Моральный вред и его компенсация, возмещение морального вреда - судебная практика. Присуждение юридическому лицу компенсации за моральный вред: теория и практика Взыскание морального ущерба с юридического лица

Моральный вред и его компенсация, возмещение морального вреда - судебная практика. Присуждение юридическому лицу компенсации за моральный вред: теория и практика Взыскание морального ущерба с юридического лица

В соответствии со статьей 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно буквальному толкованию содержания статьи 151 ГК РФ компенсация морального вреда возможна только в отношении граждан, что юридическое лицо не может претерпевать физических и нравственных страданий. Так, Верховный Суд РФ в своем Определении от 17.08.2015 г. по делу N 309-ЭС15-8331, А50-21226/2014 отказал в удовлетворении заявленного требования юридического лица о взыскании морального вреда, указывая на то, что в действующем законодательстве отсутствует прямое указание на возможность взыскания морального вреда в пользу юридического лица.
Высший Арбитражный Суд Российской Федерации придерживается мнения, что нельзя применять к юридическим лицам даже понятие морального вреда, соответственно невозможно удовлетворять требования о его компенсации. Эта позиция Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации нашла отражение в Постановлении Президиума ВАС РФ от 01.12.1998 г. N 813/98 по делу N А70-1806/5-97: «…В соответствии со Гражданского кодекса Российской Федерации под моральным вредом понимаются физические или нравственные страдания, причиненные гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. Размер компенсации морального вреда определяется с учетом степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Поскольку юридическое лицо не может испытывать физических или нравственных страданий, ему невозможно причинить моральный вред. Поэтому исходя из смысла Гражданского кодекса Российской Федерации право на компенсацию морального вреда предоставлено только физическому лицу….».
Таким образом, складывающаяся в настоящее время судебная практика нижестоящих судов подтверждает сделанный в коллегии от 17.08.2015 г. по делу N 309-ЭС15-8331 вывод о том, что сейчас в действующем российском законодательстве отсутствует прямое указание на возможность компенсации морального вреда юридическим лицам , а значит, такое требование удовлетворению не подлежит. Тем не менее, запрет компенсации морального вреда юридическим лицам не означает запрета компенсации им нематериального (репутационного) вреда; по отношению к юридическому лицу применимо не «компенсация морального вреда», а «защита деловой репутации и/или взыскание причиненных убытков» . Так, в пункте 11 статьи 152 ГК РФ сказано, что правила, установленные данной статьей для защиты деловой репутации граждан, распространяются на юридических лиц. Так, Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 24.02.2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" указал, что деловая репутация юридических лиц является одним из условий их успешной деятельности; иски о защите деловой репутации вправе предъявить не только граждане, но и юридические лица, которые считают, что о них распространены не соответствующие действительности порочащие сведения; гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, а юридическое лицо - сведений, порочащих его деловую репутацию (см. Постановление Арбитражного суда УО от 25.09.2015 г. по делу N А07-1900/2015; Постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2015 г. по делу N А51-6980/2015; Постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.11.2015 г. по делу N А63-5134/2015).

Тематика вопросов

ВНИМАНИЕ! МАСШТАБНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ В ПРОЦЕССУАЛЬНОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ! Военная служба. Консультации юриста Образование Торги (аукционы, конкурсы) Получение компенсаций, возмещение расходов Страхование. Консультации юриста Недвижимость. Общие вопросы Корпоративные споры Приказное производство. Консультации юриста Финансовая аренда (лизинг). Консультации юриста Государственные (муниципальные) закупки. Консультации юриста Третейское разбирательство.Консультации юриста Судебные расходы.Консультации юриста Здоровье. Оплата больничных листов. Консультации юриста Уголовный процесс. Консультации юриста Калькуляторы госпошлины, пени, процентов, компенсаций Налоговые проверки. Налоги и взносы. Консультации юриста Административные споры. Консультации юриста Строительство. Консультации юриста Взыскание убытков, неосновательного обогащения. Возмещение вреда. Консультации юриста Договор:заключение, расторжение, изменение,оспаривание. Консультации юриста Пенсионное законодательство. Консультации юриста Право собственности: признание, защита, восстановление и прекращение. Консультации юриста Авторское право. Консультации юриста Защита прав потребителей. Консультации юриста Административная ответственность. Консультации юриста Договор долевого участия. Консультации юриста Проверки организаций и ИП. Консультации юриста Защита чести, достоинства, деловой репутации. Консультации юриста Исполнительное производство. Консультации юриста

Обсудив материалы проведенного изучения судебной практики по делам о компенсации за нанесенный моральный вред, Пленум Верховного Суда Российской Федерации отмечает, что многообразие законодательных актов, регулирующих отношения, связанные с причинением морального вреда, различные сроки введения их в действие, порождают вопросы, требующие разрешения.

