дополнительной проверки, которая должна быть проведена в срок не более 5 суток. О решении прокурора следователь, дознаватель в тот же день уведомляет заявителя, а также лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело.

Таким образом, при возбуждении уголовного дела следователь и дознаватель фактически не имеют процессуальной самостоятельности, т.к. окончательное решение о возбуждении уголовного дела принимает прокурор, по поводу чего он выносит своё постановление. Именно по этому поводу Министр внутренних дел Б.В. Грызлов заявил: «Анализ полугодовом практики применения УПК России приводит к выводу, что резко ограничена, причем по формальным соображениям, процессуальная самостоятельность следователя» 1 .

По действующему УПК РФ следователь (дознаватель) обязан получить согласие (фактически — разрешение) прокурора на возбуждение уголовного дела. Получения согласия прокурора на отказ в возбуждении уголовного дела закон не требует. Согласно ст. 145 ч. 4 УПК РФ копия постановления следователя или дознавателя об отказе в возбуждении уголовного дела в течение 24 часов с момента его вынесения просто направляется заявителю и прокурору. Более того, закон не обязывает прокурора проверять законность и обоснованность отказа в возбуждении уголовного дела,

УПК РФ позволяет, с согласия прокурора, возбуждать уголовное дело не только по признакам определенного преступления, но и в отношении конкретного лица (ст. 46 ч. 1 п. 1 УПК РФ, Приложение 8 к УПК РФ). При этом такой человек становится подозреваемым, приобретает соответствующие права и обязанности.

На стадии возбуждения уголовного дела процессуальная самостоятельность следователя и дознавателя практически полностью ограничивается прокурором, что закреплено УПК РФ, а также может быть ограничена судом, что вытекает из положений Конституции РФ.

Нормы УПК РФ, необоснованно ограничивающие процессуальную самостоятельность следователя и дознавателя, требуют в дальнейшем их усовершенствования. К таким процессуальным нормам относится, прежде всего, установленное УПК РФ обязательное правило дачи прокурором согласия на возбуждение уголовного дела, либо вынесение постановления об отказе в даче согласия на возбуждение уголовного дела или возвращение материалов для дополнительной проверки (ч. 4 ст. 146).

1.3 Процессуальная самостоятельность следователя при избрании, изменении и отмене меры пресечения

Статья 97 УПК РФ закрепляет право следователя и дознавателя на избрание меры обвиняемому меры пресечения: дознаватель, следователь, прокурор, а также суд в пределах предоставленных им полномочий вправе избрать обвиняемому одну из мер пресечения, предусмотренных УПК РФ.

Статья 98 УПК РФ определяет перечень мер пресечения: подписка о невыезде; личное поручительство; наблюдение командования воинской части; присмотр за несовершеннолетним обвиняемым; залог; домашний арест; заключение под стражу.

Меры пресечения являются одним из видов мер принуждения в уголовном процессе. Целью применения мер пресечения является обеспечение успешного расследования и судебного разбирательства уголовного дела. В отличие от мер уголовного наказания, меры пресечения не имеют карательного и воспитательного воздействия и действуют до вступления приговора в законную силу. Меры пресечения нельзя рассматривать как меры процессуальной ответственности, так как они применяются не за совершение преступления и не за совершение процессуального нарушения, а для предотвращения совершения обвиняемым (подозреваемым) процессуальных нарушений и новых преступлений.

Меры пресечения могут быть избраны на досудебных стадиях уголовного процесса дознавателем, следователем, прокурором. Прокурор вправе избрать меру пресечения по любому уголовному делу, за которым он осуществляет процессуальный надзор, однако для применения заключения под стражу прокурор должен обратиться с ходатайством в суд.

Избрание меры пресечения – это принятие дознавателем, следователем, прокурором, а также судом решения о мере пресечения в отношении подозреваемого, обвиняемого (п.13 ст.5 УПК). Применение меры пресечения – это процессуальные действия, осуществляемые с момента принятия решения об избрании меры пресечения до ее отмены или изменения (п.28 ст.5 УПК). Избрание меры пресечения является правом, а не обязанностью компетентных должностных лиц. Если основания для применения меры пресечения отсутствуют, то мера пресечения не применяется.

Подробно порядок применения и сущность мер пресечения раскрываются в статьях 99 –108 УПК РФ. Из содержания этих статей видно, что следователь и дознаватель самостоятельно, без всякого согласования с прокурором принимают решение о применении меры пресечения в виде: подписки о невыезде; личного поручительства; наблюдения командования воинской части; присмотра за несовершеннолетним подозреваемым или обвиняемым.

Применение такой меры пресечения как залог применяется следователем и дознавателем только с согласия прокурора.

В Конституции Российской Федерации предусмотрено применение такой меры пресечения как содержание под стражей только на основании судебного решения. Но, невзирая на это конституционное установление, следователь, следуя нормам УПК России, при необходимости избрания меры пресечения в виде заключения под стражу обязан получить согласие прокурора на возбуждение перед судом соответствующего ходатайства. В таком же порядке в соответствии со ст. 107 УПК РФ применяется такая мера пресечения как домашний арест.

Следует отметить, что в данной ситуации прокурор сам по существу ничего не решает, однако по тем или иным причинам может явиться непреодолимым барьером между следователем и судом, поскольку для обжалования решения прокурора района, не давшего следователю согласия на обращение в суд за получением санкции на арест, необходимо будет обратиться к прокурору субъекта Российской Федерации, который зачастую находится за десятки и даже сотни километров.

То же самое касается положений статьи 109 УПК Российской Федерации, требующей от следователя получения согласия прокурора на обращение в суд для продления срока содержания под стражей. В этих случаях прокурор, не давая согласия на выполнение таких действий, получает по существу право ограничивать процессуальную самостоятельность следователя и фактически лишать его предоставленного законом права обратиться в суд. Поскольку ч. 3 ст. 38 УПК РФ предоставляет следователю право в случае несогласия с письменным указанием прокурора по этим вопросам представить уголовное дело с изложением своих возражений только вышестоящему прокурору, который, как уже было сказано выше, решение нижестоящего прокурора, как правило, не отменяет, то следователь оказывается по существу лишен возможности обжаловать данные решения прокурора.

Установление судебных форм контроля в указанных случаях призвано повысить ответственность следователей и прокуроров за законное и обоснованное принятие решений об аресте обвиняемых (подозреваемых) и продлении сроков содержания обвиняемых под стражей. Выступая в качестве гарантии прав обвиняемых (подозреваемых), институт судебного контроля следует рассматривать также как важнейшее процессуальное средство оптимизации практики принятия решений об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и продлении сроков содержания арестованных под стражей 1 .

Введение института судебной проверки законности и обоснованности ареста и продления срока содержания под стражей в целом благоприятно сказывается на защите прав человека, хотя в практике применения данного института немало недостатков, что следует объяснить становлением судебного контроля в стадии расследования и рядом других причин 1 .

Теперь рассмотрим применение такой меры процессуального принуждения как задержание подозреваемого в порядке статьи 91 УПК, которая неразрывно связана с мерами пресечения. В данной статье устанавливаются основания, которые дают следователю право задержать подозреваемого. Порядок задержания регламентирует статья 93 УПК РФ, которая устанавливает следующее:

– после доставления подозреваемого в орган дознания, к следователю или прокурору в срок не более 3 часов должен быть составлен протокол задержания, в котором делается отметка о том, что подозреваемому разъяснены права, предусмотренные статьей 46 УПК РФ;

– в протоколе указываются дата и время составления протокола, дата, время, место, основания и мотивы задержания подозреваемого, результаты его личного обыска и другие обстоятельства его задержания. Протокол задержания подписывается лицом, его составившим, и подозреваемым;

– о произведенном задержании орган дознания, дознаватель или следователь обязан сообщить прокурору в письменном виде в течение 12 часов с момента задержания подозреваемого.

После задержания подозреваемый согласно ч.3 ст. 94 УПК РФ, в случае если не будет судебного решения о заключении данного лица под стражу в течении 48 часов, подлежит немедленному и беспрекословному освобождению. Данное положение вытекает из положения ч. ст. 22 Конституции, т.е. процессуальная самостоятельность следователя и дознавателя в данном случае не ограничивается никоим образом, только в ч.1 ст. 94 УПК оговаривается, что подозреваемый может быть освобождён по постановлению прокурора, и случаи такого освобождения строго регламентированы:

– не подтвердилось подозрение в совершении преступления;

– отсутствуют основания применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу;

– задержание было произведено с нарушением требований статьи 91 УПК.

В данном случае законодатель соблюл баланс между необходимостью иметь достаточный уровень процессуальной самостоятельности следователя и дознавателя и необходимостью контроля их деятельности. Сохраняется возможность осуществления полноценного контроля за соблюдением законности со стороны прокуратуры и возможность судебного обжалования, что вытекает из положения ст. 46 Конституции.

Теперь рассмотрим порядок отмены или изменения меры пресечения и проанализируем уровень самостоятельности следователя и дознавателя в этом случае. Статья 110 УПК регламентирует отмену или изменение меры пресечения: мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК; отмена или изменение меры пресечения производится по постановлению дознавателя, следователя, прокурора или судьи либо по определению суда; мера пресечения, избранная в ходе досудебного производства прокурором, а также следователем, дознавателем по его письменному указанию, может быть отменена или изменена только с согласия прокурора; мера пресечения, избранная на основании судебного решения, может быть отменена или изменена только судом.

Данная статья устанавливает общее правило отмены (изменения) меры пресечения, суть которого заключается в том, что отменить (изменить) меру пресечения может то должностное лицо или тот орган, которые принимали решение об ее избрании, и в случаях, когда изменяются основания, обусловившие избрание данной меры пресечения. Из этого положения и вытекает соответствующий уровень процессуальной самостоятельности следователя и дознавателя.

1.4 Процессуальная самостоятельность следователя при привлечении лица в качестве обвиняемого

Согласно ст. 47 УПК РФ, обвиняемым признается лицо, в отношении которого: вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого; вынесен обвинительный акт.

Согласно статье 171 УПК РФ при наличии достаточных доказательств, дающих основания для обвинения лица в совершении преступления, следователь выносит постановление о привлечении данного лица в качестве обвиняемого.

Согласно статье 172 УПК РФ, которая регламентирует порядок предъявления обвинения, обвинение должно быть предъявлено лицу не позднее 3 суток со дня вынесения постановления о привлечении его в качестве обвиняемого в присутствии защитника, если он участвует в уголовном деле.

Согласно статье 173, которая регламентирует допрос обвиняемого, следователь допрашивает обвиняемого немедленно после предъявления ему обвинения с соблюдением требований пункта 9 части четвертой статьи 47 и части третьей статьи 50 УПК.

Как видно из содержания вышеперечисленных норм уголовно-процессуального закона в плане предъявления обвинения следователь обладает полной процессуальной самостоятельностью.

При этом он должен подчиняться только закону. Прокурорский надзор при совершении данного процессуального акта совершается исключительно «фоновом» режиме, но он может выразиться в активной форме только в случае, если сам прокурор обнаружит факт нарушения закона следователем или, если со стороны обвиняемого в адрес прокурора поступит жалоба на действия следователя. Полномочия прокурора будут реализованы в этом случае в соответствии со ст. 37 УПК РФ.

Судебный контроль в этом случае осуществляется на основании права граждан обжаловать действия должностных лиц в судебном порядке согласно ст. 46 Конституции РФ.

Ограничение процессуальной самостоятельности следователя со стороны прокуратуры может произойти на основании ст. 37 УПК РФ. Данное положение, установленное законодателем вполне целесообразно и отвечает требованию соблюдения баланса процессуальной самостоятельности следователя и необходимостью контроля за соблюдением законности в его деятельности без ущемления инициативы следователя в организации проведения предварительного следствия.

Ограничение процессуальной самостоятельности следователя на этой стадии законодатель предусмотрел только в ч.2 ст. 175 УПК, где установил, что если в ходе предварительного следствия предъявленное обвинение в какой-либо его части не нашло подтверждения, то следователь своим постановлением прекращает уголовное преследование в соответствующей части, о чем уведомляет обвиняемого, его защитника, а также прокурора.

Ответственность за раскрытие преступлений несут оперативные службы МВД – уголовный розыск, подразделения по борьбе с хищениями и др. Работники этих служб оказывают давление на следователя, поскольку они состоят в одном с ним управлении (отделе) внутренних дел и подчинены одному начальнику. Нередко следователю предлагают доказывать лишь ту версию, которая возникла при проведении негласной работы. Ему показывают оперативные материалы, привлекают к тайным операциям. Нередко его вынуждают принять поспешное решение о привлечении в качестве обвиняемого и избрании меры пресечения 1 .

Таким образом, можно сделать вывод, что ограничение процессуальной деятельности следователя может носить субординационный характер. Вот именно по этому поводу раздаются всё более настойчивые предложения учёных и практиков скорейшего образования следственного комитета при Правительстве РФ, чтобы вывести следователей из под давления руководителей ведомств и обеспечить им более высокий уровень процессуальной самостоятельности.

1.5 Процессуальная самостоятельность следователя при окончании предварительного следствия

Окончанием предварительного следствия является составление следователем обвинительного заключения и направление его прокурору. Данная процедура регламентирована ст. 215 УПК РФ, которая устанавливает, что признав, что все следственные действия по уголовному делу произведены, а собранные доказательства достаточны для составления обвинительного заключения, следователь уведомляет об этом обвиняемого и разъясняет ему предусмотренное статьей 217 УПК право на ознакомление со всеми материалами уголовного дела как лично, так и с помощью защитника, законного представителя, о чем составляется протокол в соответствии со статьями 166 и 167 УПК, после чего в течение пяти суток обвиняемый, его защитник, потерпевший и его представитель, гражданский истец и гражданский ответчик и их представители должны ознакомиться с материалами уголовного дела.

Если в ходе ознакомления с материалами уголовного дела у участников производства по уголовному делу возникает необходимость заявить ходатайство, то оно заявляется. Следователь в соответствии со ст. 219 УПК рассматривает ходатайства и принимает по ним решения, о чём выносится постановление. После ознакомления участниками производства ознакомления с делом следователь составляет в соответствии со ст. 218 УПК протокол ознакомления с уголовным делом обвиняемого и его защитника.

После всех указанных процедур по уголовному делу составляется обвинительное заключение в соответствии со ст. 220 УПК РФ, и оно направляется прокурору.

Окончанием дознания является составление дознавателем обвинительного акта, который предоставляется для ознакомления участникам производства по данному уголовному делу. После этого обвинительный акт утверждается начальником органа дознания и направляется прокурору.

Согласно статье 221 УПК прокурор рассматривает поступившее от следователя уголовное дело с обвинительным заключением и принимает по нему одно из следующих решений:

– об утверждении обвинительного заключения и о направлении уголовного дела в суд. Прокурор может составить новое обвинительное заключение;

– о прекращении уголовного дела либо уголовного преследования в отношении отдельных обвиняемых полностью или частично;

– о возвращении уголовного дела следователю для производства дополнительного следствия или пересоставления обвинительного заключения и устранения выявленных недостатков со своими письменными указаниями;

– о направлении уголовного дела вышестоящему прокурору для утверждения обвинительного заключения, если оно подсудно вышестоящему суду.

Прокурор вправе:

– при утверждении обвинительного заключения изменить объем обвинения либо квалификацию действий обвиняемого по уголовному закону о менее тяжком преступлении;

– отменить или изменить ранее избранную обвиняемому меру пресечения, за исключением случая, предусмотренного частью четвертой статьи 110 УПК РФ. Прокурор также вправе избрать меру пресечения, если таковая не была применена, за исключением домашнего ареста и содержания под стражей;

– дополнить или сократить список лиц, подлежащих вызову в суд, за исключением списка свидетелей со стороны защиты.

Установив, что следователь нарушил требования части пятой статьи 109 УПК РФ, а предельный срок содержания обвиняемого под стражей истек, прокурор изменяет данную меру пресечения.

Согласно статье 226 УПК прокурор рассматривает уголовное дело, поступившее с обвинительным актом, и принимает по нему одно из следующих решений:

– об утверждении обвинительного акта и о направлении уголовного дела в суд;

– о возвращении уголовного дела для пересоставления обвинительного акта в случае его несоответствия требованиям статьи 225 УПК со своими письменными указаниями. При этом прокурор может продлить срок дознания, но не более чем на 3 суток;

– о прекращении уголовного дела по основаниям, предусмотренным статьями 24 – 28 УПК РФ;

– о направлении уголовного дела для производства предварительного следствия.

При утверждении обвинительного акта прокурор вправе своим постановлением исключить из него отдельные пункты обвинения либо переквалифицировать обвинение на менее тяжкое.

Таким образом, следует заметить, что на заключительной стадии предварительного следствия или дознания прокуратура осуществляет тотальный контроль всех материалов уголовного дела с целью выявить нарушения, допущенные в ходе предварительного следствия или дознания, принять меры по их устранению. Только после этого дело направляется в суд 1 .

В данном случае вопросы процессуальной самостоятельности следователя и дознавателя не подвергаются сомнению со стороны учёных и практиков, по этому поводу не ведётся таких бурных дебатов как по вопросам процессуальной самостоятельности следователя или дознавателя на стадии возбуждения уголовного дела, реализации мер процессуального принуждения.

Следователь в случае несогласия с решением прокурора по делу, поступившему с обвинительным заключением, может реализовать своё право, закреплённое за ним ч. 3 ст. 38 УПК и обжаловать данное решение вышестоящему прокурору 1 .

В данном случае опять же возможно обжалование действий следователя и прокурора в судебном порядке в соответствии со ст. 46 Конституции РФ. Данные вопросы, которые необходимо разрешать в судебном порядке могут возникать, как правило, в случае если прокурором будет прекращено уголовное преследование обвиняемого по данному делу.

В заключении можно сделать вывод, что при завершении предварительного следствия уровень процессуальной самостоятельности следователя и дознавателя соответствует требованиям эффективного осуществления уголовного преследования без нарушений законности.

2. ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ СЛЕДОВАТЕЛЯ ПРИ ПРОИЗВОДСТВЕ СЛЕДСТВЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ ПРИ РАССЛЕДОВАНИИ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ

2.1 Понятие, система, классификация следственных действий

Основным способом собирания и проверки доказательств на предварительном следствии является следственное действие.

Следственное действие - это производимое следователем в соответствии с уголовно-процессуальным законом процессуальное действие, представляющее совокупность поисковых, познавательных и удостоверительных операций, направленное на обнаружение и закрепление фактических данных, имеющих значение для уголовного дела.

В основе следственных действий лежат познавательный и удостоверительный аспекты, что и отличает их от других процессуальных действий, производимых следователем. Каждое конкретное следственное действие предполагает использование определенных познавательных приемов: расспрос, сравнение, измерение, моделирование, описание и другие 1 .

Следственными действиями являются: допрос (свидетеля, потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого, эксперта); очная ставка; осмотр (места происшествия, местности, предметов, документов, трупа и других объектов); освидетельствование; обыск (в помещении, ином месте, личный обыск); выемка (обычных предметов и документов, предметов и документов, составляющих государственную тайну, почтово-телеграфной корреспонденции); предъявление для опознания; следственный эксперимент; назначение и производство экспертизы; наложение ареста на почтово-телеграфную корреспонденцию, эксгумация трупа, помещение лица в медицинское учреждение для производства экспертизы, получение образцов для сравнительного исследования и др.

При производстве следственных действий следователь должен соблюдать права и законные интересы граждан. Закон запрещает следователю совершать действия, связанные с опасностью для жизни и здоровья граждан или унижающие их честь и достоинство, домогаться показаний допрашиваемых лиц путем насилия, угроз и иных незаконных мер, производить следственные действия в ночное время, кроме случаев, не терпящих отлагательства, иным путем стеснять права граждан.

Ряд процессуальных норм содержит специальные указания на недопустимость совершения действий, ущемляющих права граждан. Так, при производстве личного обыска и освидетельствования следователю запрещено присутствовать при обнажении обыскиваемого либо освидетельствуемого лица другого пола. Недопустимо производство следственных действий, наносящих не вызываемый необходимостью материальный ущерб гражданам и организациям.

При проведении следственных действий должны приниматься меры к охране государственной тайны, а также к неразглашению выявленных сведений об интимных сторонах жизни участвующих в них лиц 1 .

