Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовном судопроизводстве: проблемы и пути их решения. Этические проблемы оперативно-розыскной деятельности по обнаружению доказательств Проблема принципов оперативно розыскной деятельности

Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовном судопроизводстве: проблемы и пути их решения. Этические проблемы оперативно-розыскной деятельности по обнаружению доказательств Проблема принципов оперативно розыскной деятельности

УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС

А. А. ЛАРИНКОВ

ПРОБЛЕМЫ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ РЕЗУЛЬТАТОВ ОРД ДЛЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ
В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ
(по Инструкции от 27 сентября 2013 года)

К сожалению правоприменителей, порядок представлениярезультатов оперативно-розыскной деятельности (ОРД) с целью их использования в уголовном судопроизводстве ни уголовно-процессуаль-ным законом, ни Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ никогда не конкретизировался. Несмотря на то что принятый в 2001 году Уголовно-процес-суальный кодекс Российской Федерации неоднократно подвергался изменениям и дополнениям, законодатель так и не разрешил ни одной из существующих проблем по согласованию оперативно-розыскной и уголовно-процессуальной деятельности. Вместе с тем, не регламентируя четко процедуру представления результатов ОРД для использования в уголовном судопроизводстве, законодатель тем не менее предостерегает правоприменителя о том, что в процессе доказывания запрещается использование результатов ОРД, если они не отвечают требованиям, которые предъявляются к доказательствам Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (УПК РФ) (ст. 89). Однако в силу специфики своей деятельности оперативно-розыскной орган в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия (ОРМ) не может получить результаты, которые в полной мере изначально отвечали бы процессуальным требованиям. Существующее противоречие между положениями ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и ст. 89 УПК РФ может быть сглажено осуществлением процедуры преобразования результатов ОРД в уголовно-процессуальные доказательства, где представление результатов ОРД является одним из этапов этой процедуры .

Некоторые исследователи применительно к процедуре представления результатов ОРД справедливо стараются показать, что в действительности уголовно-процессуальный закон не содержит препятствий для представления результатов ОРД с целью использования в уголовном судопроизводстве, а с позиций уголовно-процессуального закона под представлением результатов ОРД в орган дознания, следователю или в суд, в производстве которого находится уголовное дело, следует понимать их представление в порядке ст.ст. 84, 86 УПК РФ, поскольку названные уголовно-процессуальные нормы в сочетании с ч. 3 ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и образуют основу института представления результатов ОРД .

В действительности ч. 3 ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» процедуру представления результатов ОРД обозначает лишь в самой общей форме. По замыслу законодателя регулирование процедуры представления результатов ОРД для использования в уголовном судопроизводстве должно носить подзаконный, чисто ведомственный характер. Определенное значение института ведомственного контроля заключается в том, что он ставит порядок представления результатов

ОРД «под контроль ответственных должностных лиц — руководителей органов, осуществляющих ОРД, и служит одной из гарантий законности производства оперативно-розыскных мероприятий, достоверности представляемых данных, а также соблюдения требований конспирации» .

В настоящее время порядок представления результатов ОРД для использования в уголовном судопроизводстве регулируется Инструкцией о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд, утвержденной Приказом МВД России № 776, Минобороны России № 703, ФСБ России № 509, ФСО России № 507, ФТС России № 1820, СВР России № 42, ФСИН России № 535, ФСКН России № 398, СК России № 68 от 27 сентября 2013 г. (далее — Инструкция от 27 сентября 2013 г.).

Инструкция от 27 сентября 2013 г. содержит систему логически взаимосвязанных предписаний, в большинстве своем основанных на положениях Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», которые призваны упорядочить действия и отношения сотрудников оперативных подразделений органов, осуществляющих ОРД, возникающие в связи с представлением результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд.

Вместе с тем Инструкция от 27 сентября 2013 г., впрочем как иранее действовавшие межведомственные (ведомственные) акты , содержит предписания, которые могут восприниматься неоднозначно, ее отдельные положения противоречат законодательным актам, а потому порядок реализации ее положений нуждается в дополнительном уточнении.

Структура Инструкцииот 27 сентября 2013 г. — это три раздела: I. Общие положения (пп. 1—5); II. Представление результатов ОРД уполномоченным должностным лицам (органам) (пп. 6—17); III. Требования, предъявляемые к результатам ОРД, представляемым уполномоченным должностным лицам (органам) (пп. 18—20); а также три приложения.

Инструкция от 27 сентября 2013 г. устанавливает две формы представления результатов ОРД для использования в уголовном судопроизводстве: первая форма предполагает составление и представление рапорта об обнаружении признаков преступления с приложением необходимых оперативных документов и материалов; вторая — составление и представление сообщения о результатах оперативно-розыскной деятельности, к которому также прилагаются необходимые документы и материалы (п. 6 и приложение № 1 к Инструкции от 27 сентября 2013 г.).

В рамках обеих форм представления результатов ОРД суть процедуры заключается в передаче субъекту уголовно-процессуальной деятельности конкретных оперативно-служебных документов, а также предметов, документов и материалов, полученных при проведении ОРМ, в установленном законодательством Российской Федерации и межведомственным нормативным актом порядке.

Однако, предусматривая две альтернативные формы представления результатов ОРД, Инструкция от 27 сентября 2013 г. не конкретизирует, в каких случаях должна использоваться та или иная форма представления, т. е. в каких ситуациях и при каких условиях необходимо составлять и представлять рапорт об обнаружении признаков преступления, а в каких — сообщение о результатах оперативно-розыскной деятельности.

Полагаем, что поскольку УПК РФ предусматривает только одну форму фиксации сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, полученного из иных источников, а именно рапорт об

обнаружении признаков преступления (ст. 143 УПК РФ), в случаях представления результатов ОРД для решения вопроса о возбуждении уголовного дела должен составляться рапорт.

Рапорт об обнаружении признаков преступления составляется должностным лицом органа, осуществляющего ОРД, в соответствии со ст. 143 УПК РФ и регистрируется в порядке, установленном нормативными правовыми актами органов, осуществляющих ОРД (п. 7 Инструкции от 27 сентября 2013 г.). Форма и содержание рапорта определяются нормами уголовно-процессуального законодательства, в соответствии с требованиями которого составление рапорта об обнаружении признаков преступления предполагает необходимость указывать: содержание сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, источник получения информации об этом, должность, специальное (воинское) звание, фамилию и инициалы лица, получившего сообщение, число, месяц и год составления рапорта, подпись должностного лица, составившего рапорт.

Анализ ст.ст. 140 и 143 УПК РФ позволяет сделать вывод, что рапорт об обнаружении признаков преступления является только процессуальной формой такого повода для возбуждения уголовного дела, как сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников (п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК РФ), и выступает в последующем процессе доказывания по уголовному делу как источник доказательства — иной документ (п. 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ). В данном случае результаты ОРД имеют значение сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, полученного из иных источников. Однако уголовно-про-цессуальный закон не позволяет рассматривать эти результаты в качестве повода для возбуждения уголовного дела без надлежащего процессуального оформления. Именно поэтому составление рапорта об обнаружении признаков преступления в подобных случаях необходимо. А. В. Победкин по этому вопросу справедливо указывает, что «в таком рапорте могут содержаться и данные, свидетельствующие о наличии или отсутствии оснований для возбуждения уголовного дела» .

Рапорт вместе с результатами ОРД, отражающими деятельность, в ходе которой установлены признаки преступления, направляется в орган, уполномоченный принимать решение о возбуждении дела, для осуществления проверки и принятия процессуального решения в порядке ст.ст. 144 и 145 УПК РФ (п. 9 Инструкции от 27 сентября 2013 г.).

Процедура представления результатов ОРД в виде сообщения о результатах оперативно-розыскной деятельности должна осуществляться в соответствии с правилами, установленными пп. 8—14 Инструкции от 27 сентября 2013 г. Результаты ОРД, представленные в виде сообщения, могут быть использованы в уголовном судопроизводстве в целях, предусмотренных ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», исключая возможность их использования как повод и основание для возбуждения уголовного дела, поскольку сообщение о результатах оперативно-розыскной деятельности «по своей форме и сути является обычным сопроводительным документом, выполняющим функции учета передаваемых из одного правоохранительного органа (или его подразделения) в другой служебных документов» .

Обязательным условием законного представления результатов ОРД, будь то рапорт или сообщение, является вынесение руководителем органа, осуществляющего ОРД, постановления о представлении результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд (ч. 3 ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности»).

В соответствии с п. 9 Инструкции от 27 сентября 2013 г. представление результатов ОРД уполномоченным должностным

лицам (органам) осуществляется на основании постановления руководителя органа (подразделения), осуществляющего ОРД (начальника или его заместителя), вместе с тем в ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» речь идет о праве вынесения названного постановления только руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность. В этой связи можно констатировать, что Инструкция от 27 сентября 2013 г. необоснованно расширительно толкует положения Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности».

Постановление о представлении результатов ОРД оформляется в соответствии с приложением № 2 к Инструкции от 27 сентября 2013 г.

Постановление о представлении результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд состоит из трех частей: вводной, описательной и резолютивной.

Вводная часть включает в себя: наименование документа, указание места и даты его составления, должность, специальное (воинское) звание, фамилию, инициалы руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.

В описательной части постановления указывается: когда, где, в результате какого ОРМ получены результаты и какие именно, для каких целей они представляются (использования в качестве повода и основания для возбуждения уголовного дела, подготовки следственных или судебных действий, использования в доказывании по уголовным делам), когда и кем санкционировалось конкретное ОРМ, наличие судебного решения на его проведение. Описательная часть постановления заканчивается ссылкой на ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и п. 9 Инструкции от 27 сентября 2013 г.

Если в ходе проведения ОРМ в соответствии с ч. 2 ст. 6 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» использовались технические и иные средства, в описательной части постановления о представлении результатов ОРД уполномоченному должностному лицу (органу) необходимо точно указывать все технические и количественные характеристики используемых технических средств. При этом информация о времени, месте и обстоятельствах получения должна быть отражена в рапорте об обнаружении признаков преступления или сообщении о результатах оперативно-розыскной деятельности (п. 16 Инструкции от 27 сентября 2013 г.). Указывать вымышленные характеристики или не указывать вовсе запрещается, так как впоследствии это приводит к признанию доказательств, сформированных на основе результатов ОРД, недопустимыми.