В целях обеспечения правильного и единообразного применения законодательства, регулирующего компенсацию морального вреда, наиболее полной и быстрой защиты интересов потерпевших при рассмотрении судами дел этой категории Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет дать следующие разъяснения:

1. Учитывая, что вопросы компенсации морального вреда регулируются рядом законодательных актов, введенных в действие в разные сроки, суду в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда.

(см. текст в предыдущей редакции)

Суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

(см. текст в предыдущей редакции)

2. Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны , распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

При этом следует учитывать, что статьей 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик установлена ответственность за моральный вред, причиненный гражданину неправомерными действиями, и в том случае, когда в законе отсутствует специальное указание о возможности его компенсации.

Статьей 151 первой части Гражданского кодекса Российской Федерации, которая введена в действие с 1 января 1995 г., указанное положение сохранено лишь для случаев причинения гражданину морального вреда действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место при наличии указания об этом в законе.

3. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Например, когда:

вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;

вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;

вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию (ст. 1100 второй части Гражданского кодекса Российской Федерации, введенной в действие с 1 марта 1996 г.).

(см. текст в предыдущей редакции)

(см. текст в предыдущей редакции)

(см. текст в предыдущей редакции)

Однако отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда. Например, в соответствии с пунктом 3 статьи 1 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик к трудовым отношениям, возникшим после 3 августа 1992 г., может быть применена статья 131 названных Основ, регулирующая ответственность за нанесение морального вреда по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, поскольку отношения, связанные с компенсацией морального вреда, не урегулированы трудовым законодательством. В частности, суд вправе обязать работодателя компенсировать причиненные работнику нравственные, физические страдания в связи с незаконными увольнением, переводом на другую работу, необоснованным применением дисциплинарного взыскания, отказом в переводе на другую работу в соответствии с медицинскими рекомендациями и т.п.

Указанное положение применимо и к трудовым отношениям, возникшим после 1 января 1995 г., так как названными выше незаконными действиями работодателя нарушаются личные неимущественные права работника и другие нематериальные блага первой части Гражданского кодекса Российской Федерации).

5. Правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случаях распространения таких сведений в отношении организации (пункт 6 статьи 7 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик по правоотношениям, возникшим после 3 августа 1992 г., пункт 7 статьи 152 первой части Гражданского кодекса Российской Федерации по правоотношениям, возникшим после 1 января 1995 г.).

(см. текст в предыдущей редакции)

6. Если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (пункт 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации).

Однако, если противоправные действия (бездействие) ответчика, причиняющие истцу нравственные или физические страдания, начались до вступления в силу закона, устанавливающего ответственность за причинение морального вреда, и продолжаются после введения этого закона в действие, то моральный вред в указанном случае подлежит компенсации.

7. Если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то на него в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

В случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд (например, установленные статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.

(см. текст в предыдущей редакции)

8. При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что по правоотношениям, возникшим после 3 августа 1992 г., компенсация определяется судом в денежной или иной материальной форме, а по правоотношениям, возникшим после 1 января 1995 г., - только в денежной форме, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Исходя из этого, размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

(см. текст в предыдущей редакции)

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Здравствуйте, я директор управляющей компании. Недавно один из жильцов стал массово распространять о нашей компании совершенно бездоказательные сведения, порочащие нашу деятельность, деловую репутацию. Этот жилец расклеивает свою клевету у подъездов и везде и всюду оскорбляет нас и нашу деятельность. Можем мы взыскать с него компенсацию морального вреда?

  • Вопрос: №2628 от: 2016-04-26.

Здравствуйте, по существу заданного вопроса можем сообщить следующее.

Согласно ч. 1 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

В силу ч. 9 ст. 152 ГК РФ гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

До 2013 года существовала устойчивая судебная практика, позволяющая юридическим лицам требовать возмещения убытков, причиненных распространением сведений порочащих деловую репутацию, включая требования о компенсации морального вреда.