В соответствии с законом при производстве осмотра, обыска, выемки, освидетельствования, а также других следственных действий, в случаях, предусмотренных законом, вызывается не менее двух понятых. Кроме того, участие понятых предусмотрено при производстве следственного эксперимента, наложения ареста на имущество, предъявления для опознания, извлечения трупа из места его захоронения.

Понятые обязаны удостоверить факт, содержание и результаты следственных действий, при производстве которых они присутствовали. Выполнение ими данной обязанности обеспечивает соблюдение закона, повышает достоверность протокола следственного действия, дает возможность суду проверить соответствие фактических данных, зафиксированных в данном протоколе, обстоятельствам, имевшим место в действительности.

Понятые должны присутствовать в течение всего срока производства следственного действия. Они подписывают протокол, удостоверяя правильность его составления.

В случаях, предусмотренных законом, для участия в производстве следственного действия можно вызвать специалиста. В этом качестве выступает любое лицо, обладающее специальными познаниями в той или иной области, которое не имеет в деле личного (прямого или косвенного) интереса. Решение пригласить специалиста принимается следователем при наличии в том действительной необходимости, которая определяется им исходя из обстоятельств дела. Обязательным является участие специалиста в области судебной медицины, а при его отсутствии - иного врача, в наружном осмотре трупа, а также при извлечении трупа из места его захоронения (эксгумации).

Требование следователя о вызове специалиста обязательно для руководителя предприятия, учреждения, организации, где он работает. Это требование оформляется в виде письменного запроса.

До начала следственного действия следователь разъясняет специалисту, переводчику их обязанности и предупреждает об ответственности, что отмечается в протоколе соответствующего следственного действия и удостоверяется подписью специалиста, переводчика 1 .

В ходе следственных действий могут применяться необходимые научно-технические средства, которые можно условно разделить на две группы: 1) направленные на обнаружение фактических данных; 2) обеспечивающие полноту фиксации хода, содержания и результатов следственных действий.

В соответствии со ст. 164 УПК производятся на основании постановления следователя такие следственные действия как: эксгумация, предусмотренная ч. 3 ст. 178 УПК; освидетельствование, предусмотренное ст. 179 УПК; обыск, согласно ст. 182 УПК, за исключением обыска в жилище; выемка, согласно ст.183 УПК, за исключением выемки документов, содержащих сведения, представляющие государственную тайну и сведения о счетах в банке.

В случаях, предусмотренных пунктами 4 – 9 и 11 части второй статьи 29 настоящего Кодекса, следственные действия производятся на основании судебного решения. Это: производство осмотра жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц; производство обыска и (или) выемки в жилище; производство личного обыска, за исключением случаев, предусмотренных статьей 93 УПК; производство выемки предметов и документов, содержащих информацию о вкладах и счетах в банках и иных кредитных организациях; наложение ареста на корреспонденцию и выемка ее в учреждениях связи; наложение ареста на имущество, включая денежные средства физических и юридических лиц, находящиеся на счетах и во вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях; контроль и запись телефонных и иных переговоров.

На основании ч. 3 ст. 183 УПК выемка предметов и документов, содержащих государственную или иную охраняемую федеральным законом тайну, производится следователем с санкции прокурора.

Такие следственные действия как допрос, очная ставка, следственный эксперимент, предъявление для опознания, проверка показаний на месте проводятся следователем с его собственного усмотрения без вынесения постановления с оформлением протокола в соответствии с требованиями УПК.

Таким образом, можно сформировать три группы следственных действий в зависимости от уровня процессуальной самостоятельности следователя: следственные действия, производимые следователем самостоятельно, без согласования с кем-либо. Но в этом случае процессуальная самостоятельность следователя может быть ограничена прокурором при вмешательстве в проведение предварительного следствия на основании ст. 37 УПК РФ; следственные действия, производимые на основании санкции прокурора; следственные действия, производимые на основании судебного решения по согласованию с прокурором.

2.2 Процессуальная самостоятельность следователя при производстве допроса, очной ставки, опознания, проверки показаний

Сначала рассмотрим суть допроса, очной ставки, опознания, проверки показаний как следственных действий.

Допрос согласно ст. 187 УПК проводится по месту производства предварительного следствия (ст. 152 УПК). Обычно допрос осуществляется самим следователем, хотя он вправе поручить его проведение, особенно в ином по отношению к месту производства расследования месте, соответственно другому следователю или органу дознания, которые обязаны выполнить поручение в срок не позднее 10 суток (см. ч. 1 ст. 152 УПК).

Решение провести допрос в месте нахождения допрашиваемого следователь принимает самостоятельно исходя из сложившейся по делу следственной ситуации. Это может быть обусловлено состоянием здоровья допрашиваемого, удаленностью его места жительства, семейными обстоятельствами и т.д.

Инициатором выбора места допроса, является не только следователь, но и иные лица, заявившие соответствующее ходатайство или иным образом выразившие свои пожелания. Закон предусматривает обстоятельства, при которых ходатайство о допросе рассматривается в обязательном порядке (ч.2 ст.159 УПК).

Буквальное толкование ч.1 ст.187 УПК позволяет сделать вывод, что если следователь признает это необходимым, он вправе провести допрос в любом месте, где находится допрашиваемый. Соответственно, необходимость производства допроса становится основанием для вхождения в жилище или в иные помещения, что при определенных условиях может формально расцениваться как нарушение конституционных норм. Поэтому подобные действия возможны только при отсутствии возражений лиц, чьи права формально могут быть нарушены 1 .

Между тем, не возбраняется проведение допроса, например, по месту обыска (после его завершения или одновременно с ним) или иного санкционированного следственного действия.

Порядок вызова на допрос регламентируется ст. 188 УПК. Допросу, который предполагается проводить в ином, нежели место жительства или работы допрашиваемого, месте, предшествует вызов. Как правило, вызываемому на допрос лицу сообщается об этом повесткой, которая вручается под расписку лично ему, совершеннолетнему члену его семьи либо передается администрации по месту его работы.

Обязанность уведомить о вызове на допрос следователь вправе возложить на иных лиц и организации. Дача таких поручений допустима, если по каким-либо обстоятельствам уведомление традиционными способами затруднено.

Общие правила проведения допроса регламентируются с. 189 УПК. Допрос относится к числу следственных действий исследовательского характера, посредством которых решаются задачи, связанные с выявлением, закреплением и исследованием доказательств. На предварительном следствии допрашиваются свидетели, потерпевшие, обвиняемые и подозреваемые, а в некоторых случаях также иные субъекты, например эксперт.

Любой допрос должен, прежде всего, быть законным, то есть производиться в рамках, строго определенных УПК. В противном случае полученные в ходе допроса фактические данные могут быть отнесены к числу недопустимых доказательств 1 . Соответственно общие правила проведения допроса обусловлены статьей 164 УПК.

В тексте ст.189 УПК все требования обращены в основном к следователю, то есть к должностному лицу, уполномоченному осуществлять предварительное следствие по уголовному делу. Следует учитывать, что эти же предписания в равной мере относятся и к лицам, выполняющим поручения следователя, а также к иным лицам, наделяемым в установленном порядке его компетенцией.

Следователь не только сам обязан блюсти данный законодательный запрет, но одновременно должен следить за его соблюдением остальными участниками процедуры допроса. По мере возникновения наводящих вопросов, следователь отводит их, что отражается в протоколе следственного действия 2 .

В ч.5 ст.189 УПК особо оговаривается роль адвоката, явившегося на допрос с пригласившим его свидетелем. В отличие от других представителей, права адвоката, оказывающего юридическую помощь свидетелю на допросе, ограничены. Так, он не вправе задавать вопросы свидетелю и комментировать его ответы. Имея возможность фиксировать допускаемые нарушения прав и законных интересов свидетеля, адвокат может по окончании допроса сделать следователю соответствующее заявление. Такое заявление подлежит занесению в протокол. В то же время не противоречит закону консультирование свидетеля по ходу допроса 1 .

Таким образом, можно сделать вывод, что при производстве допроса в процессуальном плане следователь полностью самостоятелен и подчиняется только закону. Прокурорский надзор в соответствии со ст. 37 УПК осуществляется в фоновом режиме, что по нашему мнению не является существенным ограничением процессуальной самостоятельности следователя и соответствует требованиям соблюдения баланса процессуальной самостоятельности следователя и соблюдения законности с целью исключить нарушение прав участников производства по уголовному делу. Даже, если указанное следственное действие производится по указанию прокурора в соответствии со ст. 37 УПК, следователь сам определяет тактику его проведения и руководит его проведением.

Статья 192 регламентирует порядок проведения очной ставки. Являясь по своей сути специфической формой допроса, очная ставка производится по схожим правилам, которые, прежде всего, определены статьей 164 УПК. Однако полностью отождествлять ее с допросом нельзя.

Очная ставка проводится только между лицами, которые ранее уже были допрошены в рамках данного конкретного дела. Принятое следователем решение о проведении очной ставки не требуется облекать в форму постановления.

Проведение очной ставки – право, а не обязанность следователя. Следователь вправе назначить ее проведение по своему усмотрению в любой момент при наличии соответствующих условий, предусмотренных ч.1 ст. 192 УПК РФ. Важное условие — наличие существенных противоречий в показаниях тех, между кем проводится очная ставка 2 . Очная ставка проводится не только когда эти противоречия нельзя устранить при помощи других следственных действий. Даже если эти противоречия в принципе могут быть устранены другими способами, например путем проведения дополнительных допросов, экспертиз и т.д., следователь может отдать предпочтение очной ставке 1 .

При проведении очной ставки следователь полностью процессуально самостоятелен и осуществляет всё руководство проведением этого следственного действия. Прокурорский надзор в соответствии со ст. 37 УПК осуществляется в фоновом режиме, что не является существенным ограничением процессуальной самостоятельности следователя и соответствует требованиям соблюдения баланса процессуальной самостоятельности следователя и соблюдения законности с целью исключить нарушение прав участников производства по уголовному делу. Даже, если указанное следственное действие производится по указанию прокурора в соответствии со ст. 37 УПК, следователь сам определяет тактику его проведения и руководит его проведением.

Статья 193 УПК регламентирует порядок предъявления для опознания. Предъявление для опознания представляет собой следственное действие, состоящее в узнавании опознающим процессуально значимого объекта по каким-либо приметам, признакам. Опознаваться в соответствии с ч.1 комментируемой статьи может живое лицо, предмет или труп. Цель опознания стоит в определении сходства и различий объекта опознаваемого с тем, который опознающий наблюдал ранее и о котором уже давал показания.

В качестве опознающего могут выступать только свидетели, потерпевшие, подозреваемые и обвиняемые, предварительно допрошенные относительно обстоятельств, при которых они ранее наблюдали предъявленные для опознания лицо или предмет, а также о приметах и особенностях, по которым смогут их опознать.

Опознанию трупа может предшествовать эксгумация (ст.178 УПК). В этом случае опознание трупа следует проводить после необходимого в таких случаях осмотра. О каждом действии составляется отдельный протокол.

Процесс предъявления для опознания протоколируется в той последовательности, в какой оно проводилось. Часть 9 ст.193 УПК требует занесения в протокол показаний по возможности дословно. При этом особенно точно должны быть указаны те признаки и приметы, по которым опознающий узнал объект. Обязательно заносятся в протокол сведения о действиях, произведенных в целях обеспечения безопасности опознающего (ч.8 ст.193 УПК).

Из анализа норм, регламентирующих проведение опознания, видно, что следователь обладает полной процессуальной самостоятельностью и руководит проведением данного следственного действия. Прокурорский надзор в соответствии со ст. 37 УПК осуществляется в фоновом режиме, что по нашему мнению не является существенным ограничением процессуальной самостоятельности следователя и соответствует требованиям соблюдения баланса процессуальной самостоятельности следователя и соблюдения законности с целью исключить нарушение прав участников производства по уголовному делу. Даже, если указанное следственное действие производится по указанию прокурора в соответствии со ст. 37 УПК, следователь сам определяет тактику его проведения и руководит его проведением.

Статья 194 регламентирует процедуру проверки показаний на месте. Проверка показаний на месте фактически представляет собой совокупность ряда следственных действий, сохраняя при этом самостоятельность. Здесь есть элементы допроса, осмотра, предъявления для опознания и следственного эксперимента 1 .

Цель данного следственного действия не только проверить правдивость предварительно полученных показаний, но и их уточнение, а также установление новых значимых для расследования обстоятельств дела 2 . Новыми следует считать, как те, которые совершенно неизвестны, так и те, уточнение которых может привести к их качественному изменению.

В ходе проверки ранее допрошенное лицо, давая показания, демонстрируя определенные действия и указывая на предметы, документы и следы, воспроизводит тем самым на месте проведения следственного действия обстановку и обстоятельства исследуемого события.

Местом, связанным с исследуемым событием, не обязательно является место совершения преступления. Это в равной мере может быть любое другое место, где происходили описанные в проверяемых показаниях события.

Особенностью данного следственного действия является то, что целесообразность его проведения определяется желанием допрошенного лица участвовать в проверке его показаний 1 . Инициатива принадлежит такому лицу и в дальнейшем. Закон запрещает задавать наводящие вопросы и всякое постороннее вмешательство в ход проверки. Недопустимо, например, советовать допрашиваемому избрать более удобный для участников путь к месту проверки. Однако не являются вмешательством указание следователя, адресованное специалисту или другим участникам, а также уточняющие вопросы лицу, чьи показания проверяются 2 .

Часть 4 ст.194 статьи предусматривает также, что после свободного рассказа и демонстрации рассказа лицу, показания которого проверяются, могут быть заданы вопросы. Такие вопросы вправе задавать не только следователь, но и другие участвующие при производстве следственного действия лица.

Рассмотрев содержание таких следственных действий как допрос, очная ставка, предъявление для опознания, проверка показаний, можно сделать вывод, что при производстве этих следственных действий следователь осуществляет руководство этими следственными действиями и обладает в отношении них полной процессуальной самостоятельностью. Данное положение следователя регламентировано п.3 ч.2 ст. 38 УПК, которая определяет, что следователь имеет право… самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с настоящим Кодексом требуется получение судебного решения и (или) санкции прокурора.

При проведении следственных действий данной группы прокурорский контроль осуществляется в «фоновом» режиме. Любой участник производства по уголовному делу может обратиться к прокурору с жалобой на действия следователя при проведении следственного действия.

Функция прокуратуры по ограничению процессуальной самостоятельности следователя со стороны прокурора при проведении данных следственных действий может проявляться со стороны прокуратуры путём реализации полномочий прокурора в соответствии со ст. 37 УПК РФ. Данные полномочия прокурора реализуются в случае, если он обнаружит нарушение закона в деятельности следователя и дознавателя, выражающееся в незаконных действиях или, наоборот в проявлении бездействия, что является осуществлением функции прокурорского надзора за следствием и дознанием в «фоновом режиме», что нисколько не ущемляет инициативы следователя или дознавателя при организации предварительного следствия и дознания в плане производства указанных следственных действий, в случае соблюдения ими законности. Прокурор может дать указание на проведение отдельных следственных действий или произвести их сам только в случае, если усмотрит недостаточную инициативность следователя при проведении предварительного следствия. Но, как показывает практика, прокуроры идут на это только после объяснений со следователем, когда следователь обосновывает тактику проведения предварительного следствия и свои действия. В случае, если прокурор усматривает нецелесообразность действий следователя, то он может дать ему указания по проведению отдельных следственных действий или провести их сам. Такое возможно и из тактических соображений, например при необходимости допроса чиновников большого ранга, когда прокурор может взять на себя проведение допроса или очной ставки. Следует отметить ещё разницу в процессуальной самостоятельности следователя при проведении следственных действий данной группы, т.е. в выборе тактики проведения данных следственных действий, — тут следователь полностью самостоятелен, а вот при принятии решения о необходимости проведения данных следственных действий, его процессуальная самостоятельность ограничивается со стороны прокурора в соответствии со ст. 37 УПК РФ. Это вполне обосновано, т.к. абсолютная процессуальная самостоятельность следователя, подразумевающая полное отсутствие контроля, может привести к грубейшим нарушениям закона со стороны следователя и дознавателя. Что касается судебного контроля, то в данном случае действует конституционное право граждан на судебное обжалование действий должностных лиц, закреплённое в статье 46 Конституции РФ.

2.3 Процессуальная самостоятельность следователя при производстве обыска и выемки

Обыск - это следственное действие, состоящее в принудительном обследовании помещений, иных мест или отдельных лиц в целях отыскания и изъятия предметов и документов, могущих иметь значение для дела, а также для обнаружения разыскиваемых лиц или трупов 1 .

Основания и порядок производства обыска регламентируются ст. 182 УПК. Следователь, имея достаточные основания полагать, что в каком-либо помещении, ином месте или у какого-либо лица находятся орудия преступления, предметы и ценности, добытые преступным путем, а равно другие предметы или документы, могущие иметь значение для дела, производит обыск. Основаниями для этого являются собранные по делу доказательства, позволяющие сделать обоснованное предположение, что искомые предметы или документы могут находиться в определенном месте или у какого-либо лица.

Согласно ч.2 ст. 182 производство обыска производится по постановлению следователя. Но это положение не касается производства обыска в жилых помещениях. При рассмотрении обыска жилища как следственного действия необходимо иметь в виду положение ст. 25 Конституции РФ: «Жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нём лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом или на основании судебного решения».

Согласно этому положению Конституции ч.3 ст.182 УПК гласит: «Обыск в жилище производится на основании судебного решения, принимаемого в порядке, установленном статьей 165 настоящего Кодекса», т.е. ходатайство на проведение обыска возбуждается следователем перед судом только с согласия прокурора.

Обыск может быть произведен только после возбуждения уголовного дела, в любой момент расследования, сразу же после появления оснований к этому, что нередко имеет первостепенное значение для его эффективности 1 .

Часть 8 статьи 182 устанавливает, что следователь вправе производить любые поиски, если обследование помещения или хранилища не сопряжено с их повреждением или разрушением.

При производстве обыска в помещении, занимаемом двумя или несколькими семьями, следователь (дознаватель) вправе подвергнуть обыску не только помещение, занимаемое гражданином, в отношении которого вынесено постановление о производстве обыска, но и места общего пользования, чтобы лишить граждан, проживающих в других комнатах, возможности оказать помощь обыскиваемому в сокрытии объектов, интересующих следствие.

Согласно ч. 11 ст. 182 на следователя возлагается обязанность обеспечить участие при производстве обыска в жилище того лица, в помещении которого производится обыск, либо совершеннолетнего члена его семьи. Кроме того, право присутствовать при производстве обыска предоставляется защитнику и адвокату лица, в помещении которого производится обыск. Указанное право не зависит от волеизъявления следователя 2 .

Статья 184 УПК регулирует порядок производства личного обыска обвиняемого (подозреваемого) и других лиц в целях обнаружения и изъятия орудий преступления, предметов, документов и ценностей, которые могут иметь значение для уголовного дела.

Данная статья различает порядок проведения этого следственного действия в зависимости от процессуального статуса обыскиваемого лица, а также места и цели проведения этого следственного действия.

Часть 1 ст. 184 УПК предусматривает, что личный обыск производится только на основании судебного решения, получаемого в соответствии со статьёй 165 УПК с согласия прокурора. Исключением из общего правила являются случаи, когда производство личного обыска не терпит отлагательства. В этом случае личный обыск может быть произведен на основании постановления следователя без получения судебного решения.

Часть 2 ст. 184 УПК предусматривает ряд исключений из указанных правил, в соответствии с которыми личный обыск может быть произведен без соответствующего постановления следователя (дознавателя) на его производство: при задержании лица; заключении задержанного под стражу; при наличии достаточных оснований полагать, что лицо, находящееся в помещении или ином месте, в котором на основании постановления следователя производится обыск, скрывает при себе предметы или документы, которые могут иметь значение для уголовного дела.

Не требуется постановления следователя (дознавателя) и на производство личного обыска лица при его нахождении в жилище, в котором производится обыск на основании судебного решения или постановления следователя, вынесенного в соответствии с ч.2 и 3 ст.182 и ч.5 ст.165 УПК.