В резолютивной части постановления должно быть сформулировано решение руководителя органа, осуществляющего ОРД, о направлении оперативно-служебных документов, отражающих результаты ОРД, уполномоченному должностному лицу (органу). Здесь же подробно следует перечислять подлежащие направлению конкретные оперативно-служебные документы, предметы и документы, полученные при проведении ОРМ, поскольку есть вероятность того, что в последующем, в ходе предварительного расследования, они могут быть признаны вещественными доказательствами в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и использованы в процессе доказывания для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

Постановление о представлении результатов ОРД составляется в двух экземплярах, первый из которых направляется уполномоченным должностным лицам (органам), а второй приобщается к материалам дела оперативного учета или, в случае его отсутствия, к материалам номенклатурного (литерного) дела (п. 9 Инструкции от 27 сентября 2013 г.).

В части 4 ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» закреплено безальтернативное требование о представлении результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд на основании постановления руководителя органа, осуществляющего ОРД. Пункт 9 Инструкцииот 27 сентября 2013 г. подтверждает необходимость обязательного вынесения такого постановления, тем самым предусматривая обязанность уполномоченных должностных лиц (органов), которым представляются результаты ОРД, проверить:

во-первых, вынесено ли постановление о представлении результатов ОРД; во-вторых, соответствует ли это постановление требованиям Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и межведомственной Инструкцииот 27 сентября 2013 г. Отсутствие постановления о представлении результатов ОРД приводит к невозможности их использования в уголовном судопроизводстве.

Однако ч. 3 ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и п. 9 Инструкцииот 27 сентября 2013 г. не совсем согласуются с нормами уголовно-процессуального закона, который ни о каком постановлении о представлении результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд не упоминает, а, например, указывает при использовании результатов ОРД в качестве повода и основания для возбуждения уголовного дела только на рапорт об обнаружении признаков преступления (ст. 143 УПК РФ). Полагаем, что при вынесении постановления о представлении результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд и составлении рапорта в порядке ст. 143 УПК РФ должна преследоваться одна цель: дополнение друг друга сведениями (достаточными данными), указывающими на признаки преступления.

В соответствии с п. 17 Инструкции от 27 сентября 2013 г.органы, осуществляющие ОРД, могут представлять материалы, документы и иные объекты, полученные при проведении ОРМ, в копиях (выписках), в том числе с переносом наиболее важных частей (разговоров, сюжетов) на единый носитель, о чем обязательно указывается в сообщении (рапорте), и на бумажном носителе записи переговоров. Оригиналы материалов, документов и иных объектов в этом случае хранятся в органе, осуществившем ОРМ, до завершения судебного разбирательства и вступления приговора в законную силу либо до прекращения уголовного дела (уголовного преследования).

Однако в соответствии с ч. 4 ст. 12 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» представление оперативными подразделениями результатов ОРД уполномоченным должностным лицам (органам) означает передачу конкретных оперативно-служебных документов. Согласно ч. 5 ст. 8 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» при возбуждении уголовного дела в отношении лица, телефонные и иные переговоры которого подвергались контролю, фонограмма, а не ее копия и бумажный носитель записи переговоров передаются следователю для последующего приобщения к уголовному делу в качестве вещественных доказательств. Именно поэтому результаты ОРД должны быть материально закреплены и в документальном виде представлены уполномоченным должностным лицам (органам). При этом орган, осуществляющий ОРД, несет ответственность за достоверность представленной информации, отражающей действительность, а на уполномоченное должностное лицо (орган) расследования возлагается задача оценки законности процедуры получения, документирования и представления результатов ОРД, а также последующее приобщение оперативно-служебных документов и других оперативных материалов, предметов и документов к уголовному делу и осуществление их уголовно-процессуальной проверки и оценки путем производства следственных и иных процессуальных действий. Поэтому суждения некоторых практических работников органов, осуществляющих ОРД, о правомерности действий по представлению уполномоченным должностным лицам (органам) материалов в копиях (выписках) со ссылкой на межведомственный нормативный акт (п. 17 Инструкции от 27 сентября 2013 г.) не могут считаться состоятельными.

Подтверждением сказанному может служить пример, когда в досудебном производстве по уголовному делу в отношении сотрудников таможни и иных установленных граждан, обвинявшихся в контрабанде, в качестве доказательств использовались фонограммы телефонных переговоров обвиняемых между собой. Однако в судебном заседании были представлены аудиокассеты с копиями фрагментов записей этих переговоров. При этом первоначальные цифровые носители информации оказались утраченными. В результате эксперты

не смогли идентифицировать голоса, зафиксированные на спорных фонограммах и на образцах, представленных для сравнения. При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что фрагментарные или «отредактированные копии указанных записей» не могут быть признаны доказательствами по уголовному делу .

Сведения об используемых или использованных при проведении негласных ОРМ силах, средствах, источниках, методах, планах и результатах ОРД, о лицах, внедренных в организованные преступные группы, о штатных негласных сотрудниках органов, осуществляющих ОРД, и о лицах, оказывающих им содействие на конфиденциальной основе, а также об организации и о тактике проведения ОРМ составляют государственную тайну (ч. 1 ст. 12 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности»). Степень секретности представляемых результатов ОРД, виды приложений и способ передачи определяются в соответствии с правилами ведения секретного делопроизводства в каждом конкретном случае отдельно.

Поэтому при необходимости рассекречивания информации руководитель органа, осуществляющего ОРД, имеющий на то соответствующие полномочия, выносит постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей (ч. 1 ст. 12 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», п. 14 Инструкцииот 27 сентября 2013 г. и приложение № 3 к Инструкцииот 27 сентября 2013 г.).

Поскольку решение о представлении результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд находится в компетенции руководителя органа, осуществляющего ОРД (ч. 3 ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности»), именно названный руководитель, в случае если представляемые результаты являются секретными, должен решить, подлежат ли они рассекречиванию, и определить объем передаваемой информации.

В соответствии с приложением № 3 к Инструкции от 27 сентября 2013 г. постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей состоит из вводной, описательной и резолютивной частей. В вводной части необходимо указывать место и время составления постановления, а также данные о руководителе органа, осуществлявшего ОРД (должность, специальное (воинское) звание, фамилия, инициалы). В описательной части приводятся данные о том, когда, где и какое ОРМ проводилось и какие получены результаты, а также для достижения каких целей и решения каких задач проводилось ОРМ, когда и кем оно санкционировалось, о наличии судебного решения на его проведение, основания рассекречивания сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей. В резолютивной части постановления указывается решение руководителя органа, осуществлявшего ОРД, о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей, а также перечень подлежащих рассекречиванию сведений и их носителей.

В соответствии с п. 14 Инструкции от 27 сентября 2013 г. рассекречивание сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей осуществляется на основании постановления руководителя органа, осуществляющего ОРД (начальника или его заместителя). Вместе с тем в ч. 1 ст. 12 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» речь идет о праве вынесения названного постановления только руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность. В этой связи можно констатировать, что Инструкция от 27 сентября 2013 г. необоснованно расширительно толкует положения Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности».

Постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей составляется в двух экземплярах, первый из которых направляется уполномоченному должностному лицу (органу), а второй приобщается к материалам дела оперативного учета или, в случае его отсутствия,

Завершение процедуры представления результатов ОРД предполагает оформление необходимых документов и фактическую передачу результатов ОРД, например пересылка по почте, передача с нарочным и т. п. (п. 8 Инструкции от 27 сентября 2013 г.).

Представляемые результаты ОРД должна сопровождать информация о времени, месте и обстоятельствах изъятия в ходе ОРМ предметов, материалов, документов и иных объектов, о получении (выполнении) фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иных носителей информации, а также материальных объектов с описанием индивидуальных признаков указанных пред-метов, материалов, документов и иных объектов, что впоследствии должно обеспечить их идентификацию при необходимости приобщения в качестве вещественных доказательств по уголовному делу (п. 16 Инструкции от 27 сентября 2013 г.). Полученные при проведении ОРМ отображения существенных для дела обстоятельств (аудио- и видеозаписи, иные технические носители) или обнаруженные предметы, материалы, документы и иные объекты должны быть надлежащим образом упакованы, опечатаны и приложены к постановлению о представлению результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд (п. 17 Инструкции от 27 сентября 2013 г.).

Сегодня существует законодательный пробел, связанный с нормативной неопределенностью обязательности приобщения к материалам уголовного дела различных постановлений руководителей органов, осуществляющих ОРД, а также судебных решений, разрешающих проведение ОРМ, ограничивающих конституционные права граждан. Этот пробел частично восполнен ведомственным нормативным регулированием. В частности, в пп. 9, 10, 12 Инструкции от 27 сентября 2013 г. говорится, что органу дознания, следователю или в суд для использования результатов ОРД в уголовном судопроизводстве должны быть направлены: постановление о представлении результатов ОРД, постановление о проведении ОРМ (проверочной закупки или контролируемой поставки предметов, веществ и продукции, свободная реализация которых запрещена либо оборот которых ограничен; оперативного эксперимента; оперативного внедрения); копия судебного решения о проведении ОРМ, затрагивающего конституционные права человека и гражданина.