Однако Федеральным законом от 2 июля 2013 г. № 142-ФЗ в статью 152 ГК РФ были внесены изменения.

В настоящее время в силу ч. 11 ст. 152 ГК РФ правила данной статьи о защите деловой репутации гражданина, за исключением положений о компенсации морального вреда, соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.

Таким образом, законодатель указал, что юридическое лицо вправе требовать от лица, распространяющего сведения порочащие деловую репутацию, опровержения этих сведений и взыскания убытков, причиненных таким распространением. Однако юридическое лицо не может требовать компенсации морального вреда.

Согласно Обзору практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденному Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 г. по делам, рассмотренным до 1 октября 2013 г. (даты вступления в силу Федерального закона от 2 июля 2013 г. № 142-ФЗ), требования о компенсации морального вреда заявлялись и юридическими лицами, которым на основании пункта 7 статьи 152 ГК РФ (в ранее действующей редакции) такое право было предоставлено в случае распространения о них сведений, порочащих их деловую репутацию. Ныне действующая статья 152 ГК РФ исключает применение нормы о компенсации морального вреда при распространении сведений, затрагивающих деловую репутацию юридического лица (пункт 11).

С учетом этого юридические лица и индивидуальные предприниматели как субъекты предпринимательской деятельности вправе защищать свою деловую репутацию путем опровержения порочащих их сведений или опубликования своего ответа в печати, а также заявлять требования о возмещении убытков, причиненных распространением таких сведений.

Надлежащими ответчиками по делам анализируемой категории являются авторы не соответствующих действительности сведений, а также лица, распространившие эти сведения, например, средства массовой информации, которые, как показывает обзор судебной практики, привлекаются в качестве ответчиков по делам указанной категории в четыре раза реже, чем граждане или юридические лица.

Решение об удовлетворении иска о защите чести, достоинства и деловой репутации выносится судом в случае установления совокупности трех условий:

Сведения должны носить порочащий характер;

Сведения должны быть распространены;

Сведения не должны соответствовать действительности.

При этом заявитель обязан доказывать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, и порочащий характер этих сведений. На ответчика же возложена обязанность доказать, что распространенные им сведения соответствуют действительности.

По данному вопросу существует и непосредственная судебная практика в виде Определения Верховного Суда РФ от 17.08.2015 года по делу № 309-ЭС15-8331, А50-21226/2014 из которого следует, что из буквального содержания положений закона следует, что компенсация морального вреда возможна в случаях причинения такого вреда гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место лишь при наличии прямого указания об этом в законе.

Поскольку в действующем законодательстве отсутствует прямое указание на возможность взыскания морального вреда в пользу юридического лица, в связи с чем, оснований для удовлетворения заявленных требований не имелось.

Исходя из всего вышеперечисленного, можно сделать однозначный вывод о том, что юридическое лицо не может требовать компенсации морального вреда, но не лишено права требовать возмещения убытков, причиненных распространением сведений порочащих деловую репутацию юридического лица.

Внимание! Информация, предоставленная в статье, актуальна на момент ее публикации.

Может ли юридическое лицо требовать компенсации морального вреда? Этот вопрос стоит перед юристами давно. Какой бы выбор ни сделал законодатель, юридическое сообщество неизменно распадется на два лагеря - тех, кто за, и тех, кто против. О том, как разрешен вопрос о компенсации морального вреда юридическому лицу в действующем законодательстве и судебной практике на сегодняшний день, и пойдет речь в материале.

Первая редакция ст. 152 ГК РФ, принятая еще 1994 г., устанавливала, что правила о защите деловой репутации гражданина должны применяться к защите деловой репутации юридического лица. Это означало, что юридическое лицо, в отношении которого распространены сведения, порочащие его деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением. Положения этих норм были настольно удивительны для того времени, что многие юристы считали, что в действительности законодатель не имел намерения наделить юридические лица правом на компенсацию морального вреда, а подобный вывод стал результатом слабой юридической техники ГК РФ. В качестве правильного толкования норм предлагали, в частности, следующий вариант: требовать компенсации морального вреда вправе только граждане, а юридическое лицо вправе требовать только возмещения убытков.

Сомнения относительно толкования спорных норм развеялись, после того как в п. 5 постановления от 20.12.94 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» Пленум ВС РФ разъяснил, что правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случаях распространения таких сведений в отношении организации. Правда, Пленум ВС РФ не стал затрагивать правовую природу морального вреда юридического лица, ограничившись только ссылкой на положения п. 7 ст. 152 ГК РФ. В дальнейшем ВС РФ подтвердил ранее высказанную правовую позицию в п. 15 постановления Пленума от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц».