Обязательность участия понятых при производстве личного обыска ч.2 ст.170 не предусмотрена. При этом следователь (дознаватель) вправе по ходатайству участников уголовного судопроизводства или по собственной инициативе принять решение об участии понятых.

В процессе проведения личного обыска должна быть обеспечена безопасность обыскиваемого лица. При этом не допускаются насилие, пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение 1 .

Выемка – это следственное действие, состоящее в изъятии индивидуально определённых предметов и документов, имеющих значение для дела, если точно известно, где и у кого они находятся 2 .

Статья 183 УПК определяет основания и порядок производства выемки.

Часть 1 ст. 183 устанавливает, что выемка производится при соблюдении двух условий:

– необходимости изъятия определенных предметов и документов, имеющих значение для уголовного дела;

– если точно известно, где и у кого они находятся.

Порядок производства выемки в целом идентичен порядку производства обыска. Вместе с тем для производства следователем (дознавателем) выемки предметов и документов, содержащих государственную или иную охраняемую законом тайну, необходима санкция прокурора.

Выемка документов, содержащих информацию о вкладах и счетах граждан в банках и иных кредитных организациях, производится на основании судебного решения, полученного в соответствии со ст. 165 УПК с согласия прокурора.

Обыск и выемка – это следственные действия, схожие по характеру. Их отличительной особенностью является то, что их производство связано с затрагиванием наиболее существенных прав граждан, которые закреплены в Конституции РФ, таких как право на личную неприкосновенность, неприкосновенность жилища, неприкосновенность частной жизни, право на личную и семейную тайну 1 .

Поэтому обыск жилого помещения, личный обыск и выемка документов, содержащих информацию о вкладах и счетах граждан в банках и иных кредитных организациях, производится только на основании судебного решения. В данном случае процессуальная самостоятельность следователя и дознавателя ограничена судебным и прокурорским контролем. Ходатайство на проведение данных следственных действий возбуждается следователем с согласия прокурора.

При производстве выемки документов, содержащих государственную или иную охраняемую законом тайну, необходима санкция прокурора, т.е. в данном случае процессуальная самостоятельность следователя и дознавателя ограничивается со стороны прокуратуры.

Но, в то же время, чтобы соблюсти право граждан на защиту от преступных посягательств и с целью полного и своевременного раскрытия преступлений законодатель предусмотрел производство указанных следственных действий без судебного решения 1 . В этом случае следователь согласно ч. 4 ст. 165 в течение 24 часов с момента начала производства следственного действия уведомляет судью и прокурора о производстве следственного действия. К уведомлению прилагаются копии постановления о производстве следственного действия и протокола следственного действия для проверки законности решения о его производстве. Получив указанное уведомление, судья в срок, предусмотренный частью второй настоящей статьи, проверяет законность произведенного следственного действия и выносит постановление о его законности или незаконности. В случае, если судья признает произведенное следственное действие незаконным, все доказательства, полученные в ходе такого следственного действия, признаются недопустимыми в соответствии со статьей 75 УПК.

В данном случае законодатель предоставил следователю возможность самому и под свою ответственность определять уровень своей процессуальной самостоятельности, что, конечно же, является положительным моментом. При этом присутствуют все функции контроля деятельности следователя: прокурорский контроль осуществляется в обязательном порядке, т.к. следователь предоставляет в прокуратуру все материалы данного следственного действия, суд проверяет обоснованность действий следователя, при этом следователь получает возможность действовать гибко и мобильно.

С другой стороны, законодатель предоставил право производства личного обыска без постановления следователя, лицам, производящим задержание подозреваемого. Это положение также имеет важное значение, т.к. даёт возможность изъять предметы и документы, могущими стать доказательством причастности задержанного к совершению преступления, установлению истины по уголовному делу.

При этом участники производства по уголовному делу никоим образом не лишаются возможности обжаловать прокурору действия следователя и дознавателя. И опять же, за ними сохраняется право на обжалование действий должностных лиц в судебном порядке, закреплённое в ст. 46 Конституции РФ.

В заключении необходимо отметить, что данные следственные действия производятся после возбуждения уголовного дела, которое согласовывается с прокурором – это одна ступень контроля со стороны прокуратуры. Потом следователь согласовывает с прокурором ходатайство в суд о проведении обыска или выемки. Исходя из этого, процессуальная самостоятельность следователя ограничивается прокурором дважды, т.к. по временному фактору, зачастую, возбуждение уголовного дела, необходимость проведения обыска, выемки и других следственных действий приходятся на один и тот же момент времени 1 .

Таким образом, законодатель, передав функции контроля по производству некоторых следственных действий суду, оставил право контроля за деятельностью следователя и дознавателя за прокуратурой 2 .

2.4 Процессуальная самостоятельность следователя при производстве осмотра, освидетельствования, следственного эксперимента, экспертизы

Осмотр – это следственное действие, состоящее в непосредственном обозрении следователем различных объектов с целью обнаружить следы преступления и установить иные обстоятельства, имеющие значение для дела 3 .

Статья 176 определяет основания производства осмотра. Осмотр места происшествия, местности, жилища, иного помещения, предметов и документов производится в целях обнаружения следов преступления, выяснения других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

В случаях, не терпящих отлагательства, осмотр места происшествия может быть произведен до возбуждения уголовного дела.

Осмотр относится к таким следственным действиям, производство которых позволяет обнаружить, исследовать и закрепить доказательства, устанавливающие событие преступления и виновность конкретного лица, выявить обстоятельства, способствовавшие совершению преступления 1 .

Осмотр может быть составной частью таких следственных действий, как обыск, выемка, наложение ареста на почтово-телеграфные отправления и их выемка, следственный эксперимент; проверка показаний на месте, контроль и запись переговоров. Его результаты фиксируются в общем протоколе соответствующего следственного действия 2 .

Для производства осмотра не выносится каких-либо специальных постановлений, за исключением осмотра жилища.

УПК в зависимости от объекта осмотра предусматривает следующие его виды: осмотр места происшествия, местности, жилища, предметов и документов (ст.176), помещений (ст.177), трупа (ст.178), почтово-телеграфных отправлений (ст.185), фонограммы записи переговоров (ст.186).

Осмотр места происшествия является важным следственным действием, несовершение которого может повлечь существенную неполноту расследования. Исследование и анализ собранной в процессе его проведения информации позволяют выяснить вопросы о наличии (отсутствии) в происшедшем признаков преступления, его механизме и обстоятельствах совершения. Анализ положений, содержащихся в статье 176, а также в ст.177 и 180, показывает, что целью осмотра места происшествия является: обнаружение следов преступления, других вещественных доказательств; выяснение обстановки происшествия, а равно иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела; фиксация всего обнаруженного в той последовательности, в которой это происходило, в том виде, в каком наблюдалось во время осмотра.

Результативность осмотра зависит напрямую от продолжительности времени, прошедшего с момента совершения преступления. Не случайно, поэтому осмотр места происшествия является тем следственным действием, которое в соответствии с ч.4 ст.146 УПК может производиться до возбуждения уголовного дела.

УПК РФ наряду с осмотром помещения предусматривает такой вид осмотра, как осмотр жилища. Для этого в случае отсутствия согласия проживающих в нём лиц требуется судебное решение согласно ст. 165 УПК.

Осмотр предметов производится в тех случаях, когда они имеют отношение к расследуемому преступлению.

Говоря об осмотре документов, следует иметь в виду, что в качестве доказательств они допускаются в тех случаях, когда изложенные в них сведения имеют значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию (ст.84). Документы осматриваются в первую очередь для получения сведений, имеющих значение для уголовного дела, установления тех или иных данных для последующего их сопоставления со сведениями, содержащимися в других документах.

Чтобы не ограничивать процессуальную самостоятельность следователя при производстве осмотра, законодатель дал ему возможность осмотра до возбуждения уголовного дела, для которого в соответствии со ст. 146 УПК РФ необходимо согласие прокурора.

Освидетельствование – это следственное действие, производимое с целью установить на теле обвиняемого, подозреваемого, свидетеля или потерпевшего следов преступления, телесных повреждений или особых примет, если для этого не требуется производства судебно-медицинской экспертизы 1 .

Освидетельствование производится в соответствии с общими правилами производства следственных действий с изъятиями, установленными статьей 179 УПК, которая регламентирует проведение освидетельствования. Освидетельствование является разновидностью наружного осмотра, специфика которого обусловлена объектом производимых действий — телом человека.

В результате освидетельствования могут быть обнаружены следы, пятна крови и химические вещества, царапины, другие телесные повреждения, шрамы, татуировка, дефекты телосложения, родимые пятна и т.п. специфические признаки (особенности), посредством которых может быть установлена причастность лица к расследуемому преступлению.

Освидетельствованию могут быть подвергнуты:

– обвиняемый (подозреваемый);

– потерпевший;

– свидетель в случае необходимости оценки достоверности его показаний.

В тех случаях, когда освидетельствование проводится не для оценки достоверности показаний свидетеля, а с другими целями, оно может производиться только с его согласия.

Освидетельствование производится только в тех случаях, когда для обнаружения на теле человека особых примет, следов преступления, телесных повреждений, а также выявления состояния опьянения или иных свойств и признаков, имеющих значение для уголовного дела, не требуется производство судебной экспертизы 1 .

Часть 2 статьи 179 предусматривает, что освидетельствование производится следователем (дознавателем) на основании вынесенного им постановления, которое является обязательным для освидетельствуемого лица. В случае отказа от выполнения постановления следователя (дознавателя) освидетельствование производится принудительно. При этом необходимо установить причину отказа и производить принудительное освидетельствование лишь в исключительных случаях.

Часть 4 статьи 179 устанавливает запрет на производство следователем (дознавателем) освидетельствования лица другого пола, если освидетельствование сопровождается обнажением данного лица. Следователь (дознаватель) не может присутствовать при освидетельствовании лица другого пола, сопровождающемся его обнажением, даже если оно не возражает против этого. То же самое относится и к понятым.

В соответствии со ст.146 УПК освидетельствование обвиняемого (подозреваемого), потерпевшего, свидетеля относится к числу таких следственных действий, которые могут производиться до возбуждения уголовного дела, что также способствует приданию процессуальной самостоятельности следователя должного уровня, необходимого для эффективного проведения предварительного следствия.

Следственный эксперимент - это следственное действие, производимое в целях получения, проверки и уточнения фактических данных, имеющих значение для дела, путем воспроизведения обстановки и обстоятельств определенного события, совершения необходимых опытных действий 1 .

Статья 181 УПК устанавливает особенности производства следственного эксперимента, который следует отличать от осмотра. Основное назначение осмотра состоит в обнаружении доказательств. Следственный эксперимент проводится главным образом с целью проверки или уточнения уже собранных доказательств, в том числе и тех, которые получены при осмотре. Если во время осмотра следователь обнаруживает вещественные доказательства и следы преступления, выясняет обстановку и иные обстоятельства происшествия, то при проведении следственного эксперимента он наблюдает и оценивает воспроизведенные участниками процесса действия, обстановку и обстоятельства события, а также необходимые опытные действия и их результаты. Осмотр, как правило, бывает неотложным следственным действием. Следственный эксперимент в качестве неотложного следственного действия проводится редко. Процессуальный порядок производства следственного эксперимента не совпадает с процессуальным порядком производства осмотра.

Следственный эксперимент может проводиться как с целью проверки имеющихся сведений о возможности совершать определенные действия, слышать и наблюдать какие-либо события, так и для выяснения механизма его происхождения или следообразования 2 .

Результаты следственного эксперимента независимо от того, являются ли они положительными или отрицательными, имеют равное доказательственное значение.

Особенностью следственного эксперимента является то, что для восприятия его результатов, отражаемых в протоколе, не применяются специальные познания (иначе следует назначать судебную экспертизу).

Следователь руководит как подготовительными мероприятиями, так и самим ходом следственного эксперимента.

В соответствии с ч.1 ст. 195 УПК необходимость назначения судебной экспертизы определяется следователем самостоятельно. Следователь должен признать назначение судебной экспертизы необходимым, если существенные для уголовного дела факты могут быть установлены не иначе, как путем применения специальных знаний. Предыдущее обнаружение такого рода фактов с помощью ревизий, проверок, ведомственного контроля, медицинских обследований не исключает необходимости назначения судебной экспертизы, поскольку ей присуща процессуальная форма, гарантирующая достоверность выводов и соблюдение интересов участников судопроизводства.

В то же время ст.196 содержит перечень некоторых фактов, для установления которых в обязательном порядке должна быть назначена следственная экспертиза, независимо от того, что эти факты подтверждаются другими собранными по уголовному делу доказательствами. Это происходит в следующих случаях: причины смерти; характер и степень вреда, причиненного здоровью; психическое или физическое состояние подозреваемого, обвиняемого, когда возникает сомнение в его вменяемости или способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве; психическое или физическое состояние потерпевшего, когда возникает сомнение в его способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания; возраст подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, когда это имеет значение для уголовного дела, а документы, подтверждающие его возраст, отсутствуют или вызывают сомнение.

Судебная экспертиза назначается постановлением следователя.

Таким образом, законодатель в п.1 ч.1 ст. 195 обязал следователя мотивировать обоснование назначения судебной экспертизы. Для этого в постановлении о назначении экспертизы предусмотрена отдельная графа.

Следователь законодателем обязан в ходе предварительного следствия собирать доказательства с соблюдением порядка, установленного УПК, чтобы они имели законную силу. Для назначения экспертизы как и любого процессуального акта требуется мотивировать основания вынесения постановления. То есть, в данном случае, можно сказать, что законодатель ограничил процессуальную самостоятельность следователя, обязав его в постановлении мотивировать назначение экспертизы. Но также, следователь обязан мотивировать в постановлении и назначение переводчика, и приостановку следствия и т.д. Для проведения любого процессуального акта необходимо основание, которое следователь должен привести в мотивировки. Таким образом, можно сказать, что следователь ограничил процессуальную самостоятельность следователя в подчинении его уголовно-процессуальному закону.

От мотивировки зависит также правильная постановка вопроса перед экспертами, для получения адекватных результатов экспертизы.

При необходимости направить обвиняемого (подозреваемого), не содержащегося под стражей, на судебную экспертизу в медицинский или психиатрический стационар следователь выносит одно постановление, соединяющее в себе два решения: о назначении судебной экспертизы и о возбуждении ходатайства перед судом о помещении обвиняемого (подозреваемого), не содержащегося под стражей, в медицинский или психиатрический стационар для производства судебной экспертизы. В данном случае процессуальная самостоятельность следователя ограничивается в судебном порядке.

На основе анализа статей УПК, регламентирующих производство осмотра, освидетельствования, следственного эксперимента, судебной экспертизы, можно сделать вывод о том, что при производстве данных следственных действий следователь обладает определённой долей процессуальной самостоятельности, достаточной для эффективного проведения предварительного следствия на этом этапе. Исключением является необходимость получения постановления суда на производство осмотра жилища и проведения судебной экспертизы лица, не содержащегося под стражей, в медицинском или психиатрическом стационаре. При этом следователь возбуждает перед судом ходатайство о производстве этих следственных действий не самостоятельно, минуя прокурора, а с его согласия в соответствии со ст. 165 УПК.

Такая степень процессуальной самостоятельности следователя при производстве следственных действий этой группы вполне оправдана. Следователь согласно ст. 38 УПК самостоятельно, на своё усмотрение организует процесс расследования и руководит им. Поэтому он должен в этом плане иметь максимум полномочий и возможностей для проявления инициативы, что должно способствовать успешному проведению расследования. При этом следователь несёт всю полноту ответственности за проведение расследования и соблюдение законности.

При этом процессуальная самостоятельность следователя при проведении указанных следственных действий не исключает контроля со стороны прокуратуры.

При проведении следственных действий данной группы прокурорский контроль осуществляется в «фоновом» режиме. Функция прокуратуры по ограничению процессуальной самостоятельности следователя со стороны прокурора при проведении данных следственных действий может проявляться со стороны прокуратуры путём реализации полномочий прокурора в соответствии со ст. 37 УПК РФ. При этом участники производства по уголовному делу никоим образом не лишаются возможности обжаловать прокурору действия следователя и дознавателя. И опять же, за ними сохраняется право на обжалование действий должностных лиц в судебном порядке, закреплённое в ст. 46 Конституции РФ.

Бойков А. Д. Взаимодействие права и морали в уголовном судопроизводстве // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 40. М., 1984.

Быков В., Макаров Н. О регламентации следственных действий // Российская юстиция, 1998, № 2.

Виноградова А.В. Использование специальных познаний на предварительном следствии в свете нового уголовно-процессуального закона // Законодательство, № 8.

Гаврилов Б.Я. О процессуальной самостоятельности следователя: история, реальное состояние, перспективы развития // Право и политика 2001. — № 2. — С.92-99.

Гончаров Д.Ю. Самостоятельность следователя: быть или не быть? // Журнал российского права, № 9.

Громов Н.А. О принципе процессуальной самостоятельности следователя // Следователь. 1997. — № 6. — С.19-21.

Дармаева В.Д. О процессуальной самостоятельности следователя // Следователь: Федеральное издание. 2002. — № 10. — С.43-46

Доклад министра внутренних дел России Бориса Грызлова 6 февраля 2003 года на расширенном заседании коллегии МВД РФ. Сайт МВД РФ. 2003.

Деришев М.Ю. Процессуальная самостоятельность следователя и проблемы усмотрения в уголовном процессе России // Место и роль органов внутренних дел в системе уголовной юстиции: Материалы научной конференции слушателей и курсантов (Май 1998). Омск, 1999. — Вып. 3. — С.20-22.

  • Задачи органов прокуратуры в стадии надзора за исполнение законов при рассмотрении судами уголовных дел 2014-04-17
  • Проблема процессуальной самостоятельности следователя является одной из самых актуальных проблем в науке и на практике.

    Важность обеспечения процессуальной самостоятельности следователя большинством авторов не ставится под сомнение. Более того, очень модной в последнее время стала тема о воссоздании института «судебного следователя», который должен, по мнению некоторых ученых, стать действительно независимым и процессуально самостоятельным органом предварительного расследования.

    Процессуальная самостоятельность и независимость следователя заключается в том, что он, несмотря на внешнее влияние кого-либо и чего-либо, вправе и фактически может произвести действия и принять решение по уголовному делу, руководствуясь только своими внутренними убеждениями. При этом внутреннее убеждение должно формироваться на собранных в ходе предварительного расследования доказательствах и требованиях закона.

    В складывающейся в настоящий момент обстановке это возможно при наличии как минимум двух условий. Первое: если позиция следователя в силу определенных причин по конкретному уголовному делу расходится с мнением его руководителя, которое оформлено в виде письменного указания, то у него должно быть гарантированное законом право обжаловать его вышестоящему руководителю следственного органа. Второе: если вышестоящий руководитель соглашается с таким указанием, то он должен передать дело для дальнейшего расследования другому следователю или руководителю следственного органа, давшему указание. Конечно, это должно относиться не к любым действиям и решениям, а к тем, которые носят принципиальный характер и существенно влияют на промежуточные и итоговые решения по делу Дубривный В.А. Деятельность следователя по расследованию преступлений. - Са-ратов, 2003..

    Внесение изменений Федеральным Законом от 05.06.2007 №87-ФЗ в УПК РФ формально повысили процессуальный статус следователя. Однако серия подзаконных нормативных актов, которые вышли сразу за изменениями в УПК РФ, практически свели на нет законодательные нововведения, вопреки закону еще больше усложнив работу следователя. Например, в п. 1.3 Приказа от 6 сентября 2007 года N 136 Генеральный прокурор РФ считает, что "необходимость подписи прокурора в учетных документах вытекает из требований уголовно-процессуального законодательства и является одним из способов осуществления его полномочий". Если без подписи прокурора на статистической карточке уголовное дело не считается возбужденным, то что же изменилось по существу при возбуждении уголовного дела? Подзаконное нормотворчество напрямую нарушает закон, подменяя тем самым упраздненное согласие прокурора на возбуждение уголовного дела.

    Негативную роль в ограничении процессуальной самостоятельности следователя играет и начальник органа дознания. Начальник органа дознания ограничивает процессуальную самостоятельность следователя, оказывая на него воздействие в основном через руководителя следственного органа.