Однако необходимых изменений в Федеральный закон «Об оперативно-ро-зыскной деятельности» не вносилось. Поэтому, например, п. 12 Инструкции от 27 сентября 2013 г. вступает в противоречие с ч. 3 ст. 12 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», в соответствии с которой судебное решение на право проведения ОРМ и материалы, послужившие основанием для принятия такого решения, должны храниться только в органах, осуществляющих ОРД. Полагаем, что правило об обязательности приобщения к материалам уголовного дела указанных постановлений и их предъявление необходимо легализовать не только на ведомственном, но и на законодательном уровне. Однако отсутствие законодательного, а не ведомственного предписания о приобщении к материалам уголовного дела вышеупомянутых постановлений не освобождает сторону обвинения от обязанности проверить наличие таких постановлений и убедиться в законности проведенных ОРМ, а также полученных результатов ОРД. Такой подход соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой «результаты оперативно-розыскных мероприятий, проводимых на основании судебных решений, должны представляться следователю или в суд именно вместе с копиями этих судебных решений» . Об этом свидетельствует и судебная практика Верховного Суда Российской Федерации .

ВВЕДЕНИЕ ………………………………………………………………………………………………. 3

ЛЕКЦИЯ 1. Понятие оперативно-розыскной деятельности …..……………………………..………. 4

ЛЕКЦИЯ 2. История сыска в России ………………………………………………………………….. 8

ЛЕКЦИЯ 3. Правовая основа и принципы ОРД ……………………………………………………… 15

ЛЕКЦИЯ 4. Соблюдение прав и свобод граждан в ОРД ………………………………………….…. 20

ЛЕКЦИЯ 5. Субъекты ОРД, их обязанности и права …………………………………………..……. 24

ЛЕКЦИЯ 6. Понятие и виды ОРМ …………………………………………………………………..… 31

ЛЕКЦИЯ 7. Основания и условия проведения ОРМ ………………………………………………… 43

ЛЕКЦИЯ 8. Использование результатов ОРД ………………………………………………..……… 49

Однако современная реальность такова, что без знания основ законодательного регулирования ОРД и общего представления о ней любой юрист высококвалифицированным специалистом стать не может: действующее оперативно-розыскное законодательство налагает определенные обязанности и предоставляет соответствующие права не только оперативным работникам, но и дознавателю, следователю, прокурору, судье и многим другим лицам.

С учетом небольшого объема лекционных часов в предлагаемом курсе раскрыты лишь основные положения ОРД, знание которых необходимо каждому юристу.

К сложностям в освоении данной дисциплины относится необходимость изучения значительного числа законодательных и иных нормативных правовых актов , различия в подходах авторов, пишущих на данную тему, что предполагает активную самостоятельную работу студентов со специальными изданиями.

Спецкурс состоит из 11 лекционных тем, каждая из которых содержит контрольные вопросы для лучшего усвоения материала.

ЛЕКЦИЯ 1. Понятие оперативно-розыскной деятельности,

Понятие ОРД, её содержание, цели и задачи. Направления ОРД, соотношение с иными видами сыска и уголовно-процессуальной деятельностью.

Важнейшей функцией государства является защита страны от внешних и внутренних угроз, сохранение стабильности и порядка в обществе. Указанные задачи обеспечиваются работой государственного аппарата , армией и действиями правоохранительных органов.

Правоохранительная деятельность – как вид государственной деятельности, связанной с борьбой с преступностью, имеет целью обеспечение законности и правопорядка в интересах граждан, общества и государства, охрану самого права, которое определяет и упорядочивает существующие общественные отношения и порядки. Для этого государство располагает специальными органами и через правотворчество оснащает их необходимыми полномочиями.

Разновидностью правоохранительной деятельности является оперативно-розыскная деятельность, осуществляемая оперативными подразделениями уполномоченных государственных органов посредством проведения специальных мероприятий (гласных и негласных) с целью защиты жизни, прав и свобод граждан и обеспечения безопасности общества и государства от преступных посягательств (ст.1 ФЗ об ОРД).

Рассмотрим более подробно признаки ОРД, выражающие её сущность.

1. Оперативно-розыскная деятельность имеет прежде всего государственный характер, поскольку осуществляется в интересах и по правилам государства уполномоченными органами, деятельность которых носит исключительно правовой характер.

ОРД является одним из видов профессиональной сыскной деятельности и включает в себя функции охраны права путем применения специфических мер юридического воздействия к нарушителям установленного порядка.

2. ОРД является самостоятельной функцией органов уголовной юстиции и за счет её структурно-организационного обособления.

Полномочиями для проведения ОРД обладают специальные государственные органы, которые наделены особой компетенцией для решения соответствующих задач с использованием гласных и, преимущественно, негласных методов и средств. Их перечень определен в ст.13 ФЗ об ОРД и может быть изменен только Законом.

ОРД государственных органов осуществляется по 4-м направлениям: информационно-поисковая, уголовно-сыскная, удостоверительно-розыскная, оперативно-проверочная.

Решения должностных лиц ОРО обязательны для исполнения, но могут быть и обжалованы - за неправомерные действия эти лица несут юридическую ответственность. Присвоение же этого права другими лицами может рассматриваться как преступление.

3. Основным способом осуществления ОРД является проведение оперативно-розыскных мероприятий. Только посредством проведения мероприятий оперативного характера достигаются цели ОРД - обеспечение безопасности личности, общества, государства.

В том случае, когда содержание ОРД и её участники не скрываются от окружающих, она является гласной. Необходимость же иметь в распоряжении оперативных подразделений комплекс негласных мероприятий объясняется тем, что пресечь и раскрыть многие тайные преступления при помощи только гласных мер и следственных действий невозможно.

Использование в борьбе с преступностью негласных средств и методов – это вынужденная защитная мера государства, только так она становится адекватной деятельности преступников, готовящих преступления замаскировано, с тщательным продумыванием мер по её сокрытию от правоохранительных органов. Поэтому общество и государство не только одобрили систему законных ОРМ, но и обязали своих представителей осуществлять их, в т. ч. и так называемые «проникающие» методы.

4. Последнее, на что указывается в определении о целях осуществления ОРД – это обеспечение

безопасности общества и государства именно от преступных посягательств.

ОРД осуществляется при наличии признаков составов преступлений, которые постатейно изложены в Уголовном кодексе РФ, и не может осуществляться при наличии дисциплинарных или административных правонарушений .

Оперативно-розыскная деятельность - своего рода аналог следственной деятельности. Вместе с тем ОРД отличается от уголовно-процессуальной деятельности тем, что они совершаются в различных правовых режимах:

Неодинакова правовая база для их проведения (ФЗ и УПК)

Различны субъекты (ОРО и органы расследования, прокуратура, суд)

Различны пределы производства соответствующих действий (ОРМ могут проводиться до возбуждения уголовного дела)

Различны результаты (итог ОРД – сведения об источниках доказательств, итог УПД – доказательства).

Результаты ОРД во многих случаях являются основанием для производства тех или иных следственных действий. Кроме того, одним из важнейших значений оперативно-розыскной работы является её упреждающий характер - направленность не на раскрытие уже совершенных общественно опасных деяний, а на их предупреждение и устранение причин их возникновения. В то же время, работа оперативно-розыскных органов может выйти за пределы соответствующего состава преступления, когда общественно опасные явления не являются результатом человеческой деятельности (природные, техногенные), но оказывают влияние на сферу безопасности. Информация о них доводится до сведения надлежащих органов власти.

Т. о., ОРД представляет собой особый вид государственно-правовой деятельности по борьбе с преступностью, основным содержанием и характерной чертой которого является разведывательно-поисковая сущность, предназначенная для выявления и пресечения преступлений.

Задачи оперативно-розыскной деятельности определяются сферами деятельности, в которых она осуществляется.

1. Борьба с преступностью (ст.2 ФЗ об ОРД):

Выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений;

Выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших;

Осуществление розыска лиц, скрывающихся от следствия и суда, уклоняющихся от

уголовного наказания;

Розыск без вести пропавших.

2. Обеспечение безопасности РФ (ст. ст. 2 и 7 ФЗ об ОРД):

Добывание информации о событиях или действиях, создающих угрозу безопасности страны (государственной, военной, экономической или экологической - решается спецслужбами);

Обеспечение безопасности лиц, защита которых предусмотрена законодательством РФ;

Сбор данных для решения вопроса о допуске лиц к определенным видам деятельности (государственная тайна, оперативная и частная детективная деятельность, опасные производства).

Последние задачи напрямую не связаны с уголовным процессом .

Рассмотрим более подробно задачи борьбы с преступностью.

1. Выявление преступлений означает добывание информации о признаках их подготовки,

совершении и последствиях.

Это вызвано тем, что преступники, совершая общественно опасные деяния, стремятся скрыть сам факт преступления, исходя из чего, в любом государстве всегда существуют латентные (остающиеся неизвестными) преступления, выявление которых составляет определенную сложность. В связи с этим оперативную работу по их обнаружению выполняют особо подготовленные органы.

Характер этой задачи свидетельствует о том, что о факте совершенного деяния еще не известно. В этой ситуации оперативно-розыскной процесс будет развиваться как ряд сменяющих друг друга стадий:

Стадия оперативно-аналитического поиска (т. н. «оперативное обеспечение»).

Его цель – сбор информации в сфере социально-аномальной среды, её исследование и анализ для выявления симптомов тайных противоправных деяний и причастных к ним лиц. «Сигнальная» информация не всегда может быть реализована напрямую, а накапливается в информационных массивах;

Стадия оперативной проверки – может привести к обнаружению дополнительных достоверных сведений, свидетельствующих о возможной противоправной деятельности проверяемых лиц. Однако их может быть недостаточно для возбуждения уголовного дела. В этом случае принимается решение о начале следующей стадии;

Стадия оперативной разработки – результаты её могут проявиться в виде информации о преступной деятельности конкретных лиц, пригодной для использования в качестве повода и основания для возбуждения уголовного дела.

Предупреждение преступлений – специфическая задача оперативно-розыскных органов, направленная на выявление преступных замыслов и изменение поведения преступников, на недопущение опасных деяний, совершение которых может повлечь ощутимый ущерб для государства и общества.

В этом случае органы, осуществляющие ОРД, используют оперативные данные для принятия мер превентивного характера. Профилактика (общая, индивидуальная) как совокупность предупредительных мероприятий государства в борьбе с преступностью по недопущению противоправных деяний может заключаться в:

Действиях оперативного характера, разобщающих преступные группировки;

Проведении оперативных комбинаций по изъятию запрещенных предметов;

Проведении бесед должностными лицами оперативных органов;

Представлении информации в соответствующие государственные органы для принятия надлежащих мер по устранению причин и условий, способствующих совершению преступлений;

Информирование населения об оперативных возможностях розыскных органов и др.