Из разъяснений ВС РФ стало очевидно, что юридические лица вправе рассчитывать не только на возмещение убытков, но и на компенсацию морального вреда. Вместе с тем отсутствие должной мотивировки для подобного толкования п. 7 ст. 152 ГК РФ было использовано противниками этого подхода для критики позиции ВС РФ. В частности, указывалось, что юридическое лицо в принципе не имеет возможности испытывать какие-либо переживания и психологические страдания. Вероятно, такого мнения придерживалось большинство юристов, поскольку в течение длительного периода времени количество споров, в которых юридическое лицо просило взыскать компенсацию за моральный вред, стремилось к нулю.

Позднее к проблеме компенсации морального вреда юридическому лицу обратился Конституционный cуд РФ, поддержав позицию ВС РФ.

В Определении от 04.12.2003 № 508-О КС РФ указал, что применимость того или иного конкретного способа защиты нарушенных гражданских прав к защите деловой репутации юридических лиц должна определяться исходя именно из природы юридического лица. При этом отсутствие прямого указания в законе на способ защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание (отличное от содержания морального вреда, причиненного гражданину), которое вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ). По мнению КС РФ, данный вывод основан на положении ст. 45 (ч. 2) Конституции РФ, в соответствии с которым каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Кроме того, КС РФ сослался на решение ЕСПЧ от 06.04.2000 по делу «Компания „Комингерсол С.А.“ против Португалии», в котором сказано, что суд не может исключить возможность присуждения коммерческой компании компенсации за нематериальные убытки, которые «могут включать виды требований, являющиеся в большей или меньшей степени „объективными“ или „субъективными“. Среди них необходимо принять во внимание репутацию компании, неопределенность в планировании решений, препятствия в управлении компанией (для которых не существует четкого метода подсчета) и, наконец, хотя и в меньшей степени, беспокойство и неудобства, причиненные членам руководства компании».

Таким образом, КС РФ пришел к выводу, что юридическое лицо имеет право требовать компенсацию за моральный вред, однако его правовая природа отлична от одноименного института, предназначенного для защиты нематериальных благ физических лиц.

Немаловажное значение имеет и вывод КС РФ о том, что отсутствие в законодательстве прямого способа защиты нематериальных благ юридического лица не лишает его права на предъявление требований о возмещении нематериального вреда (нематериальных убытков). Стоит отметить, что на сегодняшний день этот вывод имеет основополагающее значение при решении вопроса о компенсации морального вреда юридическому лицу.

Итак, более 20 лет российское законодательство предоставляло возможность взыскивать моральный вред в пользу юридического лица. Однако в 2013 г. подход законодателя изменился. С 1 октября 2013 г. в положения ст. 152 ГК РФ были внесены изменения, исключившие возможность взыскивать компенсацию морального вреда за вред репутации юридического лица.

Казалось, что исключение из ст. 152 ГК РФ нормы о возможности взыскания компенсации морального вреда в пользу юридических лиц должно было поставить крест на исках, содержащих такие требования. Однако приведенная выше позиция КС РФ позволяет считать, что такого рода требования не так уж и безнадежны. Если опираться на тезис КС РФ о том, что юридические лица вправе требовать возмещения нематериальных убытков и при отсутствии в законодательстве поименованного способа защиты, то суды вправе удовлетворять иски, содержащие требование о компенсации морального вреда юридическому лицу.

Таким образом, на сегодняшний день существуют противоречия в позиции законодателя и позиции КС РФ, не позволяющие однозначно разрешить спор о возможности компенсации морального вреда юридическому лицу.

Ключевые судебные прецеденты

Интересных споров о компенсации морального вреда юридическому лицу достаточно много. Наибольший интерес из них представляют следующие дела.

Дело № А40-40374/04-89-467: «Альфа-Банк против Издательского дома „Коммерсант“» (2005 г.). Это дело стало катализатором распространения такого рода исков. Впервые такой способ защиты, как компенсация морального вреда юридическому лицу, продемонстрировал свою актуальность и работоспособность.