    Понятно, что подобный контроль со стороны вышестоящего следственного органа преследует своей целью соблюдение законности, защиту конституционных прав граждан, исключение принятия следователем незаконного или необоснованного решения. Однако подобный порядок возбуждения уголовного дела фактически исключает самостоятельность следователя на стадии возбуждения уголовного дела Кобликов А.С. Законность - конституционный прин-цип советского уголовного судопроизводства. - М, 2000..

    В определении границ дозволенного, разумного поведения следователя участвует большое число социальных институтов. Они не проявляются разрозненно, хотя их влияние и нельзя представлять себе взаимно пропорциональным. Бесспорно одно - все они тесно связаны, переплетены между собой, т.е. составляют своего рода систему - «целостную совокупность элементов, в которой все элементы настолько тесно связаны друг с другом, что выступают по отношению к окружающим условиям и другим системам как единое целое». И если в научных целях рассматривается лишь отдельное звено такой системы, отдельно взятый «пограничный столб», необходимо помнить, что его вычленение искусственно.

    При определении границ усмотрения следователю необходимо учитывать, насколько его действия и решения соотносятся с обеспечением прав и законных интересов субъектов, вовлеченных в орбиту уголовно-процессуальных отношений по конкретному уголовному делу, в том числе степень допустимого ограничения этих прав и интересов. Осуществить это не просто по ряду причин.

    Во-первых, в ходе осуществления расследования допустимо правомерное ограничение прав и свобод личности. Более того, «по степени «насыщенности» принуждением уголовный процесс занимает первое место среди всех известных нашему праву процедур», поскольку это диктуется публичными интересами раскрытия преступления и наказания виновных. Но возможность и порядок такого ограничения не всегда четко прописаны в законе. Необходимо отметить, что в действующем законе созданы более эффективные гарантии обеспечения прав личности при осуществлении мер уголовно-процессуального принуждения.

    Наиболее значимая роль в этом, несомненно, принадлежит судебному контролю (во всех его проявлениях) за предварительным расследованием. Но это не единственное средство, влияющее на законность, обоснованность и целесообразность решений следователя. В частности, излагая основания возникновения права на реабилитацию, законодатель указал, что такое право имеет любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу (ч. 3 ст. 133 УПК РФ).

    Во-вторых, круг лиц, участвующих в производстве по делу, достаточно широк и их интересы (в том числе законные) не всегда совпадают. Более того, существуют интересы уголовной юстиции, а так же, как отмечалось ранее, интересы следователя. Последние могут также не совпадать с предыдущими двумя, но они довольно активно проявляются в формировании субъективного фактора лица, производящего расследование. Ситуация осложняется и тем, что следователем все эти интересы чаще всего не расцениваются как одноуровневые, создается определенная их иерархия. Происходит это под воздействием как объективного, так и субъективного факторов. В частности, зависит от того, существует ли в обществе «юридический приоритет общественных интересов» или же охраняемый законом личный интерес дороже даже такой важной ценности, как установление истины по уголовному делу; совпадают ли личные интересы следователя с интересами раскрытия и расследования преступления, изобличения виновного и привлечения его к ответственности и т.д.

    Перечисленные выше обстоятельства составляют далеко не полный перечень препятствий, преодоление которых должно способствовать правильному определению границ усмотрения следователя в сфере обеспечения прав личности. Нашей целью является не описание их, а выяснение тех пределов, которые сдерживали бы поведение следователя в рамках дозволенного. Иными словами, не позволяли бы усмотрению перерастать в произвол. Естественно, что в существующих условиях такие пределы (границы) могут быть сформулированы только в общем виде, но в то же время они должны распространять свое действие на все жизненные ситуации, как существующие, так и прогнозируемые.

    На принятие следователем решения в значительной степени оказывает влияние процессуальная форма. В науке она понимается как регламентированная уголовно-процессуальным правом система и структура уголовно-процессуальных институтов и правил; процедура и последовательность стадий уголовного судопроизводства; условия, способы и сроки совершения процессуальных действий, непосредственно или косвенно связанных с собиранием и исследованием доказательств на предварительном следствии и в судебном разбирательстве, их закреплением в правовых актах; порядок принятия и оформления решений по отдельным вопросам и по делу в целом. Поэтому представляется возможным говорить о процессуальной форме всего уголовного судопроизводства, процессуальной форме каждой его стадии или правового института, процессуальной форме отдельных следственных или судебных действий (комплекса действий), принятия решений Кожевников В.В. Современные подходы к пониманию права. - Омск, 2003..

    Одним из примеров проявления процессуальной формы в качестве пределов усмотрения следователя может служить Уголовно-процессуальный закон (ч. 6 ст. 164, ч. 5 ст. 166 и др.) который допускает и регламентирует использование следователем и дознавателем технических средств для обнаружения, фиксации и изъятия доказательств. При этом закон не ограничивает применение технических средств какого-либо вида или в каком-либо объеме, т.е. при производстве предварительного расследования может использоваться богатый арсенал криминалистических и научно-технических средств. К ним относятся: фотографическое оборудование; средства отыскания тех или иных предметов (метало и трупоискатели и др.); химико-технические средства фиксации различных следов и изготовления копий (слепков); технические средства записи и др. Технические средства могут применяться как непосредственно следователем или дознавателем, так и специалистом (например, работником экспертно-криминалистического подразделения), привлеченным к участию в проведении следственного действия в порядке ч. 1 ст. 58 УПК РФ.

    Предоставляя следователю свободу в выборе решений о производстве следственных действий, законодатель, очевидно, учитывал и то, что при определении вида следственного действия, подлежащего выполнению, не последнюю роль будет играть целесообразность его проведения.

    Рассматривая понятия законности и целесообразности можно прийти к выводу, что целесообразность как один из факторов, формирующих усмотрение следователя, может быть использована только в сфере законности. Между тем повторное обращение к рассмотрению данного фактора представляется необходимым, поскольку, во-первых, к пониманию целесообразности можно относиться по-разному и, во-вторых, целесообразность, на наш взгляд, также является одним из ограничений усмотрения следователя.

    Целесообразность в большинстве случаев заложена в самом законе и, в частности, в том, как именно законодатель регулирует поведение правоприменителя, предписывая ему строго определенное поведение или предоставляя известный простор для проявления усмотрения. Правоприменитель в своей деятельности должен исходить из того, что действующий закон считает целесообразным. Вопрос о целесообразном применении права возникает, когда закон предоставляет усмотрению лица выбор решения, которое при установленных обстоятельствах будет целесообразным, с точки зрения поставленных задач, т.е. следователь обязан «из всех возможных решений избрать такое, которое обеспечивает максимально полное и точное достижение цели закона при данных конкретных условиях места и времени». Избранное решение должно быть практически полезным. Поэтому понятие целесообразности означает соответствие действий намеченным целям, иначе говоря, целесообразность должна быть сориентирована на реализацию назначения уголовного судопроизводства, практическую полезность, а не выступать в роли объяснения неправомерных, но выгодных, с точки зрения правоприменителя, действий и решений. Такая целесообразность (а она может выступать под разным «соусом» - в виде государственной, партийной, местной, региональной, практической и даже личной) ведет к правовому нигилизму Калиновский К.Б. Законность и типы уголовного процесса:- СПб., 2001..

    Анализ ст. 154 УПК РФ, регулирующей в настоящее время вопросы выделения уголовного дела, также указывает на попытку законодателя учесть и обобщить рассмотренные потребности практики. Однако, на наш взгляд, новые нормативные правила оказались не совсем удачными. С позиции юридической техники, можно было бы приветствовать изложение оснований выделения уголовного дела в одной норме (ч.ч. 1, 2 ст. 154 УПК РФ), а не в разных, как это имело место в УПК РСФСР. Но предложенный перечень оснований оказался, с одной стороны, не полным. В нем не нашла отражение возможность выделения дела в отдельное производство при отказе одного или нескольких обвиняемых от суда с участием присяжных заседателей. Оно предусмотрено п. 1 ч. 5 ст. 217 УПК РФ. Кроме того, в число оснований не вошли те, которые на протяжении десятилетий применялись на практике и предлагались учеными для внесения в закон. С другой стороны, этот перечень стал исчерпывающим. Это произошло потому, что законодатель исключил из правового предписания фразу: «Выделение дел допускается... в случаях, вызываемых необходимостью...». Тем самым была существенно ограничена возможность использования целесообразности, которая крайне необходима в решении указанных вопросов. Для того, чтобы исправить положение достаточно в ч. 2 ст. 154 УПК РФ после слов «в отдельное производство» сделать вставку следующего содержания: «в случаях, вызываемых необходимостью, а также» и далее по тексту, исключив из него слова «в случаях».

    Целесообразность допустима и при применении мер уголовно-процессуальной ответственности. Так, в случае неявки свидетеля без уважительной причины следователь вправе подвергнуть его принудительному приводу (ч. 7 ст. 56 УПК РФ). Первоочередная цель данной санкции - восстановление порядка посредством принудительного исполнения обязанности. Исходя из целесообразности, следователь, наряду с правовосстановительной санкцией, может (но не обязан) ставить вопрос перед судьей о применении к нарушителю штрафной санкции в виде денежного взыскания (ч. 3 ст. 118 УПК РФ). Такое решение будет вполне обоснованным, например, в случае совершения тем же лицом аналогичного нарушения в прошлом. В данной ситуации особенно отчетливо проявляется доля усмотрения должностного лица в пределах обязательного и целесообразного.

    В отдельных случаях, напротив, субъекту уголовного процесса могут быть предоставлены, с учетом обстоятельств дела, некоторые привилегии. Так, в практике Московского областного суда возник вопрос о праве отказаться от дачи показаний дочери подсудимого, которая, хотя и не была им усыновлена, но с раннего возраста проживала вместе с ним. Судья предоставил ей право отказаться от дачи свидетельских показаний против человека, который не являлся, но фактически считался ею отцом. Такие действия должны быть признаны правильными Квашис В. Преступность и правосудие: ответы на вызовы XXI века // Рос. юс-тиция. - 2000. - № 9..

    Наряду с нормами права и фактическими обстоятельствами дела в качестве объективного источника формирования убеждения выступают нравственные нормы. В регулировании уголовно-процессуальных отношений существует тесная связь между нормами права и морали. Многие правовые предписания возникли на основе соответствующих моральных представлений и правил. К ним относятся: принцип презумпции невиновности; институт отводов; применение к подозреваемому и обвиняемому мер пресечения с учетом личности, рода занятий, возраста, состояния здоровья, семейного положения и других обстоятельств (ст. 99 УПК РФ); правила о запрещении выполнения действий или принятия решений, унижающих достоинство граждан, приводящих к распространению сведений об обстоятельствах личной жизни (ст. 161 УПК РФ), ставящих под угрозу здоровье, необоснованно причиняющих им физические или нравственные страдания; законодательный запрет подвергать участников уголовного судопроизводства насилию, пыткам, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению (ст. 9 УПК РФ).

    Нравственные нормы учтены и при регламентации правил допроса, личного обыска, освидетельствования, следственного эксперимента (например, следственный эксперимент возможен лишь при условии, если его проведение не создает опасности для здоровья участвующих в нем лиц), при установлении обязанности принять меры попечения о детях и сохранности имущества заключенного под стражу (ст. 160 УПК РФ), уведомить о задержании или заключении под стражу родственников подозреваемого, обвиняемого (ст. 96 УПК РФ), а также в правовых нормах, охраняющих адвокатскую тайну (пп. 2, 3 ч. 3 ст. 56 УПК РФ) и др.

    Здесь имеет место использование закона как эталона, нормативно определенной «шкалы» ценностей и правил поведения, с помощью которой задают пространство действия права и его функциональное единство применительно к конкретным жизненным случаям.

    Границы поведения следователя могут определяться не только правовыми предписаниями, содержащимися в УПК. Например, в ч. 3 ст. 161 УПК РФ содержится относительно определенное предписание о том, что данные предварительного следствия могут быть преданы гласности лишь с разрешения следователя или прокурора и в том объеме, в каком они признают это возможным. Решение следователя о возможности предания гласности тех или иных сведений по делу зависит от ряда обстоятельств (степень доказанности участия обвиняемого в совершении преступления, наличие неустановленных соучастников, необходимость оказать влияние на общественное мнение и др.). Вместе с тем следователь должен учитывать, что в материалах дела могут содержаться сведения, составляющие охраняемую законом тайну (государственную, служебную тайну, конфиденциальную информацию и пр.), разглашение которой невозможно или возможно только в особых случаях. Порядок обращения с такими сведениями не регулируется УПК, а содержится в иных законах (например, в законах РФ «О банках и банковской деятельности», «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», в «Основах законодательства РФ об охране здоровья граждан» и др.). В случаях, когда следователь принимает решение о предании таких сведений гласности, его выбор должен быть согласован с положениями соответствующих нормативных актов.

    Напоминание об этом было бы не лишним. Поэтому предлагаем в ч. 3 ст. 161 УПК РФ после фразы «не противоречит» добавить слово: «закону» и далее по тексту.

    Изложенное выше свидетельствует о том, что в конкретных жизненных ситуациях достаточно сложно выделить, что же конкретно сдерживало, ограничивало поведение следователя, выбор его решения. Это вполне объяснимо тем, что в качестве пределов усмотрения всегда выступает совокупность положений закона, обстоятельств дела, иных факторов. Конечно, некоторые из них в отдельных случаях будут доминировать или «лежать на поверхности», другие проявляться менее ярко, но это не означает, что они отсутствуют. В качестве подтверждения тому используем еще один пример.

    В рамках изучения вопроса о границах усмотрения следователя вызывает интерес точка зрения, сложившаяся в общей теории права, о стимулировании и торможении как атрибутах правового регулирования. Стимулирование выражается в большей мере в развитии, а торможение - в охране, защите системы общественных отношений. Поэтому в основе концепции правового стимулирования и торможения лежит теория интересов, их многообразия, взаимозависимости и взаимоудовлетворенности Жалинский А.Э. О соотношении функционального и догматического подходов к уголовному праву // Актуальные проблемы применения уголовного законодатель-ства в деятельности органов внутренних дел. - М., 2002..

    Выделяют значительное разнообразие правовых стимулов и тормозов, в которых «спрятан» общественный интерес, выраженный в норме права. К числу таковых относят, в частности, и предоставление правоприменителю свободного выбора поведения. Относительная определенность в праве, наличие оценочных понятий стимулируют деятельность правоприменителя. Вместе с тем категории «стимул» и «тормоз» лежат в несколько иной плоскости.

    Рассматривать их надлежит как специальные модели побудительных элементов позитивного и негативного порядка. Именно поэтому здесь возможны рассуждения о том, что «даже когда поведение предписано императивным правовым актом, устанавливающим один допустимый вариант поведения, у субъекта в большинстве случаев есть возможность выбора поведения, так как им может быть избран либо правомерный, либо противоправный вариант».

    Перечень ограничений усмотрения следователя этим не исчерпывается. В качестве таковых может быть выделено многое другое. Но их исследование нами не планировалось.

    Подводя итог, отметим, что при определении границ усмотрения следователю необходимо учитывать: насколько его действия и решения соотносятся с обеспечением прав и законных интересов субъектов, вовлеченных в орбиту уголовно-процессуальных отношений по конкретному уголовному делу, в том числе степень допустимого ограничения этих прав и интересов; соответствуют ли его действия требованиям уголовно-процессуальной формы; являются ли эти действия и решения целесообразными. Вопрос о целесообразном применении права возникает, когда закон предоставляет усмотрению лица выбор решения, которое при установленных обстоятельствах будет целесообразным с точки зрения поставленных задач, т.е. следователь обязан из всех возможных решений избрать такое, которое обеспечивает максимально полное и точное достижение цели закона при конкретных условиях места и времени.

    Как участник уголовного процесса следователь обладает широкой процессуальной самостоятельностью. В соответствии с законом, при производстве предварительного следствия все решения о направлении следствия и о производстве следственных действий следователь принимает самостоятельно, за исключением случаев, когда предусмотрено законом согласие и получение санкции от прокурора или постановления суда, и несёт полную ответственность за их законное и своевременное выполнение, то есть за ход и результаты расследования.

    Обладая процессуальной самостоятельностью и независимостью, следователь принимает по делу решения по своему внутреннему убеждению, основанному на оценке материалов дела. Постановления следователя, вынесенные в соответствии с законом по находящимся в его производстве уголовным делам, обязательны для исполнения всеми предприятиями, учреждениями, организациями, должностными лицами и гражданами.

    Значимость решений и действий, предпринимаемых следователем, позволила законодателю за незаконное осуществление некоторых из них ввести уголовную ответственность.

    УПК Российской Федерации закрепил, что свои полномочия в уголовном процессе следователь осуществляет независимо от каких бы то ни было органов и должностных лиц, и в строгом соответствии с законом. Воздействие в какой бы то и было форме на следователя с целью воспрепятствования объективному расследованию по уголовному делу влечёт установленную законом ответственность.

    В ходе расследования уголовного дела следователь самостоятельно выдвигает версии, проверяет их, составляет план расследования. Следователь оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью (ст. 17 УПК РФ).

    Проблема, связанная с процессуальной самостоятельностью следователя, при исследовании, как правило, сводится к его взаимоотношениям с прокурором и начальником следственного отдела.

    Самостоятельность следователя нельзя понимать как бесконтрольность. В ряде случаев решения следователя должны быть санкционированы или утверждены прокурором, либо согласованы с ним. Конституция Российской Федерации и УПК России предусматривают, что наиболее важные решения, связанные с ущемлением конституционных прав граждан, принятые следователем при производстве по делу подлежат санкционированию судом.

    Прокурор обязан следить за неуклонным соблюдением следователем установленного законом порядка расследования уголовных дел. Вместе с тем, прокурор вправе давать письменные указания о расследовании преступления. В случае несогласия с указаниями прокурора о привлечении лица в качестве обвиняемого, о квалификации преступления и объёме обвинения, об избрании меры пресечения либо отмене или изменении меры пресечения, избранной следователем в отношении обвиняемого, об отказе в даче согласия на возбуждение перед судом ходатайства об избрании меры пресечения или о производстве иных процессуальных действий, о направлении уголовного дела в суд или его прекращении, об отводе следователя или отстранении его от дальнейшего ведения следствия следователь вправе представить дело вышестоящему прокурору с письменным изложением своих возражений (ч. 3 ст. 38 УПК РФ). В этом случае прокурор или отменяет указание нижестоящего прокурора, или поручает производство по этому делу другому следователю. При этом следователь приостанавливает выполнение соответствующих указаний прокурора.

    Обжалование следователем иных указаний прокурора, не указанных в ч. 3 ст. 38 УПК России, не приостанавливает их исполнения. Однако практически всегда следователи выполняют указания прокурора.

    Определенные трудности практического характера обусловлены тем, что процессуальное руководство деятельностью следователя параллельно с прокурорским надзором осуществляет и начальник следственного отдела.

    В значительной мере полномочия начальника следственного отдела совпадают с полномочиями прокурора, но они меньше по объему.

    Рамки компетенции по вмешательству в расследование у начальника следственного подразделения гораздо шире, нежели у прокурора, хотя последний обладает большими правами и властными полномочиями при определении направления движения дела. Наличие у прокурора полномочий на отмену незаконных и необоснованных постановлений следователя входит в содержание его надзорных функций, а начальник следственного отдела обязан по смыслу закона по каждому делу упреждать и не допускать принятие следователем незаконных и необоснованных решений.

    УПК России восполнил в себе указанную проблему. Так, полномочия начальника следственного отдела (ст. 39 УПК России) дополнились содержанием: «отменять необоснованные постановления следователя о приостановлении предварительного следствия» (п. 2 ч.1 ст. 39), а также «вносить прокурору ходатайство об отмене иных незаконных или необоснованных постановлений следователя» (п. 3 ч. 1 ст. 39 УПК).

    Однако при более детальном изучении проблемы можно констатировать, что вряд ли недостаток ответственности у начальников следственных подразделений можно объяснить недостатком у них процессуальных полномочий. Так же как и упущения в прокурорском надзоре трудно оправдать избытком полномочий и обязанностей у прокурора.

    Обязательное вмешательство прокурора в расследование носит эпизодичный характер и только в строго определённых случаях: при решении вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, санкционировании обыска или выемки, отстранении обвиняемого от должности, помещении подозреваемого или обвиняемого в лечебные учреждения для проведения судебно-психиатрических экспертиз, даче согласия на прекращение уголовного дела по не реабилитирующим основаниям и, наконец, при утверждении обвинительного заключения или постановления о направлении дела в суд для рассмотрения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера, направлении дела на рассмотрение суда.