Пресечение преступлений – это активные действия ОРО с целью создания условий, препятствующих продолжению начатого преступления на определенном этапе его совершения.

В этом случае уголовное дело ещё может быть не возбуждено, но в результате поступившей информации оперативно-розыскные органы обязаны пресечь выявленное деяние (задержание преступника, изъятие орудий и предметов преступления).

Раскрытие преступлений – предполагает раскрытие противоправных деяний и инцидентов, когда факт их совершения общеизвестен, но виновные не распознаны.

Указанная работа осуществляется с момента обнаружения признаков преступления до момента установления преступника и предъявления ему обвинения в совершении конкретного деяния. Здесь оперативно-розыскные мероприятия могут проводиться инициативно (оперативный поиск по «горячим следам»), но чаще по поручению следователя по возбужденному им уголовному делу (оперативный розыск подозреваемого). Для этого законодатель и предоставил органам предварительного расследования право одновременно осуществлять следственные действия и оперативно-розыскные мероприятия (т. н. «оперативное сопровождение»).

2. Задача по выявлению и установлению лиц, подготавливающих, совершающих и совершивших преступления тесно связана с первой.

Но в данном случае оперативно-розыскная работа идет не от самого факта преступления, а от лица, в отношении которого имеются данные о его криминальной деятельности. Это может быть наличие информации о необъяснимо больших материальных средствах человека, его подозрительном поведении, нахождении при невыясненных обстоятельствах на месте совершения преступления, состоящем в определенной связи с преступниками и т. д.

3. Задача розыска лиц , скрывающихся от следствия и суда либо уклоняющихся от уголовного

наказания, решается органами, осуществляющими ОРД, при наличии специального постановления (поручения) соответствующих субъектов уголовного судопроизводства (ст. ст. 157, 210, 253 УК).

Розыск может быт местным, федеральным, международным.

4. Осуществление розыска без вести пропавших лиц связано с тем, что нередко указанные лица

оказываются жертвами преступных посягательств (на начальном этапе уголовное дело не возбуждается).

Оперативно-розыскной процесс специфичен не только за счет решаемых задач, но и такой его характерной чертой как цикличность: когда окончание предыдущего этапа знаменует начало последующего (разведывательный поиск, оперативная проверка, оперативная разработка, оперативное сопровождение). Разрывность цикла означает прекращение (замедление) оперативного расследования: например, в виду невозможности использования полученных результатов (отказ ключевого свидетеля от дачи показаний и др.) потребуется резерв времени для сбора дополнительных или новых доказательств.

Т. о., оперативно-розыскная деятельность получает законченный вид в случае реализации определенной информации на всех её стадиях с последующим переходом в сферу уголовного судопроизводства.

Контрольные вопросы:

1. Каково нормативное определение ОРД?

2. Что понимают под содержанием (признаки) ОРД?

3. Как можно классифицировать задачи ОРД?

4. Что общего и каковы отличия ОРД от УПД?

ЛЕКЦИЯ 2. Оперативно-розыскная деятельность в истории сыска в России

Возникновение и развитие сыска в Древней Руси. Организация сыскной службы в Российской империи. Олонецкое ГЖУ. ОРД в советский период. Современное состояние ОРД.

При рождении любого государства пришедшие к власти правители с первых дней озабочены вопросами её эффективной защиты, обеспечением правопорядка и безопасности как самих государственных учреждений, так и всех граждан страны.

В этих целях создаются специальные органы, которые осуществляют борьбу с угрозами государственной безопасности и уголовными преступлениями по следующим основным направлениям:

Охрана границ государства;

Разведывательная и контрразведывательная деятельность;

Борьба с угрозами государственной, военной и экономической безопасности ;

Обеспечение безопасности органов государственной власти;

Борьба с общеуголовной и экономической преступностью.

Вся указанная деятельность влияет на внешнюю и внутреннюю безопасность государства, способствует поддержанию правящего режима и стабильности существующего строя. При выполнении своих функций сотрудники оперативных служб обязаны соблюдать действующие законы и другие правовые нормы защищаемого государства.

С ослаблением режима власти специальные органы, как наиболее информированные и имеющие в наличии мощный силовой и технический потенциал предпринимают все возможные усилия для сохранения существующего строя. Однако дальнейший прогресс общества, приход к власти более прогрессивных лидеров сводят на нет любые усилия старого режима, включая и деятельность спецорганов, по защите государственного строя. История показывает: силовые структуры первыми становятся на защиту государства и последними покидают его в случае гибели. При этом в новые органы, призванные осуществлять розыскную деятельность, зачастую приходят специалисты из ранее ликвидированных служб, которые передают традиционные методы и способы оперативной работы.

1. Сыскная деятельность в Древней Руси.

Розыскная деятельность является ярко выраженным историческим явлением - сыскные, розыскные, разведывательные действия уходят своими корнями в глубокое прошлое. В литературе подобного рода деятельность часто называют второй древнейшей профессией.

До создания государственности у древних славян отсутствовала необходимость в правоохранительных органах, минимум действий осуществляли княжеские дружины, которые собирали дань, но не занимались правопорядком. На практике ещё крепки были нормы обычного права, когда за «обиду» должен был отомстить сам обиженный или его род, доминировал принцип «око за око» (кровная месть).

Позднее правоохранительные функции по защите жизни и собственности князя перешли к его приближенным, хорошо знавшим законы – «ябедникам» (по сути первый судебный чин на Руси). Приказы ябедников исполняли «мечники» (ныне бы сказали полицейские).

По мере вытеснения общинного земледелия и развития вотчины (земли, пожалованные за службу) на стороне бояр (вассалов князя) стали княжеские Уставные и Судные грамоты.

Первые письменные упоминания сыска появляются в древних законах – в «Законе Русском» (Х в.) и «Русской Правде» (первый сборник прецедентов ХI вг.), где указываются случаи процессуального расследования и рассмотрения преступлений. В них объявлялось, что в случае совершения преступления обязанность поиска преступника - «гонение следа» - ложилась на истца, который при поимке правонарушителя и вел его на суд князя. Сюда же доставлялись свидетели: «видоки» - непосредственные очевидцы или «послухи» - кто слышал что-либо о преступлении. Кровная месть ограничивалась кругом мстителей, а позднее была заменена денежной компенсацией.

С завершением объединения Руси в XV в. появились специальные лица, которые получали полномочия вести розыск,: наместники (в городах) и волостели (на селе). Для поимки разбойников из центра периодически посылались особые обыщики (сыщики), с которыми на обыск отправлялись крестьяне. Их деятельность регламентировал первый свод законов – Судебник 1497г. В силу возрастания общественной опасности преступлений исковый уголовный процесс становится розыскным. Методами сыска являлись опрос, осмотр и наблюдение, которые и поныне являются наиболее распространенными мероприятиями.

В XVI веке складывание и укрепление централизованного государства потребовало создания единого органа, который бы обеспечивал внешнюю и внутреннюю безопасность страны и защиту царской власти.

Первым таким сыскным органом стал созданный в 1565 году Иваном Грозным в рамках опричнины особый корпус в тысячу человек (руководители – Басманов, Малюта Скуратов). В целом опричники являлись государственной террористической организацией, направленной на осуществление карательных мер сначала на бояр-изменников, а затем и других представителей знати и простого народа.

Сложилась система Приказов, занимавшихся охраной правопорядка: Разбойный (занимался сыском, санкционировал приговоры), Земский (преследовал разбойников, наблюдал за порядком), Стрелецкий (обыски, патрульно-постовая служба).

В XVII веке в Российском государстве происходило активное укрепление центральной власти, был принят свод законов – Соборное Уложение (1649г.), в котором впервые выделялись государственные политические преступления - преступления против царя (известно выражение «слово и дело государево» - наказывали не только за действия, но и словесные оскорбления царя). Политический сыск на местах осуществляли воеводы , старосты, дьяки. Особое значение приобрели доносы - стали гражданской обязанностью, а за недонесение жестоко карали. Считалось, что наиболее достоверные сведения получают только под пытками (самой эффективной считалась дыба).

В 1654 году царем Алексеем Михайловичем был создан Приказ тайных дел – практически первая полицейская организация, которая была наделена розыскными и следственными функциями. Служащие Приказа стали по поручению царя проверять поступающие сведения о преступлениях, в том числе негласными методами – посылкой подъячих для наблюдения за воеводами. Позже за Приказом была закреплена функция надзора за чужеземцами на территории Русского государства (т. е. контрразведка).

В 1682 году на престол был возведен Петр I, начавший радикальные преобразования в государстве, которые не могли иметь успеха без создания сильной службы безопасности. Им был cоздан Преображенский приказ (Приказ розыскных дел), который вел следствие по всем государственным преступлениям и имел право проводить аресты, обыски и любые проверки по поступающим сведениям. В 1713 году утверждаются Розыскные канцелярии, в инструкции которым впервые предусмотрена необходимость учреждения «тайных подсыльщиков, чтобы между людьми не было какой шаткости». Надзор за государственным аппаратом осуществляли фискалы (со шведского - контролер), обязанные «подслушивать, проведывать и доносить о вредных государству преступлениях» (коррупции).

Основным способом получения информации о преступлениях оставались донос (за несправедливые «заветы» уже не наказывали, а за правильные – награждали), пытки до личного признания, оговоры, негласное выведывание. Уголовный процесс базировался на т. н. теории формальных доказательств, возникшей в западных абсолютных монархиях. «Царицей доказательств» считалось признание обвиняемого, сделанное в суде.

Для управления общеуголовной полицией Указом 1715г. были созданы Полицмейстерские канцелярии, которые должны были следить за порядком среди населения, надлежащим исполнением им своих прав и обязанностей, розыском преступников и заключением их под стражу.