ОАО «Альфа-Банк» обратилось в арбитражный суд с иском о защите деловой репутации, требуя признать не соответствующими действительности и порочащими его деловую репутацию материалы, опубликованные в газете, и взыскать с ответчика 300 млн руб. нематериального вреда, причиненного умалением его деловой репутации.

Арбитражный суд г. Москвы исковые требования удовлетворил полностью. Ответчик не согласился с принятым решением и подал апелляционную жалобу. Одним из доводов апелляционной жалобы стало то, что так называемый репутационный вред нельзя взыскать по аналогии с моральным вредом. Определение КС РФ подлежит применению с учетом того обстоятельства, что ст. 152 ГК РФ предусматривает возможность взыскания только морального вреда гражданам, не предусматривая возможность взыскания в пользу граждан и юридических лиц репутационного вреда. Поскольку категория «моральный вред» не применима к юридическим лицам, в удовлетворении исковых требований истцу следовало отказать. Отсутствие прямого указания в законе на способ защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда. Ответчик полагал, что приведенное в Определении КС РФ решение ЕСПЧ по делу «Компания „Комингерсол С.А.“ против Португалии» нельзя применять без учета отдельных моментов. В том числе, что присужденная компенсация представляет собой не что иное, как убытки, факт нанесения которых, размер подлежат доказыванию истцом, как и причинная связь. Ошибка суда первой инстанции, по мнению представителей издательства, в применении ст. 152 ГК РФ состоит в том, что суд посчитал возможным оценить вред, причиненный деловой репутации, по аналогии с моральным вредом. Ответчик считает, что если степень интенсивности физических и нравственных страданий является фактором субъективным и оценивается преимущественно по внутреннему убеждению суда, то репутация - явление объективное и является предметом проверки и доказывания.

И все же апелляция решение первой инстанции в части удовлетворения требования о компенсации морального вреда отставила без изменения. Суд пришел к выводу, что при защите деловой репутации юридического лица могут быть применены правила, касающиеся защиты деловой репутации гражданина, в том числе и по компенсации нематериального репутационного вреда.

Кассация с позицией нижестоящих судов о допустимости взыскания морального вреда в пользу юридического лица согласилась, однако пришла к выводу, что при рассмотрении спора судам следовало применить ст. 1101 ГК РФ, предусматривающую учет требований разумности и справедливости при определении размера компенсации нематериального вреда, и уменьшила размер компенсации в десять раз, определив его в сумме 30 млн руб.

Дело № А45-22134/2010: «ЗАО „ЛЕС“ против Российской Федерации» (2012 г.). В этом деле Президиум ВАС РФ сформулировал правовую позицию в отношении предмета доказывания в такого рода спорах. Кроме того, это дело интересно также тем, что основанием для обращения с иском послужили противоправные действия не частного лица или компании, а государственных органов.

ЗАО «ЛЕС» обратилось в суд с требованиями к Российской Федерации в лице Федеральной таможенной службы о взыскании 100 млн руб. возмещения морального вреда, причиненного умалением его деловой репутации. Истец осуществлял деятельность в области таможенного дела в качестве владельца склада временного хранения (далее - СВХ), в связи с чем числился в Реестре владельцев СВХ. Из-за отсутствия на складе досмотровой рентгеновской техники таможня отозвала свидетельство о включении ЗАО «ЛЕС» в реестр владельцев СВХ, а также предписала не допускать размещения новых партий товаров на СВХ ЗАО «ЛЕС» и удалила информацию о СВХ ЗАО «ЛЕС» со своего официального сайта.

Решением арбитражного суда решение таможни было признано незаконным. Поскольку после отмены решения таможни судом основания для исключения его из реестра владельцев СВХ отпали, то, по мнению ЗАО «ЛЕС», таможенный орган распространил сведения, порочащие его деловую репутацию.