    Во всех остальных случаях по закону истребование и проверка дел, принятие по ним процессуальных решений определяется усмотрением надзирающего прокурора. Поэтому прокурорский надзор является дополнительной процессуальной гарантией обеспечения надлежащего режима законности предварительного расследования, соблюдения конституционных и процессуальных гарантий и прав личности в уголовном судопроизводстве.

    Анализ положений ст. 39 УПК России позволяет сказать, что основной формой реагирования при осуществлении ведомственного контроля - дача письменных указаний следователю. Однако практика показывает, что нередко количество даваемых прокурором указаний следователям не своего ведомства значительно превышает количество указаний руководителей следственных подразделений.

    Если указания начальника следственного отдела затрагивают вопросы привлечения в качестве обвиняемого, квалификации преступления и объёма обвинения, а также направления движения дела, то следователь вправе такие указания начальника следственного отдела не исполнять, а обжаловать их надзирающему прокурору. Однако на практике подобных случаев фактически нет. Тем самым процессуальное положение следователя фактически низводится до уровня дознавателя, для которого требуется согласие начальника органа дознания принятия основных процессуальных решений.

    Процессуальная самостоятельность следователя - полномочия, защищающие внутреннее убеждение следователя и позволяющие следователю настаивать на собственном мнении. Тем не менее, следователи состоят в следственных подразделениях различных ведомств, а значит, за ними осуществляется и процессуальный, и административный контроль. Так, в органах прокуратуры, прокурор - не только орган надзора, но и руководитель в административном порядке. Он назначает следователя на должность, освобождает от неё, налагает дисциплинарные взыскания. К тому же он вправе проводить любые следственные действия и принять к своему производству любое уголовное дело. Практика свидетельствует о том, что следователи, находясь в административном подчинении прокуроров, крайне редко пользуются своим правом обжалования указаний прокурора.

    Также начальники органов внутренних дел вправе осуществлять административное руководство и контроль за деятельностью следователя. Они не вправе вмешиваться в решение следователем процессуальных вопросов, но давление с их стороны, тем не менее, имеет место, несмотря на запрещающие это приказы МВД.

    На данном этапе от правильно организованного прокурорского надзора за соблюдением законности и ведомственного процессуального контроля со стороны начальника следственного отдела в стадии предварительного расследования зависит обеспечение действительной процессуальной самостоятельности следователя. Одновременно это будет способствовать повышению персональной ответственности следователя за законность и обоснованность каждого из принимаемых и выполняемых им процессуальных решений и действий. Поэтому важно отметить, что в процессе расследования взаимоотношения следователя независимо от ведомственной принадлежности, со своим начальником (прокурором, начальником следственного отдела) должны носить не административный, а процессуальный характер, чётко регламентированный законом. И всё же думается, что только создание вневедомственного следственного аппарата реально обеспечит процессуальную самостоятельность следователю.

    следователь досудебный прокурорский надзор

    Введение

    Заключение

    Введение

    Актуальность темы исследования обусловлена тем, что с принятием и вступлением в силу УПК РФ реформирование уголовно-процессуального законодательства, проводимое в рамках общей судебно-правовой реформы, оказалась далеко не завершенным.

    Уже принято более двадцати федеральных законов, вносящих изменения и дополнения в отдельные положения УПК РФ, и имеются все основания полагать, что в ближайшей и отдаленной перспективах, эти тенденции сохранятся и получат дальнейшее развитие.

    Первые результаты действия УПК РФ позволяют проанализировать практику его применения, выявить проблемы процессуальной деятельности следователя и требуют проведения дальнейших научных исследований, направленных на совершенствование уголовно-процессуального законодательства в целом, и правового регулирования процессуального статуса следователя в частном.

    Изменение уголовно-процессуальной политики и законодательства, расширение состязательных начал повлекли пересмотр процессуальной роли каждого из субъектов уголовного судопроизводства. По Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации следователь представлен как участник уголовного судопроизводства со стороны обвинения, наряду с прокурором, начальником следственного отдела, дознавателем, потерпевшим и др.

    Таким образом, с точки зрения законодателя в настоящее время следователь наделен функцией обвинения (уголовного преследования), с чем целый ряд авторов не соглашается.

    Это связано с тем, что закон (ст.6 УПК РФ) также нацеливает следователя на восстановление доброго имени лиц, не причастных к совершению преступлений. В случае, когда уголовное преследование не нашло своего подтверждения, следователь должен отказаться от него и принять меры по реабилитации незаконно и необоснованно подвергнутых уголовному преследованию лиц.

    Достаточно негативная обстановка складывается с обеспечением процессуальной самостоятельности следователя.

    Ее рамки в действующем законодательстве значительно снижены, что отрицательно влияет на ход предварительного расследования, а соответственно и достижение задач уголовного судопроизводства. Так, 75 % опрошенных нами следователей назвали ограничение процессуальной самостоятельности следователя негативной тенденцией.

    В юридической литературе также высказывается мнение о необходимости лишения следователя полномочий по прекращению уголовного дела и передачи их исключительно суду.

    В связи с этим на современном этапе развития уголовно-процессуального законодательства остаются спорными многие теоретические и нормативные положения, касающиеся процессуального статуса следователя.

    Цель данной работы состоит в исследовании процессуальной самостоятельности следователя.

    Для достижения поставленной цели в работе решаются следующие частные задачи :

    .рассмотреть процессуальный статус следователя;

    2.раскрыть элементы процессуального статуса следователя;

    .охарактеризовать процессуальную самостоятельность следователя как гарантию защиты прав и свобод личности;

    .охарактеризовать контроль прокурора, руководителя следственного органа за процессуальными решениями следователя.

    Объект исследования - процессуальная самостоятельность следователя.

    Предметом исследования являются общественные отношения, связанные с исследованием процессуальной самостоятельности следователя.

    Нормативной основой данной курсовой работы являются Конституция РФ, Уголовный кодекс Российской Федерации и т.д.

    Глава 1. Сущность процессуального статуса следователя

    1.1 Процессуальный статус следователя

    Под процессуальным статусом следователя понимается закрепленное нормами уголовно-процессуального права положение указанного участника уголовного судопроизводства, проявляющееся в его функциях, полномочиях, задачах, гарантиях их осуществления, а также в процессуально-правовой ответственности.

    Процессуальное положение, т.е. права и обязанности любого следователя в работе по конкретному уголовному делу, абсолютно одинаково и не зависит ни от того, к какому ведомству данный следователь относится, ни от должности в рамках родового понятия "следователь" (младший следователь, следователь, старший следователь, следователь по особо важным делам, старший следователь по особо важным делам), ни от характера расследуемого преступления, ни от сложности дела и объема следственной работы.

    При наличии законных поводов и оснований следователь вправе возбудить уголовное дело своей подследственности, принять его к своему производству и приступить к производству расследования, самостоятельно определяя его направления соответственно выдвигаемым следственным версиям.

    Следователь самостоятельно решает, какие следственные действия необходимо произвести в целях собирания доказательств и кого вызвать для участия в этих действиях, в частности в допросах и очных ставках, кому поручить экспертное исследование и какие меры уголовно-процессуального принуждения (задержание, заключение под стражу, иные меры пресечения, наложение ареста на имущество, временное отстранение от должности и др.) подлежат применению; он вправе и обязан применить их или же возбудить перед судом ходатайство о принятии соответствующего решения либо обратиться к начальнику следственного органа, в котором состоит на службе, за согласием и лишь после этого выполнить соответствующее процессуальное действие (ст.38 УПК РФ).

    Статус следователя отличается от правового положения дознавателя (органа дознания). С одной стороны, ни один из следователей не обладает правом на принятие оперативно-розыскных мер (ст.40 УПК РФ), хотя такие полномочия имеются у некоторых органов дознания. С другой - следователь наделен такой процессуальной самостоятельностью, которой нет у дознавателя.

    1.2 Элементы процессуального статуса следователя

    В качестве составных элементов процессуального статуса следователя необходимо выделять:

    ) целевой блок (цели и задачи);

    ) компетенция (функции и полномочия);

    ) процессуально-правовая ответственность;

    ) гарантии деятельности следователя.

    В качестве задач, стоящих перед следователем, выделяются:

    ) обнаружение и процессуальное закрепление доказательств для последующего их использования в ходе производства по уголовному делу;

    процессуальная самостоятельность следователь прокурор

    2) всестороннее, полное и объективное исследование обстоятельств дела в целях изобличения виновных и обеспечения правильного применения закона;

    ) обеспечение законности и обоснованности вовлечения физических и юридических лиц в сферу уголовного судопроизводства, а также защита их прав и законных интересов;

    4) ограждение от необоснованного обвинения и реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию;

    ) обеспечение безопасности участников уголовного судопроизводства;

    ) создание условий для обеспечения гражданского иска, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества, указанного в ч.1 ст.104-1 УК РФ;

    ) предупреждение преступлений путем выявления обстоятельств, способствовавших их совершению, принятия мер по их устранению, а также оказания превентивного воздействия на преступное поведение лиц (профилактическая деятельность);

    ) подготовка материалов уголовного дела к судебному разбирательству.

    Компетенция следователя - это нормативно закрепленная система функций и конкретных полномочий, которыми наделен данный субъект уголовного процесса в целях решения стоящих перед ним задач.

    Под процессуальными гарантиями деятельности следователя понимаются установленные нормами уголовно-процессуального закона различные по своему конкретному содержанию средства, в своей совокупности обеспечивающие данному участнику уголовного процесса возможность реализации стоящих перед ним задач, функций и полномочий. В качестве таковых гарантий, в частности, выступают: особенности возбуждения уголовного дела в отношении следователя (п.10 ч.1 ст.448 УПК); свобода оценки доказательств (ст.17 УПК); право самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий (п.3 ч.2 ст.38 УПК); право давать поручения органу дознания о производстве оперативно-розыскных мероприятий, следственных и иных процессуальных действий (п.4 ч.2 ст.38 УПК); право не согласиться с указаниями прокурора и начальника следственного отдела и др.

    Лицо, состоящее в данной должности, выступает в правоотношениях и как гражданин Российской Федерации и как должностное лицо. Как гражданин государства, за совершенные противоправные деяния следователь может быть привлечен к уголовной, административной и гражданско-правовой ответственности на общих основаниях.

    Как должностное лицо, следователь может быть привлечен к уголовной, дисциплинарной и уголовно-процессуальной ответственности. В последнем случае, например, согласно УПК РФ (ст.37) прокурор уполномочен отстранять следователя от дальнейшего производства расследования, если им допущено нарушение требований указанного закона при производстве предварительного расследования.

    С точки зрения содержания, целей и юридических последствий выделяются следующие группы полномочий следователя:

    ) полномочия по рассмотрению и разрешению сообщений о преступлении;

    ) полномочия по направлению уголовного дела;

    ) полномочия по собиранию доказательств;

    ) полномочия по допуску или привлечению физических и юридических лиц для участия в производстве по уголовному делу;

    ) полномочия по применению мер уголовно-процессуального принуждения;

    ) полномочия по привлечению лица в качестве обвиняемого и осуществлению розыска обвиняемого;

    ) полномочия по приостановлению и возобновлению предварительного слушания;

    ) полномочия по разрешению уголовного дела в ходе досудебного производства;

    ) полномочия по осуществлению профилактики преступлений;

    ) иные полномочия (например, давать разрешение на встречу сотрудника органа дознания, осуществляющего ОРД, с подозреваемым или обвиняемым, находящимся под стражей; принимать меры к предотвращению разглашения данных предварительного расследования и др.).

    Глава 2. Характеристика процессуальной самостоятельности следователя

    2.1 Процессуальная самостоятельность следователя как гарантия защиты прав и свобод личности

    Возможность самостоятельно принимать все решения о направлении следствия и производстве следственных действий, а также полная ответственности за их законное и своевременное проведение напрямую связана с понятием "процессуальная самостоятельность". При этом следует отметить, что само понятие "процессуальная самостоятельность" в уголовно-процессуальном законодательстве отсутствует.

    Важнейшей составляющей в системе правовых мер по защите органами предварительного следствия конституционных прав и свобод человека и гражданина является обеспечение одного из основополагающих принципов уголовно-процессуального права, на котором основывается стадия предварительного следствия, - процессуальной самостоятельности и независимости следователей, которые, как полагал М.С. Строгович, "независимо от ведомства, в котором они состоят, - это наделенные широкими полномочиями деятели российской юстиции, сочетающие в своей деятельности основные процессуальные функции - уголовное преследование или обвинение лиц, совершивших преступления, защиту граждан от неосновательного привлечения к ответственности и разрешение дела по существу". Следует добавить, что процессуальная самостоятельность и независимость следователя являются не только правовым, но и этическим принципом.

    Неблагоприятная криминологическая ситуация, значительное возрастание интенсивности работы следователей, неадекватный сложности и напряженности уровень оплаты их труда, уменьшение их процессуальной самостоятельности и собственной значимости при расследовании дела обусловили высокую текучесть и как следствие - количественный некомплект кадров. Стабилизация качественных показателей следствия в значительной степени обусловлена человеческим фактором, заключающимся главным образом в добросовестном отношении следователей к исполнению должностных обязанностей.

    Неприятное обстоятельство заключается в сугубой ведомственной разобщенности следственных аппаратов, в стремлении каждого соответствующего ведомства законодательно и организационно обеспечить процессуальную независимость своего ведомства и тем самым абстрагироваться от общей системы следственных органов.

    Разобщенность следственных органов в современных условиях тормозит дальнейшее усиление борьбы с преступностью, ведет к параллелизму и дублированию в их работе, влечет за собой распыленность их сил и материальных средств, ненужные споры и пререкания по поводу определения подследственности уголовных дел, усложнение доказательственной сферы в раскрытии и расследовании преступлений и т.д. В правоохранительных органах (МВД, прокуратура, ФСБ России) различный уровень материального достатка следователя, материального и технического обеспечения его работы. Следователь в первую очередь является соответственно сотрудником милиции, прокуратуры, военнослужащим, а уже затем процессуально независимым лицом. Если за последние годы удалось поднять уровень независимости судей, то другой участник уголовного процесса - дознаватель, следователь не может похвастать своей процессуальной самостоятельностью. В то же время именно следователь выполняет одну из самых сложных задач при расследовании уголовных дел и в далеко не простой криминогенной ситуации. "Многие сотрудники правоохранительных органов, даже если они получают информацию, предположим, в отношении членов представительных органов власти, десять раз задумаются, стоит ли им связываться с этой категорией граждан. Они понимают, что на них может быть оказано серьезное административное давление, да и механизм запроса только через Генпрокуратуру о снятии иммунитета слишком сложен".

    Проблема обеспечения процессуальной самостоятельности следователя и его независимости, в том числе в аспекте обеспечения прав и свобод человека и гражданина, в последние годы неоднократно освещалась в публикациях как учеными, так и практическими работниками, представляющими правоохранительные ведомства и судебную систему. Все публикации в основном лишь констатируют негативное положение следователя в настоящий период, однако конкретных предложений в действующий УПК РФ не внесено.

    УПК РФ, уже после внесения многочисленных изменений и дополнений, по-прежнему содержит в себе значительное число правовых норм, утверждающих в качестве доктрины принцип недоверия правоприменителю, и в первую очередь следователю; многочисленные бюрократические условности, влекущие за собой длительные сроки расследования и содержания обвиняемых под стражей, другие правовые уложения, не позволяющие реально обеспечить права и свободы гражданина, оказавшегося вовлеченным в сферу уголовного судопроизводства.

    Самостоятельность данного участника уголовного судопроизводства должна заключаться не в простом предоставлении ему определенных прав, таких как, например: право не соглашаться с указаниями прокурора или начальника следственного отдела, а в гарантиях невмешательства в его деятельность при принятии наиболее важных решений.

    Уголовно-процессуальное законодательство должно гарантировать, что если следователь пришел к определенному мнению, то никто не может его умолить - это и есть самостоятельность следователя. При этом, конечно, не ведется речь о том, что это решение не может быть проверено прокурором или судом на определение его законности и обоснованности. Да, следователь поднадзорен прокурору, его решение может рассмотреть суд и не согласиться с ним, но все равно он правомочен принимать решение по делу.

    Данный участник процесса может обладать таковой только в том случае, если он наделен функцией расследования уголовного дела (разрешения уголовного дела на стадии предварительного расследования), а не функцией обвинения. Следователь, будучи участником со стороны обвинения и являясь обвинителем, не может быть самостоятелен и независим, какие бы доводы не представлялись.

    А.П. Гуськова считает плодотворной идею введения следственного судьи. Следователь должен быть независимым от прокурора и выполнять свои функции под контролем суда по разрешению дела на предварительном следствии. Указанные обстоятельства позволяют считать положение судебного следователя и вообще существование института судебных следователей в уголовном процессе более предпочтительным с точки зрения обеспечения процессуальной следственной самостоятельности и соответственно прав личности на стадии предварительного расследования. Процессуальная деятельность следователя есть не что иное, как исследование обстоятельств дела на первоначальном этапе следствия, т.е. составной и неотъемлемый элемент функции разрешения дела. Суд делегирует следователю функцию разрешения дела на данном этапе. Следовательно, возможность появления следственного судьи есть объективная необходимость, обусловленная потребностью привести в согласие процесс с принципом состязательности.

    Процессуальной независимости и самостоятельности следователя необходимо добиваться, однако это кардинально не решит проблему защиты прав личности на стадии предварительного расследования. Следует учитывать, что безнаказанность и отсутствие эффективного надзора за лицами, участвующими в расследовании, порождают соблазн нарушать права личности.

    Разработанный Следственным комитетом при МВД России проект Федерального закона "О статусе следователя" устанавливал юридические и социальные гарантии обеспечения принципа процессуальной самостоятельности следователя, его независимости и подчинения только закону. Законопроект был согласован более чем с десятью заинтересованными Министерствами и ведомствами, однако не получил поддержки в Министерстве финансов и бывших министерствах труда и экономики РФ.

    В настоящее время работа по созданию механизма обеспечения процессуальной самостоятельности и независимости следователя в целях защиты конституционных прав и свобод человека и гражданина на стадии предварительного следствия фактически, как считают практические сотрудники, приостановлена.

    2.2 Контроль прокурора, руководителя следственного органа за процессуальными решениями следователя

    Процессуальная самостоятельность следователей может быть ограничена не только судом, но и прокурором, руководителем следственного органа, а также начальником органа дознания, возглавляющим ведомственное подразделение, к которому принадлежит следователь. Что касается надзора, то прокуратура этой функции не лишилась. В новой редакции УПК РФ содержится ст.37, в которой указано, что прокурор осуществляет прокурорский надзор за предварительным следствием, но объем этого надзора в настоящее время изменился.

    Прокурор осуществляет надзор за регистрацией преступлений, рассматривает жалобы на действия и решения следователя, которые может подать любой человек, и прокурор должен на них отреагировать, но не прямо, а через руководителя следственного органа. Кроме того, прокурор утверждает обвинительное заключение и вправе дать письменные указания: при возвращении уголовного дела для производства дополнительного следствия об изменении объема обвинения либо квалификации действий обвиняемых или для пересоставления обвинительного заключения и устранения выявленных недостатков. Прокурор, например, дает указания следователю о проведении тех или иных следственных и процессуальных действий.

    Следователь в случае несогласия с требованиями прокурора вправе обжаловать их вышестоящему прокурору с согласия руководителя следственного органа, а при несогласии с его решением - Генеральному прокурору Российской Федерации с согласия Председателя Следственного комитета либо руководителю следственного органа соответствующего федерального органа исполнительной власти (при федеральном органе исполнительной власти), решение которого является окончательным. Тот факт, что прокурор осуществляет надзор за деятельностью следователя, на наш взгляд, является правильным.

    В связи с этим следует отметить, что Указом Президента РФ от 27.09.2010 № 1182 на базе Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации создан Следственный комитет Российской Федерации, который является правопреемником Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации.

    Согласно ст.1 ФЗ от 28.12.2010 N 403-ФЗ, следственный комитет Российской Федерации является федеральным государственным органом, осуществляющим в соответствии с законодательством Российской Федерации полномочия в сфере уголовного судопроизводства.