Органы губного самоуправления были упразднены, их функции перешли к воеводам, а затем городничим (в уездах) и полицмейстерам (в губернских городах – в их подчинении были частные приставы и квартальные надзиратели). Полиция становится самостоятельным звеном государственного аппарата.

Со смертью Петра Преображенский приказ был упразднён. Общая же полиция больше не упразднялась, а продолжала существовать при любом правителе, выполняя задачи борьбы с общеуголовной преступностью и охраны общественного порядка.

Преемницей Преображенского приказа стала созданная Анной Иоановной (1731г.) Канцелярия тайных розыскных дел, вызывавшая страх не только в народе, но и в слоях привилегированных сословий. Канцелярия рассматривала тысячи дел о лицах, выступающих против власти, а также дела о шпионаже, злоупотреблении властей на местах и по другим государственным преступлениям. Именно во время работы Канцелярии были широко распространены пытки преступников. К тому времени относятся понятия «подлинная правда» – полученная при пытке длинниками (розгами), и «подноготная правда» - вкалывание игл под ногти. Канцелярию и смысл выражения «слово и дело государево» только через тридцать лет ликвидировал Петр III.

С приходом на престол Екатерины II (1762г.), которая стремилась к просвещению народа (полиция - инструмент государственного попечения о народе), институт сыщиков упразднили, передав его функции местным органам общей полиции. Екатерина старалась вывести органы сыска из поля зрения общества: политический сыск поручили Сенату – его Тайной экспедиции. Основным материалом для возбуждения дел по-прежнему оставались доносы, на почтамтах стали проводить перлюстрацию корреспонденции. Через Тайную экспедицию прошли лица всех сословий: одни их них попадали в Петропавловскую и Шлиссельбургскую крепости, других – направляли на каторгу, рассылали по губернским тюрьмам, третьих – высылали под надзор местных властей.

2. Оперативно-розыскная деятельность в России в XIX - начале XX вв.

Из-за всеобщего недовольства деятельностью политического сыска император Александр I в 1802г. ликвидировал Особую тайную экспедицию и наложил официальный запрет на пытки. Им было учреждено Министерство внутренних дел, в структуре которого были созданы органы политического сыска - Особенная канцелярия и работавшие фактически автономно от Министерства Петербургская Тайная политическая экспедиция и Московская Особая секретная полиция.

Результатом необдуманных преобразований правоохранительных органов стало ослабление их деятельности, слабая информированность о происходящих в стране антигосударственных событиях. Восстание декабристов в 1825г. вынудило пришедшего к власти Николая I создать сильную централизованную службу безопасности для проведения масштабной оперативно-розыскной деятельности в стране и за рубежом.

На базе Особенной канцелярии МВД было создано Третье отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии. Стоя над министерствами и ведомствами, оно информировало власть по всем интересовавшим её вопросам. Главным принципом работы Третьего отделения стала строгая централизация с правом надзора и контроля за деятельностью всех государственных и местных учреждений, негласное наблюдение за лицами, подозреваемыми в антиправительственной деятельности. Впервые в России созданная спецслужба стала иметь разветвленную сеть территориальных органов в виде жандармских отделений в 8 округах, являвшихся его исполнительными органами и стоящих вне системы МВД.

Рост революционного движения и увеличение числа общеуголовных преступлений обусловили необходимость перехода политического и уголовного сыска к преимущественно негласным методам работы, включающим оперативное внедрение, взаимодействие с западными спецслужбами. В ведение Отделения фактически перешла цензура, активно использовался «литературный шпионаж» (вербовка известных литераторов), целью которого было получение информации и влияние на общественное мнение, было положено начало русской заграничной агентуре.

После покушения студента Каракозова (1866г.) на императора Александра II приказом министра внутренних дел было образовано «Санкт-Петербургское отделение по охране порядка и спокойствия столице» – первое в стране охранное отделение.

В 1880г., в связи с нарастающей террористической деятельностью радикальных революционных организаций при МВД был создан Департамент государственной полиции (с 1898г. – Особый отдел, а с 1907г. – и районные Охранные отделения Департамента полиции в Москве и еще в 25 городах империи).

Реакцией Александра III на убийство народовольцами его отца стало разработанное Положение “О полицейском надзоре” (отменено лишь в 1904г.). Гласный надзор осуществляла общая полиция с правом входить в любое время в квартиры поднадзорных, проводить обыски, просматривать корреспонденцию. Негласный надзор за политически неблагонадежными осуществляла жандармерия.

В 1902г. циркуляром Департамента полиции было утверждено «Временное положение об охранных отделениях», которым была разделена компетенция:

Отдельного корпуса жандармов, которые были обязаны заниматься дознанием по политическим преступлениям, и

Охранных отделений, которым вменялась обязанность проводить оперативно-розыскные мероприятия по этим преступлениям.

Начальнику охранного отделения вменялось в обязанность сосредоточить в своих руках всё дело розыска в данной губернии и главное внимание обратить на негласное наблюдение за подозреваемыми при помощи секретных сотрудников и агентов. Они обладали весьма существенными правами в отношении жандармерии. Например, без согласия начальника охранного отделения жандармы не имел права производить обыски и аресты, и, напротив, обязаны производить их по указанию начальника охранки.

Каждое охранное отделение состояло из общей канцелярии и отделов: внутреннего и наружного наблюдения. Сотрудники последнего («филёры») следовали по пятам за объектом наблюдения, устанавливали явки и связи. Первый же отдел был сущим бедствием для революционеров – ибо его агенты находились внутри самой организации. Наиболее известны руководитель «Боевой организации» эсеров - Азеф и член ЦК большевиков - Малиновский, годами остававшиеся вне подозрений.

В те же годы шло конструктивное развитие и полицейских учреждений по борьбе с общеуголовной преступностью. В 1837г. была учреждена земская полиция и становые приставы. В 1862г. произошло объединение уездной и городской полиции и созданы уездные полицейские управления во главе с исправником, назначаемым губернатором. В сельских местностях учреждался институт урядников, которые занимались розыском по небольшим преступлениям и следили за общественной безопасностью на местах. В 1908г. был принят Закон «Об организации сыскной части», по которому в городах и уездах при полицейских управлениях создавались сыскные отделения, которые кроме оперативно-розыскной деятельности проводили дознание по уголовным делам (предусматривался контроль со стороны прокуроров).

В то время в полицейских учреждениях России к именным картотекам (центральная – 2.5 млн. карточек) были учреждены антропометрическое бюро и фотография, дактилоскопическая регистрация преступников, графология, разработана таблица по видам преступников (воры, мошенники, разбойники, гастролеры), активно разрабатывалась ведомственная правовая база оперативно-розыскной работы (Инструкции «по организации наружного наблюдения и ведению агентурного наблюдения» и др.).

В 1913г. на международном криминалистическом конгрессе (Швейцария) Московская сыскная полиция в номинации «раскрываемость преступлений» была признана одной из лучших в мире.

Олонецкое губернское жандармское управление.

Образование губернских жандармских управлений происходит после принятия в 1867г. «Положения о Корпусе жандармов», начальники ГЖУ получили звания инспекторов губернской полиции, тем самым и общая полиция ставилась под их контроль.

Личный состав ОКЖ формировался в основном из младших армейских офицеров, успешно прослуживших не менее 6 лет, не имевших замечаний по службе и личных денежных долгов. Кандидаты проходили специальные курсы при штабе Корпуса, программа которых включала такие предметы, как государственное и уголовное право , производство розыска и дознания, дактилоскопия, антропометрия, история революционного движения и др. Успешно сдавшие экзамен зачислялись на вакантные должности, остальные отправлялись на места прежней службы.

Олонецкое ГЖУ, ранее входившее в состав Северо-Западного жандармского округа, территориально располагалось в г. Петрозаводске, была предусмотрена должность помощника начальника управления, который и отвечал за организацию розыскной работы в губернии.

Штатная численность Управления не превышала 15 человек, в т. ч. 10 должностей наблюдательного состава в Петрозаводском, Олонецком, Лодейнопольском, Вытегорском, Каргопольском, Повенецком и Пудожском уездных жандармских пунктах. Первый начальник – майор прослужит в г. Петрозаводске 14 лет и уйдет в отставку в звании генерал-майора.

Нельзя не отметить, что унтер-офицерские чины трудились с полной нагрузкой, предметом ведения для них были практически все вопросы обеспечения правопорядка и безопасности. Высшим пилотажем все-таки было добывание материалов, имевших политическую окраску - за Олонецкой губернией уже давно закрепилось название «подстоличная Сибирь» - сюда ссылали многих поднадзорных, в том числе политических ссыльных (к 1905г. их было 161 чел. –).

О характере решаемых задач дают представление наименования архивных документов: это обзоры общественно-политической жизни Олонецкой губернии, алфавиты и ведомости на лиц, состоящих под гласным и негласным надзором полиции, рапорты уездных исправников о наблюдении за политически неблагонадежными, «финляндцами» и другими иностранными подданными, протоколы обысков и допросов. В отчетах конца XIX - начала XX века указывается, что «Общее настроение умов... в политическом отношении не возбуждает никаких опасений», что «весьма немногочисленные уклонения от этого настроения были допущены отдельными личностями, главным образом, в состоянии опьянения и по невежеству».

В связи с тем, что в жизни губернии никаких выдающихся событий не происходит, её обитатели проявляют «...какую-то нервическую чуткость, объясняемую скукой провинциальной жизни» и с «...необычным старанием следят за каждым шагом лиц, выделяющихся чем-либо: по богатству, по службе, попойках и т. п.». В документа ОГЖУ пишется просто и лаконично: «выявили», «пресекли», «угрозы не представляет». Хотя известны и случаи террора (1908г. - А. Кузьмин, 1909г. - П. Анохин). Уже осенью 1916г. начальник ГЖУ пишет, что в Олонецкой губернии «горючий материал имеется».

Российские специальные и полицейские органы оставались лишь одной из структур организации Российского государства, которое доживало последние дни.