Президиум ВАС РФ отказал в удовлетворении иска, сославшись на выводы судов первой и апелляционной инстанций, указавших, что принятие ненормативного правового акта госорганом не является основанием для применения ст. 152 ГК РФ, а других фактов распространения таможенным органом порочащих сведений ЗАО «ЛЕС» не доказало. При этом Президиум ВАС РФ отметил, что юридическое лицо, чье право на деловую репутацию нарушено распространением порочащих сведений, вправе требовать возмещения нематериального (репутационного) вреда при доказанности общих условий деликтной ответственности (наличия противоправного деяния со стороны ответчика, неблагоприятных последствий этих действий для истца, причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновением неблагоприятных последствий на стороне истца), за исключением условия о вине ответчика, поскольку действующее законодательство (ст. 1100 ГК РФ) не относит вину к необходимым условиям ответственности за вред, причиненный распространением сведений, порочащих деловую репутацию. При этом, по мнению Президиума ВАС РФ, для подтверждения наступления неблагоприятных последствий в виде нематериального вреда деловой репутации истца необходимо установить факт сформированной деловой репутации истца, а также факт утраты доверия к его репутации, следствием чего может быть сокращение числа клиентов и утрата конкурентоспособности. При выявлении причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновением неблагоприятных последствий на стороне истца суды должны учитывать наличие реальной возможности влияния действий ответчика на формирование мнения об истце у третьих лиц.

Из правовой позиции Президиума ВАС РФ нетрудно заметить, что юридический состав при взыскании морального (репутационного) вреда юридическому лицу максимально приближен к юридическому составу при взыскании убытков. В частности, особого внимания заслуживает то обстоятельство, что для взыскания морального (репутационного) вреда необходимо установить реальные негативные последствия умаления деловой репутации.

Дело № А50-21226/2014: «ООО „МХС групп“ против Российской Федерации» (2015 г.). Интерес к этому делу обусловлен тем, что оно было рассмотрено арбитражными судами и ВС РФ уже после внесения изменений в ст. 152 ГК РФ, исключающих возможность применения правил о компенсации морального вреда к юридическому лицу.

ООО «МХС групп» обратилось в суд с иском о взыскании с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов (далее - ФССП) около 49 000 руб. в качестве возмещения морального вреда. В обоснование своих требований истец указал, что на протяжении длительного времени он не мог получить от ФССП информацию о ходе исполнительного производства, поскольку ФССП не отвечала на его запросы. По мнению истца, в результате незаконного бездействия ФССП он находился в состоянии длительной неопределенности, что позволяет ему требовать возмещения морального вреда.

Арбитражные суды трех инстанций удовлетворили исковые требования. Они пришли к выводу, что истец, который в течение длительного периода не извещался о мерах по исполнению судебного акта, результате и причинах невозможности его исполнения в установленный срок, находился в состоянии неопределенности и может претендовать на компенсацию. В качестве правового обоснования своего решения суды сослались на уже упомянутое постановление ЕСПЧ по делу «Компания „Комингерсол С.А.“ против Португалии», в котором указывалось, что суд не может исключать возможность присуждения компенсации за моральный вред коммерческой организации. Практика ЕСПЧ при определении вопроса о компенсации юридическому лицу нарушенного нематериального блага исходит не из факта физических и нравственных страданий юридического лица, а из факта длительной неопределенности.

Таким образом, суды проигнорировали изменения, внесенные в ст. 152 ГК РФ. Однако Экономическая коллегия ВС РФ признала указанные выводы ошибочными, отменила принятые судебные акты и отказала в удовлетворении иска. Правовая позиция ЭК ВС РФ свелась к тому, что компенсация морального вреда возможна в случаях причинения такого вреда гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место лишь при наличии прямого указания на это в законе. Поскольку в действующем законодательстве отсутствует прямое указание на возможность взыскания морального вреда в пользу юридического лица, оснований для удовлетворения заявленных ООО «МХС групп» требований не имелось.

Настоящее и будущее компенсации морального вреда юридическому лицу

С точки зрения действующего законодательства следует признать, что юридическое лицо не вправе требовать компенсации морального вреда. Любые утверждения о том, что по своей правовой природе компенсация морального вреда является нематериальными убытками и самостоятельным способом защиты, не может являться оправданием для удовлетворения таких требований при отсутствии соответствующей позитивной нормы в действующем законодательстве. Если мы обратимся к содержанию ст. 12 ГК РФ, то увидим, что гражданские права защищаются лишь теми способами, которые указаны в законе. Субъекты гражданского права не вправе изобретать новые способы гражданских прав, а суды не вправе удовлетворять исковые требования, основанные на непоименованных способах защиты. Поскольку законодатель исключил возможность для юридического лица воспользоваться таким способом защиты, как компенсация морального вреда, юридические лица не вправе предъявлять такие исковые требования.