    Однако возникает вопрос: почему только в некоторых случаях несогласие следователя с указаниями прокурора приостанавливает их до рассмотрения вышестоящим прокурором?

    Учитывая, что именно следователь лучше всех знает все тонкости дела и отвечает за него, его несогласие с письменными указаниями прокурора во всех случаях должно приостанавливать их выполнение до решения вышестоящего прокурора. Таким образом, в системе прокуратуры сохранились механизмы, которые позволяют не просто надзирать за действиями следователей, но и ограничивать их самостоятельность. Также обстоит дело и с указаниями руководителя следственного органа (ч.4 ст.39 УПК РФ). Таким образом, мы видим, что в данных случаях следователь не самостоятелен, и не он принимает решения о производстве следственных и иных процессуальных действий, как вытекает на первый взгляд из п.3 ч.2 ст.38 УПК РФ.

    В силу ч.2 ст.39 УПК РФ руководитель следственного органа вправе принимать к своему производству уголовное дело и при этом обладает всеми правами следователя (или руководителя следственной группы). Это означает, что руководитель следственного органа вправе принять к собственному производству все уголовные дела во вверенном ему следственном подразделении либо назначить себя по всем этим делам руководителем следственной группы и, таким образом, направлять ход расследования. Поэтому процессуальной самостоятельностью в полном объеме могут обладать только руководители следственных органов <4>. При этом процессуальная самостоятельность широкого круга следователей является фиктивной, и для ее расширения необходимо решить данную проблему на законодательном уровне.

    Руководитель следственного органа вправе отменить не любое решение следователя, а лишь незаконное или необоснованное, что свидетельствует о независимости следователя. В противном случае, следователь может "творить" беззаконие, если будут отсутствовать инструменты, позволяющие не допустить нарушение законности. Кроме того, в соответствии с п.3 ч.2 ст.38 УПК РФ следователь вправе самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и процессуальных действий. В этом аспекте процессуальная роль руководителя следственного органа в даче следователю указаний о направлении расследования, производстве отдельных следственных действий и так далее выступает лишь ориентиром по более качественному и объективному расследованию уголовного дела, в том числе в разумные сроки.

    В УПК РФ перечень процессуальных решений, которые руководитель следственного органа вправе отменять, не закреплён. В соответствии с п.33 ст.5 УПК РФ процессуальное решение - решение, принимаемое следователем в порядке, предусмотренном УПК РФ. Постановление, в соответствии с п.25 ст.5 УПК РФ, - любое решение следователя, вынесенное при производстве предварительного расследования, за исключением обвинительного заключения. Соответственно, любое принятое в ходе предварительного расследования процессуальное решение следователь оформляет вынесением соответствующего постановления, которое может отменить руководитель следственного органа.

    Представляется, что процессуальные решения, которые принимает следователь, необходимо разделять:

    ) на решения, связанные с "движением уголовного дела" (например, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, постановление о возбуждении уголовного дела, постановление о прекращении уголовного дела, постановление о приостановлении предварительного следствия, постановление о выделении уголовного дела, постановление о выделении материалов уголовного дела и так далее);

    ) на решения, в соответствии с которыми лицо приобретает определённый процессуальный статус (например, постановление о признании потерпевшим, постановление о признании гражданским истцом, постановление о привлечении в качестве гражданского ответчика, постановление о привлечении в качестве обвиняемого, постановление о прекращении или уголовного преследования и так далее);

    ) иные процессуальные решения (например, постановление о признании вещественным доказательством, постановление о возвращении вещественного доказательства, постановление об отмене ареста на имущество, постановление о приводе и так далее).

    Указанные решения могут быть отменены руководителем следственного органа в следующих случаях:

    ) по собственной инициативе после проверки материалов уголовного

    дела (или материалов проверки сообщения о преступлении);

    ) по результатам рассмотрения жалобы кого-либо из участников уголовного судопроизводства;

    ) по результатам рассмотрения жалобы судьёй, когда решение следователя будет признано незаконным или необоснованным.

    Реализуя своё право на ознакомление с материалами уголовного дела или материалами проверки сообщения о преступлении, руководитель может установить, что какое-либо процессуальное решение вынесено следователем незаконно или необоснованно. УПК РФ не закрепляет основания, при наличии которых руководитель следственного органа вправе проверять материалы уголовного дела или проверки сообщения о преступлении. Законом также не предусмотрено какое-либо письменное заявление, требование или распоряжение руководителя о необходимости представления следователем уголовного дела или материала проверки, в отличии, например, от прокурора, которому материалы уголовного дела представляются на основании мотивированного письменного запроса (ч.21 ст.37 УПК РФ). Следует отметить, что результатом проведённой проверки может являться не только отмена какого-либо процессуального решения руководителем следственного органа, но и дача им в связи с этим письменных указаний следователю в порядке, предусмотренном п.3 ч.1 ст.39 УПК РФ.

    Далее, в соответствии с ч.1 ст.123 УПК РФ правом подачи жалобы обладают участники уголовного судопроизводства, а также иные лица в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы. Жалоба может быть направлена руководителю следственного органа по почте, передана на личном приёме либо передана через следователя, чьё решение обжалуется. Процессуальный порядок рассмотрения жалобы закреплён в ч.1 ст.124 УПК РФ. В соответствии с данной нормой руководитель следственного органа обязан рассмотреть жалобу в течение трёх суток со дня её поступления. В исключительных случаях допускается её рассмотрение в срок до десяти суток.

    К таким случаям закон относит необходимость истребовать дополнительные материалы либо принять иные меры. Следует также отметить, что в отличие от судебного контроля деятельность руководителя следственного органа по процессуальному контролю за следователями не ограничена предметом поданной жалобы - он вправе проверить законность и обоснованность любых процессуальных действий или решений, в том числе и всё производство по уголовному делу. Связано это, прежде всего с тем, что жалоба на конкретное процессуальное решение следователя, может являться сигналом по иным допускаемым следователям нарушениям законности. Именно поэтому отзыв жалобы заявителем не влечёт обязательного прекращения руководителем следственного органа проверки, тем более, если в ходе проверки уже выявлены нарушения. Тем не менее, если в ходе начавшейся проверки какие-либо нарушения не установлены, то руководитель следственного органа при наличии волеизъявления заявителя вправе прекратить её дальнейшее проведение.

    При рассмотрении жалобы руководитель следственного органа не связан какими-либо ограничениями на "запрет поворота к худшему" положения лица, подавшего жалобу или иного участника уголовного судопроизводства.

    Такой запрет относится лишь к обжалованию судебных решений в стадиях судебного производства (ст. ст.360, 405, 410 УПК РФ). Поэтому, если руководитель следственного органа придёт к выводу, что принятое следователем процессуальное решение незаконно или необоснованно и при этом оно ухудшает положение лица (например, отмена постановления о признании потерпевшим или постановления о частичном прекращении уголовного преследования), он в любом случае обязан его отменить.

    По результатам рассмотрения жалобы принимается одно из трёх решений: о полном отказе в удовлетворении жалобы, о частичном отказе в удовлетворении жалобы, об отказе в её удовлетворении. При этом, по любому из принятых решений руководитель следственного органа обязан вынести постановление: о полном отказе в удовлетворении жалобы, о частичном отказе в удовлетворении жалобы, об отказе в удовлетворении жалобы.

    Постановление должно содержать краткое содержание доводов заявителя, их анализ и мотивы принятого решения. В данном случае мотивировка имеет большое значение, так как будет виден проведённый руководителем следственного органа анализ доводов заявителя и их надлежащая проверка, а также возможность заявителя уяснить причины, по которым было принято именно такое решение. Кроме того, в случае несогласия с принятым решением заявитель может его обжаловать, например, руководителю вышестоящего следственного органа, и в этой жалобе указать свои аргументы.

    О принятом по результатам рассмотрения жалобы решении незамедлительно уведомляется заявитель. Закон не предусмотрел, каким образом должен быть уведомлён заявитель.

    Таким образом, руководитель следственного органа вправе отменить только незаконное или необоснованное решение следователя в трёх случаях: о собственной инициативе, по результатам рассмотрения поданной на его имя жалобы или по результатам рассмотрения жалобы судом. При этом процессуальная самостоятельность следователя в этом случае не ограничивается.

    Как известно, следователи редко обжалуют указания прокурора и руководителя следственного органа, так как существуют межведомственные нормативные акты, согласно которым руководителям следственных органов необходимо "изучать все находящиеся в производстве подчиненных сотрудников материалы проверок сообщений о преступлениях до принятия по ним процессуальных решений; исключать случаи вынесения следователями постановлений о возбуждении или отказе в возбуждении уголовного дела без согласования данного вопроса с начальником следственного органа или сотрудниками из числа руководящего состава". Между тем в УПК РФ не предусмотрена необходимость следователя согласовывать возбуждение уголовного дела с руководителем следственного органа.

    Следует заметить, что до создания Следственного комитета при прокуратуре РФ никто (ни прокурор, ни вышестоящий прокурор, ни начальник следственного отдела, ни руководитель другого следственного органа) не имел возможности заставить следователя привлечь по его внутреннему убеждению невиновного в качестве обвиняемого, квалифицировать совершенное преступление не по той статье (части, пункту), по которой он считает необходимым это сделать, вменить в вину обвиняемому те эпизоды преступной деятельности, вина в совершении которых, по мнению следователя, не доказана или, того хуже, доказана невиновность обвиняемого в совершении данных преступлений, избрать меру пресечения либо отменить или изменить меру пресечения, когда следователь убежден в отсутствии фактических оснований принятия такого решения, отказаться от обращения в суд с ходатайством об избрании меры пресечения или о производстве иных процессуальных действий, решение о производстве (избрании) которых может принять только суд, прекратить уголовное дело, когда вина обвиняемого в совершении тяжкого (иного) преступления безусловна и даже направить уголовное дело в суд с обвинительным заключением (постановлением о направлении дела в суд для применения принудительных мер медицинского характера), когда следователь убежден в том, что обвиняемый не принимал участия в совершении общественно опасного деяния, которое от следователя потребовали вменить ему в вину.

    Сейчас ситуация изменилась. Сама идея, заложенная ранее в институт процессуальной самостоятельности следователя, в действующей правовой формулировке несколько "перегнута" в противоположную от собственно процессуальной самостоятельности следователя сторону. В отличие от ранее действовавшего правила, в настоящее время в законе ничего не сказано о том, что при несогласии с позицией следователя вышестоящий руководитель следственного органа может лишь забрать у следователя уголовное дело и передать его другому следователю.

    А поскольку данное правовое положение из УПК РФ убрано, позволим себе предположить, что сейчас вышестоящий руководитель следственного органа вправе "заставить" следователя, обжаловавшего указание своего непосредственного начальника, выполнить любое его письменное уголовно-процессуальное требование.

    Заключение

    Итак, мы выполнили все задачи, поставленные в настоящей курсовой работе, а именно:

    .рассмотрели процессуальный статус следователя;

    2.раскрыли элементы процессуального статуса следователя;

    .охарактеризовали процессуальную самостоятельность следователя как гарантию защиты прав и свобод личности;

    .охарактеризовали контроль прокурора, руководителя следственного органа за процессуальными решениями следователя.

    Из всего вышеизложенного можно сделать следующие выводы.

    Следователь в уголовном судопроизводстве России призван реализовать функцию расследования уголовного дела (разрешения уголовного дела на стадии предварительного расследования).

    Реализация именно данной функции позволяет следователю обеспечить всестороннее, полное и объективное исследование обстоятельств дела, не ограничивая при этом действие принципа состязательности сторон в ходе досудебного производства.

    В качестве составных элементов процессуального статуса следователя необходимо выделять: целевой блок (цели и задачи); компетенция (функции и полномочия); процессуально-правовая ответственность; гарантии деятельности следователя.

    В целях укрепления процессуальной самостоятельности следователя необходимо: предусмотреть право следователя самостоятельно, без согласования с прокурором, принимать решение о возбуждении уголовного дела при наличии повода и основания, предусмотренных статьей 140 УПК РФ, а также закрепить в УПК РФ право следователя на обжалование действий (бездействия) и решений прокурора, а также указаний и решений начальника следственного отдела непосредственно в суд.

    Список используемой литературы

    Нормативные правовые акты:

    1."Конституция Российской Федерации", принята всенародным голосованием 12.12.1993, опубликована в "Российской газете", № 237, 25.12.1993 (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ) // "Собрание законодательства РФ", 26.01.2009, № 4, ст.445.

    2."Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации" от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 20.03.2011) // "Собрание законодательства РФ", 24.12.2001, № 52 (ч. I), ст.4921.

    3.Федеральный закон от 28.12.2010 N 403-ФЗ "О Следственном комитете Российской Федерации" // "Собрание законодательства РФ", 03.01.2011, N 1, ст.15.

    4.Указ Президента РФ от 27.09.2010 N 1182 "Вопросы Следственного комитета Российской Федерации" (ред. от 14.01.2011) // "Собрание законодательства РФ", 04.10.2010, N 40, ст.5043.

    Монографии и учебники:

    1.Безлепкин Б.Т. Настольная книга следователя и дознавателя. М.: Велби, Проспект, 2008. С.288.

    2.Курс советского уголовного процесса: Основные положения науки советского уголовного процесса. Т.1/Строгович М.С. М.: Наука, 1968. С.470.

    .Смирнов А.В., Калиновский К.В. Уголовный процесс. Учебник для вузов. СПб.: Питер, 2005. С.296.

    .Рыжаков А.П. Ликвидация законодателем процессуальной самостоятельности следователя // СПС КонсультантПлюс, 2007.

    5.Уголовное право. Общая и Особенная части / Под редакцией В.Ю. Малаховой. М.: Эксмо, 2010. С.752.

    .Уголовное право России. Общая и Особенная части / Под ред.В. Дуюнова. М.: РИОР, 2009. С.672.

    .Уголовное право. Актуальные проблемы теории и практики / Под редакцией В.В. Лунеева. М.: Юрайт, 2010. С.784.

    .Уголовно-процессуальное право Российской Федерации / Под ред. П.А. Лупинской. М.: Инфра-М, 2010. С.1088.

    .Уголовно-процессуальное право / Под ред.Г.И. Загорского. М.: Волтерс Клувер, 2010. С.560.

    1.Рытькова В.Ю. Правовое регулирование процессуального статуса следователя в уголовном судопроизводстве России: автореф. дис. канд. юрид. наук. Калининград, 2007. С.22.

    2.Соотношение процессуальной самостоятельности следователя и прокурорского надзора в отечественном досудебном производстве. Дис. канд. юрид. наук: 12.00.09/Олисов Р.Ю. Нижний Новгород, 2006. С.172.

    .Степанов Б.Б. Процессуальная самостоятельность следователя при расследовании преступлений (сравнительно-исторические аспекты). Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Нижний Новгород, 2006. С.24.

    Периодические издания:

    1.Арсенова Т.Б. Процессуальная самостоятельность лиц, осуществляющих досудебное производство по уголовным делам // Российский следователь. 2009. № 19. С.2 - 5.

    2.Григорьев В.Н., Победкин А.В., Калинин В.Н. Процессуальная регламентация предварительного расследования в результате реформы 2007 г. // Государство и право. 2008. С.49 - 50.

    3.Гуськова А.П. О спорных вопросах российского правосудия // Российский судья. 2001. N 3. С.6 - 9.

    4.Закатнова А. Против коррупции конфискация? // Российская газета. 2004.20 авг.

    .Колоколов Н.А. Поменяли местами // ЭЖ-Юрист. 2007. N 43.С. 19 - 23.

    .Мельников В.Ю. Процессуальная самостоятельность следователя как гарантия защиты прав и свобод личности // Безопасность бизнеса. 2007. N 2. С.12 - 16.

    .Рытькова В.Ю. Процессуальная функция следователя, как элемент его процессуального статуса в уголовном судопроизводстве России // Актуальные проблемы гражданского законодательства и практики его применения. Материалы научно-практической конференции 19 октября 2006 года г. Алексеевка. Отв. Ред. А.В. Степанюк. Белгород, издательство БелГУ, 2007.

    .Рытькова В.Ю. Функции следователя в уголовном судопроизводстве России // Профессионал. 2007. № 1. С.24 - 28.

    .Рытькова В.Ю., Кондрат И.Н. Элементы процессуального статуса следователя в уголовном судопроизводстве России // Безопасность общества и государства: Сборник научных трудов / Под общей редакцией И.А. Антонова, М.Ю. Павлика, М.В. Сальникова. - СПб.: Издательство Фонд "Университет", 2005.

    .Шейфер С., Бобров А. Процессуальная самостоятельность следователя: мнение практиков // Законность. 2006. N 5. С.31 - 34.

    .Ямшанов Б.В. Следствие по контракту // Российская газета. 2007.29 авг.

    Похожие работы на - Процессуальная самостоятельность следователя

    Введение

    Глава 1 Общая характеристика процессуальной самостоятельности следователя с. 12-70

    1. Становление и развитие процессуальной самостоятельности следователя С. 12-26

    2. Понятие и пределы процессуальной самостоятельности следователя С. 27-57

    3. Процессуальные полномочия следователя и их закрепление в действующем законодательстве С.57- 70

    Глава 2 Самостоятельность следователя при производстве процессуальных действий С. 71-118

    1. Общие правила производства процессуальных действий на досудебных стадиях уголовного судопроизводства С.71 -90

    2. Проявление процессуальной самостоятельности следователя при производстве следственных и иных процессуальных действий С.90-118

    Глава 3 Самостоятельность следователя при заявлении ходатайств и принятии процессуальных решений С.119-180

    1. Ходатайства в системе процессуальных полномочий следователя С.119-130

    2. Самостоятельность следователя при принятии процессуальных решений на стадиях возбуждения уголовного дела и предварительного расследования С. 130-180

    Заключение с.181-189

    Список использованной литературы с. 190-211

    Приложения С.212-218

    Введение к работе

    Актуальность темы исследования. В качестве назначения уголовного судопроизводства в ст. 6 УПК РФ определены защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. Указанная норма пронизывает все содержание деятельности органов и должностных лиц уголовного судопроизводства, нацеливает их на реализацию поставленных задач и одновременно на всемерную защиту личности от противоправного воздействия со стороны кого бы то ни было.

    Следователь является одним из основных участников уголовного судопроизводства со стороны обвинения. Именно на него возложена важная задача возбуждения уголовных дел при обнаружении признаков преступлений, осуществление предварительного расследования и подготовки материалов уголовного дела с тем, чтобы суд имел возможность вынести по данному уголовному делу законный, обоснованный и справедливый приговор.

    Законодатель наделил следователя широким спектром полномочий, соответствующим его действительно важной роли в досудебном процессе. Вместе с тем следователь - это не единственный участник уголовного судопроизводства, осуществляющий свои полномочия на стадиях возбуждения уголовного дела и предварительного расследования. Весьма важное значение имеет не только реализация следователем своих полномочий, но и его взаимодействие с иными органами и должностными лицами (прокурором, начальником следственного отдела, судом). Именно в таком взаимодействии и проявляется процессуальная самостоятельность следователя как лица, ответственного за ход и результаты своей деятельности.

    Актуальность темы настоящего исследования повышает тот факт, что процессуальная самостоятельность следователя многие годы служила краеугольным камнем его полномочий, свидетельствовала о той важной роли, которую государство и общество отводили и отводят следователю в деле борьбы с преступностью. В настоящее же время сложилась весьма парадоксальная ситуация, когда наряду с провозглашением процессуальной самостоятельности следователя это понятие по сути подменяется тезисом о независимости следователей от иных органов государственной власти и местного самоуправления. С другой стороны, процессуальная самостоятельность следователя не безгранична. В своей деятельности он должен соблюдать установленные законом границы и не вторгаться в компетенцию иных органов и должностных лиц уголовного судопроизводства. Установлению таких границ, а в ряде случаев и их корректировке посвящено настоящее исследование.