Произошедшая в феврале 1917г. буржуазная революция свергла самодержавие, а вместе с ним и все органы полиции и государственной безопасности. Созданная Временным правительством милиция не смогла справиться с огромной волной преступности, больше занимаясь поимкой сотрудников царской охранки и бывших жандармов.

3. Оперативно-розыскная деятельность в Советском государстве.

После произошедшей в октябре 1917г. большевистской революции важнейшей задачей Совета Народных Комиссаров стало удержание власти с одновременной её защитой от многочисленных внутренних и внешних врагов. Кроме быстро создающейся рабоче-крестьянской армии эта задача возлагалась на новые специальные правоохранительные органы.

В отличие от царской полиции, объединявшей в рамках МВД борьбу с политическими и общеуголовными преступлениями, вновь созданные специальные органы Советского государства четко разделились на органы внутренних дел (НКВД - созданный 10.11.1917г.) для борьбы с общим криминалом и органы государственной безопасности (ВЧК - созданная 20.12.1917г.) для выявления и раскрытия госпреступлений. Несмотря на то, что в дальнейшем указанные органы не раз объединялись и разъединялись, проводимая ими оперативно-розыскная деятельность имела строго разграниченные функции.

Оперативно-розыскная деятельность является самостоятельным видом правоохранительной деятельности, осуществляемым специально уполномоченными на то государственными органами с использованием негласных правовых средств. Согласно ст. 1 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» под оперативно-розыскной деятельностью (далее – ОРД) понимается вид деятельности, осуществляемой гласно и негласно оперативными подразделениями государственных органов, уполномоченных на то настоящим Федеральным законом, в пределах их полномочий посредством проведения оперативно-розыскных мероприятий в целях защиты жизни, здоровья, прав и свобод человека и гражданина, собственности, обеспечения безопасности общества и государства от преступных посягательств.

Под результатами ОРД понимаются сведения, полученные в соответствии с ФЗ об ОРД, о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного преступления, лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших преступление и скрывшихся от органов дознания, следствия или суда (п. 36.1 ст. 5 УПК РФ).

Проблема использования результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовно-процессуальном доказывании является одной из наиболее актуальных в современном уголовном судопроизводстве. Ни в процессуальной доктрине, ни в правоприменительной деятельности не существует единого мнения по этому вопросу.

В уголовно-процессуальной науке предлагаются различные способы решения этой проблемы, от использования напрямую результатов ОРД в качестве доказательств (с определенными оговорками или без таковых) до возможности формирования на их основе доказательств. Не содержат однозначного решения анализируемой проблемы и действующие нормативные правовые акты.

Рассматривая данную проблему, необходимо указать на отличие оперативно-розыскной деятельности от уголовного судопроизводства. Помимо различия в своей правовой природе, нельзя ставить знак равенства между результатами ОРД и доказательствами, на это обращает внимание и Уголовно-процессуальный кодекс РФ.

Отличие результатов ОРД от доказательств, отмечает Е.А. Доля, обусловлено различием их правовой природы, которая объективно предопределяет предназначенность и допустимые пределы их использования. Результаты ОРД изначально не могут отвечать требованиям, предъявляемым к процессуальным доказательствам, так как они получаемы ненадлежащим субъектом и ненадлежащим способом. В ч. 1 ст. 86 УПК РФ изложен исчерпывающий перечень субъектов, наделенных правом собирать доказательства. К ним относятся: суд (судья), прокурор, следователь и дознаватель. «Иные лица, в том числе сотрудники правоохранительных органов, уполномоченные на производство оперативно-розыскных мероприятий, а также руководители органов, осуществляющих ОРД, могут лишь представлять предметы и документы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств». В частности, законодатель специально подчеркивает недопустимость возложения на то лицо, которое проводило или проводит по конкретному уголовному делу оперативно-розыскные мероприятия, полномочий по проведению дознания по этому делу (ч. 2 ст. 41 УПК РФ).

Процесс доказывания включает такие этапы, как собирание, проверка, оценка доказательств и их последующее использование при расследовании преступлений. И если касаться одного из первых этапов процесса доказывания – собирания, то он связан прежде всего с производством следственных действий. При проведении оперативно-розыскных мероприятий формируются не доказательства, а результаты ОРД, то есть сведения, полученные в соответствии с ФЗ об ОРД, о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного преступления, лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших преступление и скрывшихся от органов дознания, следствия или суда (п. 36.1 ст. 5 УПК РФ).

Сами по себе результаты ОРД не являются доказательствами. Они не могут быть непосредственно использованы в качестве таковых для установления предмета доказывания в целом и, в частности, виновности лица в совершении преступления, так как порядок их получения отличается от процедуры полученияуголовно-процессуальных доказательств. Например, лицо оказывает конфиденциальное содействие органу, осуществляющему ОРД, и в ходе производства ОРМ лично наблюдало обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу. Для того, чтобы информация, известная данному лицу, приобрела силу доказательства, сведения об этом лице и о его участии в данном мероприятии должны быть переданы следователю (дознавателю), который проводит в отношении данного лица допрос в целях выяснения обстоятельств, имеющих значение для дела, а доказательством будут не сведения, сообщенные оперативному сотруднику, а его свидетельские показания, данные в ходе допроса.

Материалы, полученные в ходе ОРД, должны пройти процессуальный путь преобразования сведений в доказательства. Для вовлечения в уголовное дело информации, полученной непроцессуальным путем, необходимо дополнительно произвести следственные действия, которые позволят субъектам процессуальной деятельности воспринять факты и обстоятельства, имеющие значение для дела, и облечь их в определенную уголовно-процессуальным законом форму. Для того чтобы получить полноценное доказательство, результаты ОРД должны содержать: сведения, имеющие значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию; указания на источник получения предполагаемого доказательства или предмета, который может стать доказательством, а также данные, позволяющие проверить в процессуальных условиях доказательства, сформированные на их основе.



Согласно позиции КС РФ результаты оперативно-розыскных мероприятий «являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые, будучи получены с соблюдением требований Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем, а именно на основе соответствующих норм уголовно-процессуального закона».

Аналогичную позицию занял и Пленум Верховного Суда РФ, указав в постановлении от 31 декабря 1995 года № 8 на то, что результаты оперативно-розыскной деятельности могут быть использованы в качестве доказательств по делам, когда они проверены следственными органами.

По мнению В. Зажицкого, «оперативно-розыскная деятельность и уголовное судопроизводство – два вполне самостоятельных вида государственной деятельности, каждый из которых имеет свои отличительные свойства и признаки. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности при производстве по уголовным делам не должно приводить к их сращиванию, к подмене уголовно-процессуальных средств и способов раскрытия преступлений оперативно-розыскными способами и методами. Иначе говоря, полиция не должна заменять собой юстицию».

Конечно же, роль оперативно-розыскной деятельности и ее результатов во взаимодействии с органами, осуществляющими предварительное расследование, весьма важная. В особенности в тех случаях, когда деятельность правоохранительных органов направлена на борьбу с тяжкими и особо тяжкими преступлениями. Но нельзя отрицать факты, свидетельствующие об исключении судами доказательств, полученных в результате оперативно-розыскной деятельности. Особенно часто это происходит по делам о преступлениях коррупционной направленности, мошенничестве, незаконном обороте наркотических средств и других, возбуждение которых предваряется оперативной проверкой.

Как отмечает В.Н. Исаенко, все чаще предметом обжалования адвокатами-защитниками становится законность и обоснованность заведения сотрудниками оперативно-розыскных подразделений дел оперативного учета и, следовательно, законность и обоснованность возбуждения уголовных дел на основании данных, полученных в результате ОРД11. Ошибки заключаются в следующем. Во-первых, проведение оперативно-розыскных мероприятий при отсутствии оснований, перечисленных в п. 1–6 ч. 2 ст. 7 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»; во-вторых, дача согласия на производство ОРМ не управомоченными на то должностными лицами; в-третьих, неверное оформление актов и других материалов об их проведении; в-четвертых, несвоевременное уведомление суда (судьи) о проведении ОРМ в случаях, не терпящих отлагательства; в-пятых, проведение ОРМ, не предусмотренных ст. 6 Закона об ОРД или вообще не упомянутых в этот статье; в-шестых, несоответствие фактического содержания ОРМ его описанию в соответствующем акте (протоколе).

В.Н. Исаенко указывает, что производство ОРМ, в том числе связанного с обследованием на месте лица (получателя взятки или завладевающего чужим имуществом, чужими денежными средствами в результате обмана или злоупотребления доверием, вымогательства и т.д.), должно завершаться составлением протокола (акта) названного ОРМ и прилагаемого к нему акта изъятия в соответствии со ст. 15 Закона об ОРД. Акт ОРМ оформляется строго со ссылками на ст. 6 и 15 Закона об ОРД. Однако описание в нем действий, которые сопровождали обнаружение интересующих оперативных работников объектов (предмета взятки, например), факт добровольной их выдачи или принудительного изъятия, индивидуальных признаков объектов должно происходить в соответствии с правилами, установленными ч. 3 ст. 177 или ч. 13 ст. 182 УПК. Если ОРМ сопровождалось применением технических средств, то в акте (протоколе) следует указать технические характеристики использованного оборудования так, как это предписано ч. 6 ст. 166 УПК, без ссылки на эту норму.

Отметим также, что оперативные сотрудники не вправе по завершении оперативного эксперимента проводить следственные действия (осмотр места происшествия, обыск, выемку), так как происходит совмещение двух противоположных функций – оперативно- розыскной деятельности и процессуальной в деятельности одних и тех же лиц.

Уместно говорить и о проблеме, возникающей в связи с получением образцов для сравнительного исследования, необходимых для производства фоноскопической экспертизы аудиозаписей, произведенных в рамках ОРМ. Проблемы возникают при получении образцов устной речи для сравнительного исследования, когда проверяемые лица отказываются их предоставить, а следователь ранее не воспользовался благоприятной в тактическом отношении ситуацией для производства первого допроса подозреваемого с применением аудиозаписи или видеозаписи.