Кроме того, не следует забывать, что взыскание морального вреда по своей правовой природе является мерой юридической ответственности. В связи с этим к требованию о компенсации морального вреда в полной мере подлежат применению положения ст. 54 Конституции РФ, устанавливающие, что юридическая ответственность может наступать только за те деяния, которые законом, действующим на момент их совершения, признаются правонарушениями. С этой точки зрения, несмотря на слабую юридическую мотивировку, решение ЭК ВС РФ по делу «ООО „МХС групп“ против Российской Федерации» следует признать обоснованным.

Юридическое лицо не может испытывать какие-либо физические и психологические (нравственные) страдания, а значит, нельзя не согласиться с тем, что правовая природа морального вреда юридических лиц отлична от морального вреда физических лиц. А значит нарушение прав и интересов юридического лица способно (в той или иной степени) повлечь определенный психологический дискомфорт у физических лиц, непосредственно осуществляющих деятельность через юридическое лицо. Представляется не вполне справедливым, что в случаях, когда для реализации своих интересов интересов физическое лицо воспользовалось конструкцией юридического лица, оно лишено возможности в той или иной форме получить денежную компенсацию за доставленные неудобства. Иными словами, с точки зрения перспектив развития законодательства, следует признать, что полностью исключать возможность компенсации морального вреда юридическим лицам неправильно, поскольку это безосновательно лишает возможности защитить нарушенные интересы некоторых категорий физических лиц.

Задача законодателя заключается в том, чтобы определить, в каких случаях интерес физического лица или группы физических лиц, стоящих за юридическим лицом, нарушается настолько, что причинитель вреда должен возместить не только материальные убытки, но и загладить нематериальный вред путем выплаты денежной компенсации в пользу юридического лица. Отправной точкой в этой дифференциации может быть область деятельности, которую осуществляет юридическое лицо, и характер противоправного поведения лица, причиняющего вред.

Так, для юридического лица, осуществляющего коммерческую деятельность, достаточным способом защиты можно считать возмещение убытков, поскольку этот способ в достаточной мере способен восстановить имущественные интересы бенефициаров - физических лиц. В равной степени такой подход справедлив и для некоммерческих организаций, осуществляющих вспомогательную коммерческую деятельность, если причинение вреда такой организации связано с коммерческой деятельностью. В то же время трудно представить, как иск о взыскании убытков может, к примеру, хоть как-то восстановить нарушенные неимущественные интересы физических лиц, входящих, к примеру, в религиозную организацию, которой незаконно препятствуют в осуществлении ее деятельности, или восстановить неимущественные интересы членов политической партии, которая незаконно была лишена возможности участвовать в выборах.

Кстати, в п. 2 ст. 1099 ГК РФ законодатель установил, что моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации лишь в случаях, предусмотренных законом, то есть по общему правилу нарушение имущественных прав не является основанием для получения моральной компенсации. Поэтому для юридического лица наиболее приемлемым выходом было бы установить конкретные случаи, при которых юридические лица, осуществляющие определенный вид деятельности, все-таки вправе требовать компенсации морального вреда, как это установлено для граждан.

Есть еще один важный аспект. Долгое время одним из ключевых преимуществ возможности компенсации морального (репутационного) вреда юридическому лицу было то, что, руководствуясь положениями § 4 главы 59 ГК РФ («Компенсация морального вреда»), пострадавшее юридическое лицо не было обязано доказывать точный размер вреда. В этом заключалось фундаментальное практическое отличие иска о компенсации морального (репутационного) вреда от иска о взыскании убытков. Суд, с учетом обстоятельств дела, мог определить размер морального (репутационного) вреда «на глаз», не требуя доказательств точного размера. Чего нельзя было сделать применительно к убыткам.

На сегодняшний день ГК РФ вслед за практикой ВАС РФ закрепил норму, по которой суду не может отказать во взыскании убытков лишь на том основании, что невозможно точно установить размер причиненного вреда (п. 2 ст. 307.1, п. 5 ст. 393). Получается, что юридическое лицо не лишено возможности требовать взыскания репутационного вреда, опираясь уже не на нормы, регулирующие компенсацию морального вреда, а на нормы о причинении убытков. Ведь причинение вреда деловой репутации неизбежно влечет негативные имущественные последствия (убытки), которые должны быть возмещены их виновником. Скорее всего, по этому пути и должна пойти правоприменительная практика. Таким образом, положения п. 2 ст. 307.1 и п. 5 ст. 393 ГК РФ во многом нивелировали практические неудобства, доставленные внесением изменений в ст. 152 ГК РФ.

Похожие публикации