    Степень разработанности темы исследования. Вопросы, в той или иной мере касающиеся темы диссертационного исследования, освещались в трудах многих научных работников. Различные аспекты процессуальной самостоятельности следователя исследовали в своих трудах такие ученые, как Ю.Н. Белозеров, В.П. Божьев, В.Н. Григорьев, А.П. Гуляев, С.П.Ефимичев, Н.В, Жогин, Л.М. Карнеева, А.А. Клейн, Л.Д. Кокорев, Н.П.Кузнецов, A.M. Ларин, И.М. Лузгин, П.А. Лупинская, Ю.В. Манаев, И.Л.Петрухин, А.Б. Соловьев, В.А. Стремовский, М.С. Строгович, Ф.Н.Фаткуллин, Г.П. Химичева, О.В. Химичева, С.А. Шейфер и другие авторы.

    Вместе с тем, как показало изучение литературы, она в большинстве своем либо посвящена более широкой проблематике (например, вопросам, касающимся полномочий следователя), либо, наоборот, имеет достаточно узкое предназначение (это касается отдельных полномочий данного должностного лица). Кроме того, большинство работ было подготовлено до принятия ныне действующего УПК РФ.

    В связи с изложенным представляется, что монографическое исследование, посвященное процессуальной самостоятельности следователя, является весьма своевременным и позволит разрешить достаточно важную научную задачу.

    Целью диссертационного исследования является разработка
    теоретических положений, раскрывающих процессуальную

    самостоятельность следователя как одного из основных участников уголовного судопроизводства, представляющих сторону обвинения, определение границ самостоятельности при производстве следственных и иеіьіх процессуальных действий, а также создание оптимального механизма взаимодействия следователя с иными участниками досудебного производства.

    Цель исследования обусловила необходимость постановки и разрешения ряда задач:

      выявление сущности процессуальной самостоятельности следователя как основного отправного положения, характеризующего его процессуальный статус;

      установление пределов процессуальной самостоятельности следователя;

      выявление и разрешение проблем, возникающих в ходе реализации следователем своей процессуальной самостоятельности при производстве следственных и иных процессуальных действий;

      выявление и разрешение проблем, возникающих в процессе заявления следователем ходатайств и принятия решений в досудебном уголовном судопроизводстве;

      обоснование предложений, направленных на обеспечение процессуальной самостоятельности следователя;

      выдвижение и обоснование комплекса мер организационного характера, а также конкретных предложений по внесению в УПК РФ

    6 изменений, направленных на обеспечение процессуальной самостоятельности следователя.

    Объектом исследования являются правоотношения, возникающие в ходе реализации следователем полномочий, обеспечивающих его процессуальную самостоятельность. В качестве предмета исследования выступают нормы уголовно-процессуального права, закрепляющие процессуальную самостоятельность следователя, а также обеспечивающие реализацию следователем своих полномочий в уголовном судопроизводстве.

    Методология и методика исследования. Методологической основой исследования являются положения философии как общего метода научного познания, а также логический, догматический, сравнительно-правовой методы, метод системного анализа, социологический и иные методы. Теоретической основой исследования стали труды ученых в области общей теории государства и права, уголовного, уголовно-процессуального права, а также философии, логики, криминологии и других наук.

    Теоретическую основу исследования составляют содержащиеся в трудах по философии, логике, теории и истории государства и права, теории уголовного процесса, международного, конституционного и других отраслей права требования, предъявляемые к следователю как одному из основных участников уголовного судопроизводства со стороны обвинения. Так, были использованы труды Р.С. Белкина, В.П. Даневского, А.С. Кобликова, А.Ф.Кони, И.Я. Фойницкого, С.С. Алексеева, B.C. Нерсесянца, П.А.Лупинской, Я.О. Мотовиловкера, И.Л. Петрухина, Н.Н. Полянского, М.С. Строговича, А.Л. Цыпкина, М.А. Чельцова, П.С. Элькинд и других научных деятелей.

    Нормативная и информационная база исследования. Нормативной основой работы является Конституция РФ, УК РФ, УПК РФ, иные федеральные законы, международные договоры, ратифицированные Российской Федерацией, подзаконные нормативные правовые акты. К информационной основе относится законодательство иностранных

    7 государств, разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, а также памятники права.

    Эмпирической базой исследования послужили результаты изучения 212 уголовных дел, находившихся в производстве следователей. Проведено интервьюирование 187 следователей и 34 прокуроров г. Москвы и Московской области, а также Липецкой и Белгородской областей. Достоверность и обоснованность выводов, полученных в результате исследования, подтверждается использованием надлежащей методологии, научной литературы, достаточной нормативной базы, а также эмпирическими данными, собранными в процессе работы над диссертацией.

    Научная новизна исследования состоит в том, что оно является одной из первых работ, в которых процессуальная самостоятельность следователя рассматривается применительно к положениям УПК РФ. В работе выявлены проблемы, которые возникают у следователя при его взаимодействии с иными участниками досудебного производства, представляющими сторону обвинения, и выработаны предложения по их разрешению.

    На защиту выносятся следующие положения:

      В результате исследования теоретических и практических аспектов деятельности следователя обоснован вывод о том, что процессуальная самостоятельность следователя представляет собой совокупность нормативных предписаний, обеспечивающее возможность осуществления данным должностным лицом процессуальных действий и принятия процессуальных решений по своему внутреннему убеждению, основанному на законе и совести.

      Сделан вывод о том, что в истории отечественного уголовного судопроизводства процессуальная фигура следователя характеризовалась самостоятельностью, что обеспечивало полное и своевременное расследование уголовных дел. Исходя из этого, сформулированы и обоснованы предложения по совершенствованию механизма

    8 предварительного расследования, в котором следователь будет занимать одно из ключевых мест.

    3. Соотношение понятий «полномочия» и «компетенция»
    применительно к процессуальной самостоятельности следователя позволяет
    сделать вывод о том, что полномочия определяют круг тех действий и
    решений, которые вправе осуществлять (принимать) следователь, а
    компетенция отграничивает полномочия следователя от полномочий иных
    органов и должностных лиц уголовного судопроизводства.

    4. При реализации следователем полномочий, обусловливающих его
    процессуальную самостоятельность, он в любом случае не должен нарушать
    предписания закона, а также правомерные требования иных участников
    уголовного судопроизводства.

    5. Установлены пределы процессуальной самостоятельности
    следователя, обеспечивающие исполнение следователем письменных
    указаний прокурора, начальника следственного отдела, которые были даны в
    пределах имеющихся у них полномочий.

    6. Обоснован вывод о том, что при производстве процессуальных
    действий или принятии процессуальных решений следователем по
    письменному указанию прокурора, то ответственность за законность и
    обоснованность этого действия (решения) должен нести не только
    следователь, но и прокурор. Одновременно за следователем остается право
    обжаловать данные письменные указания вышестоящему прокурору.

    7. Сделан вывод, согласно которому процессуальная
    самостоятельность следователя проявляется не только в том, что он имеет
    возможность осуществлять процессуальные действия и принимать
    процессуальные решения, но и в его взаимодействии с иными органами и
    должностными лицами уголовного судопроизводства.

    8. Предложено внести ряд изменений и дополнений в УПК РФ:

    Статью 25 УПК РФ дополнить частью второй: «2. При несогласии с решением следователя прокурор выносит постановление об отказе в даче

    9 согласия на прекращение уголовного дела». Аналогичной нормой дополнить ст. 28 УПК РФ;

    дополнить статью 29 УПК РФ частью 2.1 следующего содержания: «В ходе досудебного производства суд принимает решения, перечисленные в части второй настоящей статьи, по ходатайству следователя, согласованному с прокурором»;

    в статье 38 УПК РФ пункты 1-3 части второй изложить в редакции: «2. Следователь уполномочен: 1) разрешать вопрос о возбуждении уголовного дела в порядке, установленном настоящим Кодексом; 2) принимать уголовное дело к своему производству или передавать его прокурору с соблюдением подследственности, предусмотренной статьей 151 настоящего Кодекса; 3) самостоятельно направлять ход расследования, а также принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий, задержании лица по подозрению в совершении преступления, избрании меры пресечения, применении иных мер процессуального принуждения, за исключением случаев, когда для этого требуется получение судебного решения и (или) санкции прокурора...»;

    часть первую статьи 39 УПК РФ дополнить пунктом 4:

    «1. Начальник следственного отдела уполномочен: ...4) передавать уголовное дело от одного следователя другому с обязательным указанием оснований такой передачи».

    часть третью статьи 153 УПК РФ изложить в редакции: «3. Соединение уголовных дел производится на основании постановления прокурора, следователя или дознавателя»;

    статью 166 УПК РФ дополнить частью 3.1: «Если следственное действие производилось по письменному указанию прокурора, в протоколе делается соответствующая отметка».

    Часть вторую статьи 189 УПК РФ изложить в редакции: «2. Следователь вправе использовать тактические приемы допроса по

    10 собственному усмотрению, за исключением наводящих вопросов, а также приемов, противоречащих действующему законодательству»;

    Часть четвертую статьи 173 изложить в редакции: «4. Повторный допрос обвиняемого в случае отказа обвиняемого от дачи показаний на первом допросе производится в общем порядке, установленном настоящим Кодексом. При повторном допросе обвиняемого лицу разъясняются его права, предусмотренные частью четвертой статьи 47 настоящего Кодекса».

    Теоретическое значение исследования состоит в том, что в работе в результате обобщения и анализа имеющегося научного материала обоснованы теоретические положения, раскрывающие процессуальную самостоятельность следователя как исходное требование, обеспечивающее позитивную реализацию его полномочий. Диссертационное исследование может составить основу для разработки механизма обеспечения процессуальной самостоятельности следователя. Автор в результате проведенного исследования предложил и обосновал комплекс изменений в действующее законодательство.

    Практическое значение исследования состоит в том, что сформулированные в диссертации выводы могут быть использованы в правоприменительной деятельности при организации и осуществлении досудебного уголовного судопроизводства. Результаты исследования также могут использоваться в учебном процессе.

    Апробация результатов исследования происходила в форме обсуждения диссертационных материалов на научно-практических конференциях, подготовки научных публикаций, внедрения соответствующих разработок в учебный процесс, нормотворческую и правоприменительную деятельностью.

    Основные положения и выводы диссертации доложены автором на научно-практических семинарах и конференциях, проводившихся в Московском университете МВД России (2004, 2005 г.), а также на научно-практической конференции, проводившейся в Тульском государственном

    университете (2005 г.). Основное содержание работы изложено в 3 научных публикациях.

    Структура и объем работы обусловлены целью и задачами исследования. Работа состоит из введения, трех глав, включающих в себя семь параграфов, заключения, списка литературы и двух приложений.

    Становление и развитие процессуальной самостоятельности следователя

    Изучение истории становления и развития процессуальной самостоятельности следователя в России имеет весьма важное значение, поскольку полученные результаты могут быть использованы при разрешении многих проблем современности. В частности, это позволит выявить истоки закрепленного в действующем законодательстве положения о процессуальной самостоятельности следователя, установить пределы такой самостоятельности, а также определить, каким образом процессуальные полномочия следователя соотносятся с полномочиями иных органов и должностных лиц уголовного судопроизводства.

    В период развития российской государственности, обозначаемый как дореформенный (т. е. до Судебной реформы 1961-1864 г.г.), процессуальной фигуры следователя не существовало. Хотя досудебное производство по различным категориям преступлений существовало, данными полномочиями были наделены различные должностные лица, в частности, сотрудники полиции, различных комиссий, расследовавших отдельные категории преступлений, прокурорские чины, и др. Более того, полиция осуществляла и разбирательство по маловажным делам.

    Относительно деятельности полиции по осуществлению предварительного расследования А.Ф. Кони высказался следующим образом: «Безотчетный произвол, легкомысленное лишение свободы, напрасное производство обысков, отсутствие ясного сознания о действительном составе преступления, неумелость и нередко желание «покормиться», «выслужиться» или «отличиться» были характерными признаками производства таких следственных действий, причем ввиду того, что собственное признание обвиняемого считалось законом за «лучшее доказательство всего света», бывали случаи добывания его истязаниями и приемами замаскированной пытки».

    Законом от 8 июня 1860 г. следственная часть была изъята из ведения общей полиции, включена в судебное ведомство и подчинена министру юстиции. Обязанность производства следствия возлагалась на особых судебных следователей, утверждаемых в должности непосредственно министром юстиции. Таким образом, судебная власть отделялась от исполнительной, которая в своей деятельности ограничивалась «исключительно полицейскими обязанностями».

    Впервые следователь как должностное лицо, обладавшее широкими полномочиями в сфере уголовного судопроизводства, был обозначен в Уставе уголовного судопроизводства 1864 г.4 Данную процессуальную фигуру можно оценить весьма неоднозначно. С одной стороны, следователь именовался «судебным следователем», что обосновывало его непредвзятость по отношению к предварительному расследованию. По должности следователь был подчинен окружному суду, а не прокурору, представлявшему обвинительную власть5. С другой стороны, судебный следователь контролировал действия должностных лиц полиции, которые осуществляли дознание по различным категориям уголовных дел. Именно от судебного следователя зависело направление предварительного следствия. Только окружной суд по представлению судебного следователя мог приостановить или прекратить производство по уголовному делу или дать ему другое направление. Кроме того, «судебное место» разрешало все сомнения и затруднения, которые возникали у судебного следователя в ходе досудебного производства. Суд имел право требовать от судебного следователя письменные сведения о положении производимого им следствия в случае жалобы на неправильное задержание лица, если следствие производилось в другом городе.

    При производстве предварительного следствия судебный следователь в силу ст. 264-265 Устава был обязан с полным беспристрастием выяснять как обстоятельства, уличающие обвиняемого, так и обстоятельства, его оправдывающие. Только протоколы, которые были составлены судебным следователем, могли быть использованы в суде, а содержащиеся в них сведения признавались доказательствами. Протоколы органов дознания доказательственного значения не имели.

    Понятие и пределы процессуальной самостоятельности следователя

    Процессуальная самостоятельность следователя как нормативное положение закреплена в ст. 38 УПК РФ. Вместе с тем и она имеет свои пределы, наличие которых обусловлено как собственными полномочиями следователя, так и возможностью воздействия на следователя со стороны иных участников уголовного судопроизводства.

    Большинство авторов процессуальную самостоятельность определяют как элемент его полномочий, состоящий в праве самостоятельно принимать все решения о направлении предварительного следствия и производстве следственных действий и полной ответственности за их законное и своевременное проведение1. Как указывает профессор В.П. Божьев, «...наделение следователя самостоятельностью в решении разнообразных вопросов в ходе проведения расследование - необходимое условие выполнение возлагаемых на него обязанностей. Без свободы выбора ни следователь, ни прокурор не могут осуществлять своих уголовно-процессуальных обязанностей». Однако, по нашему мнению, понятия «процессуальная самостоятельность следователя» и «полномочия следователя» соотносятся между собой как философские категории «причина» и «следствие». Наличие у следователя процессуальной самостоятельности является исходным положением, определяющим его процессуальные полномочия. Там, где процессуальная самостоятельность следователя ограничивается, ограничиваются и его полномочия (пример, при получении судебных решений на производство следственных действий, указанных в ч. 2 ст. 29 УПК РФ следователь обращается в суд с ходатайством, получив на это согласие прокурора).

    Действуя в пределах предоставленной ему законом процессуальной самостоятельности, следователь вправе выбирать различные варианты поведения из числа дозволенных. Нельзя не заметить, что на выбор вариантов поведения следователя влияют самые разнообразные факторы. Авторы обоснованно выделяют в качестве главных из них следующие: социально-политические условия, в которых действует данная система судоустройства и судопроизводства; задачи, поставленные перед этой областью государственной деятельности и принимаемые в ней решения; уровень правового регулирования по принятию решений; особенности правил принятия решений; гносеологические принципы, лежащие в основе познания фактических оснований решений; идеологическое обеспечение правоприменения (правосознание, правовая культура); социально-психологическая детерминация решений, психологический механизм действия правовых и моральных норм, мотивация решений; ценностная детерминация в профессиональной ориентации правоприменителя; личностные свойства лица, принимающего решения (образование, возраст, стаж работы, профессиональные знания, умения, навыки); и, наконец, условия труда, загруженность, техническое и научное оснащение, научная организация труда и др.

    Мы также в целом согласны с Н.И. Кулагиным, который считает, что наличие у следователя процессуальной самостоятельности поможет ему эффективнее защищать права и законные интересы потерпевших от преступлений, а также тех лиц, которые их совершили. Вместе с тем следует дополнить, что самостоятельность следователя не может быть безграничной, иначе она превратится в бесконтрольность и, как следствие, в безответственность.

    Представляется, что существуют два фактора, которые создают надлежащий режим пользования следователем своей процессуальной самостоятельностью.

    Первый из них прямо закреплен в законе в виде правовых норм, устанавливающих «внешние границы» самостоятельности. Это -предписания закона, которые устанавливают пределы компетенции следователя при производстве по конкретному уголовному делу. Например, если следователь, пользуясь своей самостоятельностью, допустил нарушение закона в конкретной правоприменительной ситуации, это одновременно нарушает и предписания закона, и положение п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ.

    Вторая составляющая режима использования следователем своей процессуальной самостоятельности заключается в том, что он не вправе нарушать правомерные требования иных участников уголовного судопроизводства - как органов и должностных лиц, так и лиц, вовлеченных в производство по уголовному делу.

    Общие правила производства процессуальных действий на досудебных стадиях уголовного судопроизводства

    Исследуя пределы процессуальной самостоятельности следователя, видится целесообразным выделить общие правила производства процессуальных действий и выработать предложения по оптимальному их формулированию.

    В соответствии с п. 9 ст. 5 УПК РФ досудебное производство включает в себя уголовное судопроизводство с момента получения сообщения о преступлении до направления прокурором уголовного дела в суд для его рассмотрения по существу. Таким образом, процессуальные действия, осуществляемые в рамках досудебного производства, следователь производит на двух стадиях - возбуждение уголовного дела и предварительное расследование.

    Несомненный интерес для проблематики нашего исследования представляет разграничение понятий «процессуальные действия» и «следственные действия». Под следственными действиями И.М. Лузгин понимает способ собирания, исследования и оценки доказательств. Ученый подразделяет их на две группы: «действия, содержанием которых является главным образом обнаружение, исследование и оценка доказательств» и «действия, содержанием которых является управление процессом расследования, определение его пределов, сроков и порядка проведения» . Ряд процессуалистов понимают под следственными лишь те действия, которые направлены на обнаружение, закрепление и проверку доказательств. И.Е. Быховский определяет следственное действие как «вид познавательной деятельности следователя и иных управомоченных законом лиц, осуществляемой в стадии предварительного расследования и при расследовании вновь раскрывшихся обстоятельств на основании и в соответствии с регламентированным законом порядком обнаружения, исследования, фиксации и изъятия доказательств» . С.А. Шейфер считает, что законодатель использует рассматриваемое понятие в широком и узком смысле. В первом случае - это «все процессуально значимые акты следователя». Во втором - это «действия, именуемые обычно собиранием доказательств». Б.С. Тетерин и Е.З. Трошкин выделяют три группы следственных действий: 1) «по обнаружению, закреплению, проверке и оценке доказательств»; 2) «по признанию лиц участниками процесса»; 3) «направленные на пресечение преступления, обеспечение привлечения к ответственности виновных лиц» . По нашему мнению, данные определения, несомненно, играют важную роль в формировании понятия «следственные действия». Вместе с тем в большинстве из них в данное понятие включаются не только лишь следственные, но и иные процессуальные действия, а также процессуальные решения (в частности, направленные на наделение лица тем либо иным процессуальным статусом).

    Весьма полное определение следственных действий предложили А.А.Чувилев и Т.Н. Добровольская. По мнению авторов, под ними следует понимать «группу уголовно-процессуальных действий, являющихся основными средствами установления обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела и характеризующихся самостоятельной и детальной процедурой производства» . Вместе с тем заметим, что указание на следственные действия как на средство установления обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, является категорией, определяющей значение данных действий, но не раскрывающей их содержания.

    Представляется, что дефиницию понятия «следственные действия» можно выработать, исходя из сравнения данного термина с термином «процессуальные действия». Согласно п. 32 ст. 5 УПК РФ к разряду процессуальных относятся следственные, судебные или иные действия, предусмотренные настоящим Кодексом. Таким образом, данным термином охватываются любые действия при условии их регламентации нормами именно уголовно-процессуального права. Определения следственных действий в УПК РФ не содержится, хотя данный термин встречается в большом количестве уголовно-процессуальных норм. В ряде случаев встречается и сочетание «следственные и иные процессуальные действия». Из сопоставления указанных норм следует вывод, что данные понятия идентичными не являются, хотя и находятся по отношению друг к другу в определенной взаимосвязи.