В некоторых случаях подозреваемые ссылаются на ч. 1 ст. 51 Конституции РФ, расширительно трактуя ее положения как якобы предоставляющие им право отказаться не только от дачи показаний, но и от представления правоохранительным органам образцов для сравнительного исследования.

Однако КС РФ указал, что «право не свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников не исключает возможности проведения в отношении этих лиц следственных действий, направленных на получение у них и использование в уголовном процессе помимо их воли других существующих объективно материалов, которые могут иметь доказательственное значение.

Объекты, могущие выступать в качестве образца для сравнительного исследования, не обязательно должны быть получены в соответствии со ст. 202 УПК РФ. Они могут быть получены и в результате проведения других следственных действий. Заметим при этом, что объекты для сравнительного исследования, в целях проведения в последующем фоноскопической экспертизы, должны быть получены только процессуальным путем. На это же обстоятельство обращает внимание и КС РФ, «проведение в связи с производством предварительного расследования по уголовному делу оперативно-розыскных мероприятий не может подменять процессуальные действия, для осуществления которых

Аналогичную позицию занял и Верховный Суд РФ, который указал на обоснованность исключения из числа доказательств ряда заключений фоноскопических экспертиз, выполненных с использованием в качестве образцов для сравнительного исследования записей голосов обвиняемых, полученных тайно от них, в отсутствие их защитников, без разъяснения им процессуальных прав.

Таким образом, исходя из правовой природы доказательств и отличий уголовного судопроизводства от оперативно-розыскной деятельности, нельзя отождествлять результаты оперативно-розыскной деятельности и доказательства по уголовному делу. Важно повышать качество доказательственной базы. При этом имеет значение соблюдение оперативно-розыскным органом процедуры представления результатов ОРД. Об этом и говорит п. 1 вышеупомянутой Инструкции, согласно которой результаты ОРД представляются оперативными подразделениями органов, осуществляющих ОРД, дознавателю, органу дознания, следователю или в суд при наличии в них достаточных данных, указывающих на признаки преступления, а также в порядке выполнения поручения дознавателя, органа дознания, следователя о проведении ОРМ по уголовным делам, находящимся в их производстве, исполнения требования суда (судьи) о представлении документов по уголовным делам, находящимся в его производстве.

С.С. Галахов, доктор юридических наук, профессор, ВНИИ МВД России.

А.П. Миронов, ВНИИ МВД России.

Качественно новый этап развития государства и его институтов, в которое вступило наше общество, предполагает критическое осмысление правовой базы прошлого, отказ от некоторых сложившихся стереотипов. Это в полной мере относится и к правовой основе ОРД ОВД.

Меняющиеся условия организационно-управленческой деятельности подразделений КМ, вызываемые изменением социально-экономических отношений в России, и как следствие этого - корректировка их задач в борьбе с преступностью на современном этапе, внедрение в их практику современных достижений науки управления, критическое осмысление принятых ранее и вновь правовых актов требуют постоянного внимания к проблемам правового регулирования ОРД.

Федеральный закон "Об оперативно-розыскной деятельности" в совокупности с другими законами создал правовую основу оперативно-розыскной деятельности, подтвердив тем самым ее государственную функцию и равноправное положение с административной и процессуальной функциями государства.

Как свидетельствует международная практика, именно нарушения законности в области ОРД, особенно связанные с использованием оперативной техники, имели наиболее негативные политические последствия. Достаточно напомнить, что суть так называемого Уотергейтского дела в США сводилась к выявлению в 1972 г. прослушивающих устройств в помещениях, занимаемых оппозиционной партией. В результате это явилось основной причиной провала на президентских выборах США Р. Никсона. В Венгрии в 1988 г. средства негласного аудиоконтроля были установлены в помещениях, занимаемых функционерами ряда оппозиционных партий. Проведение этих ОТМ осуществлялось по личному указанию министра внутренних дел <*>. Спустя несколько дней сотрудник ОТП, проводивший мероприятие, предоставил средствам массовой информации письменное задание на его осуществление, ведомственные инструкции МВД, регламентирующие такие действия. Затем в присутствии корреспондентов, в том числе зарубежных, были изъяты внедренные в помещения средства спецтехники для аудиоконтроля. В результате были не только смещены руководители МВД, но и руководители государства.

<*> В Венгрии в то время в состав МВД входили подразделения органов государственной (национальной) безопасности.

Возрастающая роль технических средств в оперативно-розыскной деятельности, накопленный положительный опыт по эффективному их использованию создают предпосылки для научного осмысления и совершенствования правовой основы применения оперативной техники в борьбе с преступностью.

В связи с этим принципиальное значение, на наш взгляд, имеет утверждение В.Н. Омелина, что правовые исследования, обусловленные научно-техническим прогрессом, приобретают в последнее время в юридической науке фундаментальный характер, охватывая практически все отрасли права.

Успешное решение задач, поставленных научно-техническим прогрессом перед теорией оперативно-розыскной деятельности, зависит как от познания общих закономерностей правового регулирования оперативно-розыскной деятельности, так и от дальнейшего выбора и определения наиболее рациональных правовых средств.

Некоторые результаты проведенных научных исследований свидетельствуют об актуальности данного вопроса для оперативных работников. Так, 30 процентов из числа проинтервьюированных среди факторов, сдерживающих повышение эффективности применения оперативно-технических средств, отметили несовершенство нормативно-правового регулирования. При этом только 9 процентов опрошенных сотрудников устраивает сложившаяся на сегодняшний день нормативно-правовая база, 57 процентов - частично, а 34 процентов - не устраивает.

Поясняя свою позицию, оперативные работники указали на отсутствие в нормативно-правовых актах четкой процедуры документального оформления применения оперативной техники - 45%; разобщенность регулирования и нечеткую регламентацию всего вопроса в целом - 78%; устаревшее толкование многих частных вопросов - 30%; неоправданно жесткую и мелочную регламентацию второстепенных, не столь важных вопросов - 21%; отсутствие регулирования вопросов применения современных видов оперативной техники - 12%.

Приведенные данные свидетельствуют об актуальности рассмотрения ряда аспектов применительно к исследованию правовых проблем использования оперативно-технических средств в оперативно-розыскной деятельности.

Активизация террористических проявлений несет в себе прямую угрозу конституционному строю, целостности и независимости государства, его суверенитету. В соответствии со ст. 2 указанного Закона одним из основных принципов борьбы с терроризмом является "приоритет мер предупреждения терроризма", а компетенцией МВД России как одного из субъектов, осуществляющих борьбу с терроризмом, является предупреждение, выявление и пресечение преступлений террористического характера, преследующих корыстные цели (ст. 7).

Инициативность и комплексность при проведении оперативно-профилактических мер в сфере борьбы с терроризмом приобретают особое значение. Вместе с тем существующие в российском законодательстве ограничения зачастую не позволяют оперативно-розыскным подразделениями следовать этим принципам.

Например , осуществление таких мероприятий, как контроль телефонных переговоров и снятие информации с технических каналов связи, требуют обязательного разрешения суда. Оно, как правило, выдается только при наличии возбужденного уголовного дела либо при выявлении достоверных сведений о конкретных лицах, занимающихся противоправной деятельностью. Подобные ограничения, соответствующие Конституции Российской Федерации и общепринятым международным гуманитарным нормам, едва ли могут распространяться на неустановленных лиц - членов террористических организаций.

В США после трагических событий 11 сентября 2001 г. правоохранительным органам и спецслужбам были даны дополнительные полномочия по осуществлению общего мониторинга радиоэфира и сетей передачи данных, включая Интернет, с целью выявления признаков готовящихся террористических актов, широкомасштабного наведения справок на лиц, подозреваемых в причастности к террористической деятельности, с использованием баз данных любого уровня. Общий поиск такого рода информации ведется автоматизировано по ключевым словам и фразам и не ущемляет конституционные права граждан на тайну частных переговоров. В случае обнаружения подозрительных сообщений правоохранительные органы принимают меры по идентификации лиц и запрашивают разрешение суда на прослушивание их переговоров.

Выявление террористической деятельности подразделениями СКМ требует проведения соответствующих разведывательно-поисковых мероприятий с использованием современных возможностей подразделений СТМ в целях проверки полученных в этой связи конкретных данных, а также для обнаружения признаков состава преступления.

Вместе с тем, как показывает оперативно-розыскная и правоприменительная практика, в современном законодательстве имеются существенные проблемы и пробелы, осложняющие деятельность подразделений СТМ в этом направлении.

При контроле и записи телефонных и иных переговоров, решение о проведении которых согласно п. 11 ч. 2 ст. 29 УПК РФ принимает только суд, необходимо четко разъяснить, что понимается под словами "иные переговоры". Все ли переговоры без исключения или нет? Необходима ли санкция судьи на контроль и запись нетелефонных переговоров на улице или отдельно взятой территории, то есть в тех местах, которые по действующему законодательству не являются жилищем?

В соответствии со ст. 1 Федерального закона "Об ОРД" ОРД осуществляется посредством проведения ОРМ. Полный список таких мероприятий закреплен в ст. 6 Закона, причем он может быть изменен или дополнен только Федеральным законом.

Однако, как показывает практика работы подразделений СТМ, законодательное определение исчерпывающего перечня не учитывает потребность их современной деятельности в поиске и внедрении в их деятельность новых форм и методов, особенно по выявлению и предупреждению преступлений на стадии их замысла, разведывательно-поисковой работы.

В этой связи считаем возможным изложить в Законе только общее определение оперативно-розыскного, оперативно-технического мероприятий, что позволит по признакам тех или иных действий установить, является ли мероприятие негласным и законным. Кроме того, в Законе необходимо дать перечень наиболее сложных и комплексных мероприятий, в первую очередь ограничивающих конституционные права граждан, полно и четко, в рамках возможного, урегулировать их проведение и предусмотреть норму, согласно которой разрешалось бы осуществление и иных мероприятий, не указанных в данном перечне.

Также следует сформулировать положения запретительного характера, то есть определить, чего нельзя допускать при проведении, в частности, ОТМ.