    Так, ключевыми словами в понятии «процессуальные действия» является то, что они производятся в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством. Правило же, наиболее полно характеризующее следственное действие, гласит о том, что это - основной способ собирания доказательств (ч. 1 ст. 86 УПК РФ). Иными словами, следственные действия характеризуются тем, что они приоритетно направлены на исследование доказательств, т.е. на их собирание и проверку1.

    Таким образом, все следственные действия являются процессуальными, так как они регламентированы УПК РФ, однако из числа процессуальных следственными являются лишь те процессуальные действия, которые направлены на собирание и проверку доказательств.

    Ходатайства в системе процессуальных полномочий следователя

    Процессуальная самостоятельность следователя, как уже упоминалось выше, не является безграничной. Ряд решений и действий следователя требуют получения судебного решения и (или) санкции прокурора. При этом следователь на основе имеющихся в уголовном деле доказательств формулирует вывод о целесообразности производства того либо иного следственного или иного процессуального действия, применения ряда мер процессуального принуждения, после чего доводит свое предложение до сведения государственных органов и должностных лиц, наделенных соответствующими полномочиями.

    В настоящее время, как и по ранее действовавшему УПК РСФСР,.эта деятельность следователя протекает в форме заявления ходатайств. Заметим, что по изученным нами 212 уголовным делам следователи обращались с одним или несколькими ходатайствами в 187 случаях. Вместе с тем изучение УПК РФ показывает, что до настоящего времени определения сущности, правовой природы и иных вопросов, связанных с выявлением места и роли ходатайств в системе процессуальных полномочий следователя, являются дискуссионными. Название гл. 15 «Ходатайства» УПК РФ несколько шире, чем ее реальное содержание, так как в ней закреплен порядок подачи заявлений, рассмотрения и разрешения ходатайств лишь таких участников уголовного судопроизводства, как подозреваемый, обвиняемый, его защитник, потерпевший, его законный представитель, и представитель, частный обвинитель, эксперт, а также гражданский истец, гражданский ответчик, их представители (ч. 1 ст. 119 УПК РФ).

    Вместе с тем непосредственно в тексте УПК РФ речь о ходатайствах, заявляемых следователем, идет во многих его статьях. Так, из содержания п. 5 ч. 2 ст. 37 УПК РФ вытекает, что следователь обращается в суд с ходатайством об избрании, отмене или изменении меры пресечения либо о производстве иного процессуального действия, которое допускается на основании судебного решения, для чего требуется вначале согласовать данное ходатайство с прокурором. В ст. 108 УПК РФ, устанавливающей порядок заключения лица под стражу, установлено право следователя на обращение в суд с соответствующим ходатайством. Аналогичная процедура используется при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста, а также при разрешении вопроса о продлении срока содержания под стражей. Статья 165 УПК РФ, устанавливающая судебный порядок получения разрешения на производство следственного действия, детально регламентирует порядок обращения следователя с соответствующим ходатайством в суд. Помимо указанных положений закона, нормы, касающиеся подачи следователем ходатайства, закреплены в иных статьях УПК РФ (п. 5 ч. 3 ст. 38, ч. 4 ст. 65, ч. 2 ст. 91, ч. 4 ст. 94, ч. 1-2 ст. 114, ч. 1 ст. 115, ч. 3 ст. 144, ч. 5 ст. 177, ч. 3 ст. 185, ч. 3 ст. 186, ч. 1 ст. 195).

    Поскольку вопросы, связанные с ограничением1 процессуальной самостоятельности следователя, во многих случаях порождаются тем, что полномочиями наделяются иные участники уголовного судопроизводства (прокурор и суд), рассмотрение проблем заявления и разрешения ходатайств следователя видится весьма актуальным и значимым как для уголовно-процессуальной теории, так и для правоприменительной практики.

    Проблема заявления следователем ходатайств имеет несколько составляющих: 1) применение при заявлении ходатайства следователем своих государственно-властных полномочий; 2) правоотношения, возникающие между следователем и прокурором, получившим ходатайство для его согласования; 3) правоотношения, возникающие между следователем и судьей, которому для ходатайство поступило для рассмотрения и разрешения. Представляется, что каждый из указанных выше аспектов связан с вопросом о процессуальной самостоятельности следователя, так как все участники правоотношений должны осуществлять свои полномочия в строгом соответствии с законом и реальной необходимостью.

    Прежде всего следует заметить, что в общепринятом значении этого слова ходатайство представляет собой официальную просьбу1. Именно в этом ключе слово «ходатайство» употребляет и законодатель. Исследование правовой природы и нормативного выражения ходатайства позволяет обосновать вывод, что ходатайство обладает следующими признаками: 1) оно заявляется в официальном порядке; 2) оно предъявляется тому лицу, в полномочия которого входит его разрешение; 3) ходатайство представляет собой просьбу, т.е. желание, чтобы по нему было принято конкретное решение; 4) ходатайство вызывает обязанность органа или должностного лица, к которому оно поступило, рассмотреть и разрешить его в установленном законом порядке.

    Институт процессуальной самостоятельности следователя является одной из актуальных тем уголовно-процессуального права . Интерес к его изучению обусловлен противоречивостью изменений законодательства в данной сфере. С одной стороны, необходимо отметить ряд законов, снижающих зависимость следователя от прокурора.

    Федеральным законом от 05.06.2007 № 87-ФЗ следователь избавлен от обязанности исполнять указания прокурора, согласовывать с ним решение о возбуждении уголовного дела, о возбуждении перед судом ходатайства, связанные с избранием мер пресечения. Оставшееся у прокурора право надзора за законностью решений, действий (бездействия) следователя и проверки всесторонности, полноты, объективности и законности проведенного расследования в конце досудебного производства процессуальную самостоятельность следователя не ограничивают.

    Отметим, что надзорные полномочия прокурора по отношению к следователю значительно уже, чем по отношению к другим должностным лицам, находящимся под надзором прокуратуры. Так, например, в силу пункта 2 ч.1 ст. 22 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» (далее – Закон о прокуратуре РФ) прокурор при осуществлении надзорной деятельности вправе истребовать у руководителей и иных должностных лиц необходимые ему материалы, статистические и иные сведения. По отношению к органам предварительного следствия и следователям аналогичных полномочий прокурора российское уголовно-процессуальное право не закрепляет.

    В качестве примера рассмотрим ситуацию, сложившуюся в ходе надзорной деятельности в г. Тихорецке Краснодарского края. 26.10.2012 прокурор Тихорецкой межрайонной прокуратуры направил в следственный отдел СУ СК РФ по Краснодарскому краю запрос о предоставлении материалов проверки, проводимой в стадии возбуждения уголовного дела. Запрос был проигнорирован руководителем следственного отдела (далее – СО). Через 5 дней аналогичный запрос был направлен в адрес Следственного управления СК РФ по Краснодарскому краю. 1.11.2012. в Тихорецкую межрайонную прокуратуру по факсу поступило сообщение руководителя СО СУ СК РФ по Краснодарскому краю о том, что материалы не могут быть предоставлены, поскольку находятся в производстве. Через 6 дней заместитель Тихорецкого межрайонного прокурора направил запрос о предоставлении копии итогового решения, принятого по сообщению о преступлении. 7 декабря 2012 г. из СО по факсу поступил отказ, обоснованный тем, что окончательных процессуальных решений по материалам проверки не принято, ранее принятые решения отменены.

    Через 2 дня Тихорецкий межрайонный прокурор возбудил дело об административном правонарушении по ст. 17.7 КоАП, предусматривающей ответственность за умышленное невыполнение требований прокурора, вытекающих из его полномочий, установленных федеральным законом. 5.12.2012 г. постановлением мирового судьи руководитель СО была привлечена к административной ответственности и оштрафована на сумму 2 тыс. руб. Районный суд и Краснодарский краевой суд оставили решения без изменения и лишь Верховный Суд РФ Постановлением от 7.10.2013 № 18-АД13-21 решение отменил, указав на то, что запрос прокурора не был законным. Прокурор на основании п.5.1 ч.2 ст. 37 УПК имеет право запросить материалы проведенной проверки лишь в том случае, если по ее окончании приняты решения об отказе в возбуждении, о приостановлении или о прекращении уголовного дела. В рассматриваемом же случае процессуальное решение не было вынесено, следовательно, руководитель СО вправе была не выполнять требования прокурора .

    Еще одним шагом к обеспечению независимости следователя от прокурора стал закон о запрете прокурору привлекать к административной ответственности по ст. 17.7 КоАП следователя, не выполнившего законные требования прокурора. Федеральным законом от 22.12.2014 № 439-ФЗ к ст.17.7 КоАП было добавлено примечание, по которому действие данной статьи не должно было распространяться на отношения, связанные с надзором за органами дознания и предварительного следствия .

    До принятия данного закона Верховный Суд РФ уже в 2004 г. обозначил свою позицию о недопустимости привлечения следователей к административной ответственности по ст. 17.7 КоАП за невыполнение законных требований прокурора . Обоснования данная позиция в обзоре практики не получила.

    На наш взгляд, рассматриваемый «иммунитет» следователя от привлечения к административной ответственности по ст. 17.7 КоАП должен быть исключен из российского законодательства.

    Во-первых, он расходится с требованиями Закона о прокуратуре РФ.

    Прокурорский надзор – важная гарантия законности и защиты прав личности в уголовном судопроизводстве. Для эффективного осуществления надзора в соответствии с Законом о прокуратуре РФ, УПК прокурор наделен полномочиями по истребованию и проверке законности и обоснованности ряда решений следователя. Часть 1 и 3 ст. 6 Закона о прокуратуре РФ не только требует безусловного исполнения требований прокурора, вытекающих из его законных полномочий, но и устанавливает правило о том, что неисполнение требований прокурора влечет установленную законом ответственность. Как указывает Саратовский областной суд в Постановлении от 13.02.2014 по делу № 4А-25/14 это является гарантией исполнения должностным лицом своей обязанности, так как требования прокурора направлены на осуществление возложенных на него функций .

    Во-вторых, данная особенность правового статуса следователя, не имеет разумного обоснования. В существующей редакции полномочия прокурора не посягают на самостоятельность следователя. Цель прокурорского надзора в данной сфере – обеспечение законности и защита прав человека и гражданина в ходе уголовного судопроизводства . Аналогичные цели прокурор ставит при надзоре за другими видами государственных органов, включая, например, те, которые осуществляют оперативно-розыскную деятельность. Чем принципиальным при исполнении своих профессиональных обязанностей следователь отличается от сотрудника оперативного подразделения, налогового инспектора или руководителя Управления ФНС по субъекту РФ, которые могут привлекаться к административной ответственности за отказ выполнить законные требования прокурора . На наш взгляд, ничем, и, следовательно, они все должны нести одинаковую ответственность за совершение однородных противоправных действий. Сегодня же законодатель фактически разрешает следователю игнорировать требования прокурора: ответственности за это не будет, если позиция следователя согласована и одобрена вышестоящим руководством.

    В-третьих, обсуждаемая норма необоснованно сокращает эффективность прокурорского надзора. Если сопоставить прокурорский надзор с иными видами контроля за деятельностью следователя, предусмотренными УПК: ведомственным и судебным, то очевидно это различие: руководитель СО, а также суд, как обладают правом по отмене незаконных и (или) необоснованных решений следователя, так и имеют рычаги воздействий на него (дисциплинарную или уголовную ответственность), лишь у прокурора нет возможности обеспечить исполнение своих требований. Даже предусмотренный ч.6 ст. 37 УПК порядок не предусматривает каких-либо форм ответственности для ситуаций, когда Генеральный прокурор РФ установит нарушение закона в действиях органов и должностных лиц, осуществляющих предварительное следствие, а последние откажутся выполнять требования Генерального прокурора РФ.

    Вышеуказанное расширение гарантий независимости следователя от прокурора сопровождалось усилением зависимости следователя от руководителя СО. Современное процессуальное законодательство в этой части гораздо меньше соответствует принципу самостоятельности следователя, чем советское.

    Так, полномочия руководителя СО включают в себя гораздо больший круг полномочий по контролю за следователем, чем ранее обладал начальник СО по ст. 127.1 УПК РСФСР. В ст. 39 УПК закреплены новые полномочия по проверке материалов проверки сообщений о преступлениях или материалов уголовного дела, отмене незаконных и (или) необоснованных постановлений следователя, даче следователю указаний о направлении расследования, об избрании в отношении обвиняемого (подозреваемого), меры пресечения, утверждению постановления следователя о прекращении уголовного дела, а также об осуществлении государственной защиты, продлении до десяти суток срок рассмотрения следователем сообщения о преступлении и др.

    Таким образом, действующее законодательство наделило руководителя СО самыми широкими полномочиями по контролю за деятельностью следователя. Он вправе не только отменять незаконные и (или) необоснованные постановления следователя, но и: давать ему указания по делам, находящимся в его производстве; поручать проведение следствия по конкретному делу, а также изымать дело из производства одного следователя и передавать другому; разрешать продление срока следствия, а также обращение в суд с ходатайством о применении меры пресечения или проведении следственного действия, для которого требуется судебное решение и т.д.

    Обратим внимание на ряд недостатков процессуального закона в части регламентации такого ведомственного контроля.

    1) П.1 и 6 ч.1 ст. 39 УПК содержит одинаковые полномочия руководителя СО по изъятию уголовного дела у следователя, в производстве которого оно находилось. Пункт 1 сформулирован настолько широко, что включает в себя и право отстранять следователя от производства расследования в случаях выявления нарушений следователем норм УПК. При этом, на наш взгляд, нет оснований толковать п.6 ч.1 ст. 39 УПК как разрешающий в целом отстранять следователя, как должностное лицо правоохранительного органа, от выполнения им своей работы по осуществлению расследования по всем находящимся в его производстве делам. Регулирование порядка и оснований для временного отстранения сотрудника правоохранительного органа от выполнения своих обязанностей осуществляется в иных нормативных актах, например, применительно к следователям МВД РФ, в ст. 73 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ , а также Приказе МВД России от 25.06.2012 № 630 . Ни в одном из вышеуказанных документов нет ссылок на возможность отстранения следователя от должности по основанию, указанному в п.6 ч.1 ст. 39 УПК. Кроме того, такое толкование прямо противоречит назначению ст. 39 УПК – регламентировать процессуальные полномочия руководителя СО, т.е. полномочия, связанные с возбуждением и расследованием конкретных дел, находящихся в производстве подчиненных ему следственных подразделений. С учетом этого назначения следует толковать и п.6. Аналогичную позицию занимает и Г.М. Меретуков, который отмечает, что отстранение следователя от проведения расследования касается конкретного дела, в котором допущены нарушения закона, и не означает отстранения следователя вообще от всех дел .

    С учетом вышеуказанного, включение в перечень процессуальных полномочий руководителя СО аналогичных полномочий излишне. К тому же это может ввести в заблуждение правоприменителя с учетом похожести терминов «отстранение следователя от производства расследования» (п.6 ч.1 ст. 39 УПК) и «временное отстранение сотрудника от выполнения служебных обязанностей» (ст. 73 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ).

    2) Часть третья ст. 39 УПК предусматривает право следователя обжаловать указания руководителя СО руководителю вышестоящего СО. Применение данного права ставит вопрос о толковании термина «указания». Толковый словарь русского языка разъясняет смысл данного слова следующим образом: «Наставление, разъяснение, указывающее, как действовать» . Если понимать указания руководителя СО в таком, широком, смысле слова, то получается, что любые решения руководителя СО, содержащие в себе указание, что должен сделать следователь: принять дело к своему производству, передать дело руководителю СО, а также указания, перечисленные в п.3 ч.1 ст. 39 УПК, могут быть обжалованы в порядке, предусмотренном ч.3 ст. 39 УПК. Можно толковать термин «указания» в ч.3 ст. 39 УПК, и как включающий в себя лишь собственно указания, предусмотренные п.3 ч.1 ст. 39 УПК .

    На наш взгляд, правильным является широкое толкование термина «указание». Это согласуется с п.7 ч.1 ст. 39 УПК, предусматривающим право вышестоящего руководителя СО отменять незаконные и (или) необоснованные постановления нижестоящего руководителя СО в порядке, установленном УПК. Поскольку нигде больше, кроме ч.3 ст. 39 УПК, не закрепляется порядок отмены постановлений руководителя нижестоящего СО, можно сделать вывод: толкование взаимосвязанных ч.3 и п.7 ч.1 ст. 39 УПК позволяет следователю обжаловать любые постановления руководителя СО, которые возлагают на следователя какие-либо обязанности. Поскольку п.25 ч.1 ст. 5 УПК под постановлением понимает любое решение руководителя СО, принятое в ходе досудебного производства, любое из решений, принятых руководителем в соответствии с ч.1 ст. 39 УПК может быть предметом ведомственного контроля по жалобе (письменным возражениям) следователя.

    Такое толкование закона выявлено нами и при анализе судебной практики.

    Так, 23.06.2009 следователю ГСУ при ГУВД по Нижегородской области постановлением начальника отдела СЧ ГСУ было поручено расследование уголовного дела по ч.2 ст. 228 УК РФ. 24.06.2009, ссылаясь на отсутствие опыта в расследовании дел в сфере оборота наркотических средств, а также наличие в производстве 4 других дел, следователь отказался принять новое дело к своему производству. 29.07.2009 по результатам служебной проверки в отношении следователя был вынесен приказ о наложении дисциплинарного взыскания в виде строгого выговора. Следователь обжаловала данный приказ в Нижегородский районный суд г. Нижнего Новгорода, который 19.11.2009 отказал ей в признании приказа незаконным. В обоснование своего решения суд указал, что истец не обжаловал в законном порядке постановление о поручении расследования уголовного дела. Указания руководителя СО даются в письменном виде и могут быть обжалованы следователем руководителю вышестоящего СО. В соответствии с должностной инструкцией следователя по особо важным делам отдела по расследованию тяжких преступлений против личности и собственности СЧ ГСУ при ГУВД по Нижегородской области следователь обязана была принять уголовное дело к своему производству, а также подчиняться руководителям следственной части, выполнять письменные указания, данные в порядке ст. 39 УПК . Как видно из мотивировочной части решения, суд приравнивает указания к любым решениям руководителя, выносимым по ст. 39 УПК, которые обязательны для следователя.

    На наш взгляд, для придания положениям ч.3 ст. 39 УПК большей определенности необходимо заменить в ней термин «указания» на «постановления».


    Библиографический список
    1. Горюнов В.В. Процессуальная самостоятельность следователя в свете реформы следственного аппарата // Российский следователь. 2012. № 19. С. 13 – 16.
    2. Постановление Верховного Суда РФ от 07.10.2013 № 18-АД13-21 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
    3. Калинкин Ю.А., Шигуров А.В. Производство в стадии подготовки уголовного дела к судебному заседанию по УПК РФ: вопросы теории и практики. Саранск, 2006.
    4. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2004 года [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
    5. Постановление Саратовского областного суда от 13.02.2014 по делу № 4А-25/14 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
    6. Шигуров А.В. Проблемы реализации на предварительном слушании норм о гласности судебного разбирательства и неизменности состава суда // Социально-политические науки. 2013. № 3. С. 60-63.
    7. Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 26.02.2006 № А69-3475/05-11-10-Ф02-526/06-С1 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
    8. Федеральный закон от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
    9. Приказ МВД России от 25.06.2012 № 630 «Об утверждении Порядка временного отстранения сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации от выполнения служебных обязанностей» [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
    10. Меретуков Г.М. Участие руководителя следственного органа в производстве предварительного следствия следственной группой // Общество и право. 2010. № 2. С. 170.
    11. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка [Электронный ресурс]. URL: http://ozhegov.textologia.ru/definit/ukazanie/?q=742&n=184979
    12. Шигуров А.В. Проблемы регулирования порядка проведения следственных действий, сопровождающихся изъятием электронных носителей информации // Библиотека криминалиста. Научный журнал. 2013. № 5 (10). С. 135-140.
    13. Определение Нижегородского областного суда от 30.03.2010 по делу № 33-2574/2010 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
    Похожие публикации