Такой подход позволит устранить противоречия между рассматриваемой нормой законодательства и интересами ПСТМ.

Наряду с этим целесообразно предусмотреть дополнительные основания для проведения ОРМ (ОТМ, ОПМ): "с целью получения первичных сведений о лицах, фактах и обстоятельствах, представляющих оперативный интерес".

В Законе не прописаны такие мероприятия, как негласная аудио- и видеозапись, в том числе в помещениях, дистанционный аудиоконтроль за помещениями, снятие информации с персональных компьютеров без использования технических каналов связи. Между тем в практике деятельности оперативных служб они используются широко, прописаны в ведомственных инструкциях.

Имеются пробелы и в законодательном обеспечении использования современных специальных технических средств. Так, в соответствии с действующим порядком прослушивание радиоэфира - под этим словом понимается вся совокупность передаваемой беспроводным способом информации - возможно только в отношении конкретных лиц, конкретных телефонов и с санкции судьи. Вместе с тем преступники постоянно меняют номера мобильных телефонов, используют мини-АТС с множеством номеров.

Вместе с тем комплексный мониторинг эфира способен помочь в борьбе с самым опасным явлением XXI в. - терроризмом. При его использовании, возможно, удалось бы избежать взрывов в гг. Москве, Волгодонске, Владикавказе, Каспийске, поскольку следствие показало, что преступники широко пользовались мобильной связью. Это также было подтверждено и при захвате заложников в г. Москве.

Из вышесказанного можно сделать вывод, что Закон об оперативно-розыскной деятельности, жестко определив перечень возможных оперативно-розыскных мероприятий, фактически приостановил развитие практического применения новых форм и методов оперативно-технического проникновения в криминальную среду, поскольку использование любого нового метода сбора оперативной информации требует обязательного внесения в Закон изменений. В связи с этим правильнее было бы в Законе изложить не перечень оперативно-розыскных мероприятий, а дать определение понятию "оперативно-розыскное мероприятие", что позволит внедрять в практику оперативно-розыскной деятельности их новые виды.

Так, например, негласный осмотр компьютера, используемый в процессе оперативно-розыскной деятельности, формально также не подпадает ни под одно мероприятие, разрешенное Законом. Даже банальная скрытая аудиозапись (а это примерно 15% от всех проводимых оперативно-технических мероприятий) фактически Законом не разрешена, и ее использование может быть оспорено в суде.

Рассматривая проблемы проведения специального оперативно-технического мероприятия "ОД", хотелось бы отметить ряд требующихся, на наш взгляд, уточнений и дополнений.

В первую очередь необходимо обратить внимание на неточности, допущенные в положении Закона, где говорится о применении в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий видео- и звукозаписи, кино- и фотосъемки, то есть речь идет о процессе выявления и фиксации информации. Однако далее следует выражение "а также другие технические и иные средства", что должно предполагать наличие предшествующего этому перечню ряда технических средств, а не процессов. На наш взгляд, данное обстоятельство выглядит не вполне логичным.

С другой стороны, "привязка" технических средств к видео- и аудиозаписи, фотографированию, киносъемке позволяет допустить, что таким образом определяются их примерные рамки, область применения, направления использования. Хотя очевидно, что ряд ОТМ не связан с подобными ограничениями. Так, оперативно-техническое мероприятие "ОД" в некоторых случаях предусматривает применение специального инструмента, другой специализированной аппаратуры, предназначенных для вскрытия запирающих устройств, обхода охранной сигнализации и иных защитных приспособлений.

По нашему мнению, представляется наиболее приемлемой следующая редакция данного положения: "В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий используются информационные системы, специальные и иные технические средства, предназначенные (разработанные, приспособленные, запрограммированные) для негласного получения информации, другая техника, материалы и вещества, не наносящие ущерба жизни и здоровью людей и не причиняющие вреда окружающей среде".

Следует заметить, что отдельные положения ст. 7 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности" предоставляют органам, осуществляющим ОРД, право собирать данные, необходимые для принятия решений по обеспечению собственной безопасности. Однако в целях совершенствования правового регулирования указанного направления деятельности оперативных (в т.ч. и оперативно-технических) подразделений ОВД представляется целесообразным в число законодательно закрепленных задач оперативно-розыскной деятельности (ст. 2) включить самостоятельную задачу обеспечения собственной безопасности субъектов ОРД.

В ст. 8 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности" указано, что проведение оперативно-технических мероприятий, ограничивающих конституционные права граждан (на тайну телефонных переговоров, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической связи, а также права на неприкосновенность жилища), допускается на основании судебного решения для сбора информации о лицах, подготавливающих или покушающихся, совершающих либо совершивших противоправные деяния, по которым производство предварительного следствия обязательно.

В контексте данного положения следует отметить, что согласно результатам анкетирования сотрудников оперативно-технических подразделений одной из проблем в осуществлении оперативно-технического мероприятия "ОД" является правильность оформления задания на проведение ОТМ. Как показывает практика, отдельные работники оперативных подразделений при заполнении типового бланка в п. 10 указывают, что основанием проведения мероприятия "ОД", связанного с негласным проникновением в жилище, является дело оперативного учета. Однако это противоречит ч. 3 ст. 10 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", в которой записано:

"Факт заведения дела оперативного учета не является основанием для ограничения конституционных прав и свобод граждан, а также законных интересов человека и гражданина". Возникает вопрос: что же считать основанием? На первый взгляд таким основанием можно считать любое из положений ст. 7 Федерального закона, в которой перечисляются основания проведения оперативно-розыскных мероприятий. Однако это неверно, так как в этом случае необходимо руководствоваться ч. 2 ст. 8 Закона, согласно которой основанием проведения оперативно-розыскных мероприятий, ограничивающих конституционные права граждан (в том числе право на неприкосновенность жилища), является только судебное решение.

Объемы статьи не позволяют авторам более подробно остановиться на иных проблемах, имеющихся в правовом регулировании оперативно-розыскной деятельности. Мы лишь обратили внимание на некоторые из них. Вместе с тем их положительное решение будет способствовать совершенствованию правового регулирования рассматриваемого вида деятельности.

Оперативно-розыскная деятельность является самостоятельным видом правоохранительной деятельности, осуществляемым специально уполномоченными на то государственными органами с использованием негласных правовых средств. Согласно ст. 1 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» под оперативно-розыскной деятельностью (далее - ОРД) понимается вид деятельности, осуществляемой гласно и негласно оперативными подразделениями государственных органов, уполномоченных на то настоящим Федеральным законом, в пределах их полномочий посредством проведения оперативно розыскных мероприятий в целях защиты жизни, здоровья, прав и свобод человека и гражданина, собственности, обеспечения безопасности общества и государства от преступных посягательств.

Проблема использования результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовно-процессуальном доказывании является одной из наиболее актуальных в современном уголовном судопроизводстве. Ни в процессуальной доктрине, ни в правоприменительной деятельности не существует единого мнения по этому вопросу. В уголовно-процессуальной науке предлагаются различные способы решения этой проблемы, от использования напрямую результатов ОРД в качестве доказательств (с определенными оговорками или без таковых).

Рассматривая данную проблему, необходимо указать на отличие оперативно-розыскной деятельности от уголовного судопроизводства. Помимо различия в своей правовой природе, нельзя ставить знак равенства между результатами ОРД и доказательствами, на это обращает внимание и Уголовно-процессуальный кодекс РФ.

Отличие результатов ОРД от доказательств, отмечает Е.А. Доля, обусловлено различием их правовой природы, которая объективно предопределяет предназначенность и допустимые пределы их использования.

Результаты ОРД изначально не могут отвечать требованиям, предъявляемым к процессуальным доказательствам, так как они получаемы ненадлежащим субъектом и ненадлежащим способом. В ч. 1 ст. 86 УПК РФ изложен исчерпывающий перечень субъектов, наделенных правом собирать доказательства. К ним относятся: суд (судья), прокурор, следователь и дознаватель. «Иные лица, в том числе сотрудники правоохранительных органов, уполномоченные на производство оперативно-розыскных мероприятий, а также руководители органов, осуществляющих ОРД, могут лишь представлять предметы и документы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств». В частности, законодатель специально подчеркивает недопустимость возложения на то лицо, которое проводило или проводит по конкретному уголовному делу оперативно-розыскные мероприятия, полномочий по проведению дознания по этому делу (ч. 2 ст. 41 УПК РФ). Процесс доказывания включает такие этапы, как собирание, проверка, оценка доказательств и их последующее использование при расследовании преступлений. И если касаться одного из первых этапов процесса доказывания - собирания, то он связан прежде всего с производством следственных действий. При проведении оперативно-розыскных мероприятий формируются не доказательства, а результаты ОРД, то есть сведения, полученные в соответствии с ФЗ об ОРД, о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного преступления, лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших преступление и скрывшихся от органов дознания, следствия или суда (п. 36.1 ст. 5 УПК РФ).

Сами по себе результаты ОРД не являются доказательствами. Они не могут быть непосредственно использованы в качестве таковых для установления предмета доказывания в целом и, в частности, виновности лица в совершении преступления, так как порядок их получения отличается от процедуры получения уголовно-процессуальных доказательств. На- пример, лицо оказывает конфиденциальное содействие органу, осуществляющему ОРД, и в ходе производства ОРМ лично наблюдало обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу. Для того, чтобы информация, известная данному лицу, приобрела силу доказательства, сведения об этом лице и о его участии в данном мероприятии должны быть переданы следователю (дознавателю), который проводит в отношении данного лица допрос в целях выяснения обстоятельств, имеющих значение для дела, а доказательством будут не сведения, сообщенные оперативному сотруднику, а его свидетельские показания, данные в ходе допроса.

Материалы, полученные в ходе ОРД, должны пройти процессуальный путь преобразования сведений в доказательства. Для вовлечения в уголовное дело информации, полученной не процессуальным путем, необходимо дополнительно произвести следственные действия, которые позволят субъектам процессуальной деятельности воспринять факты и обстоятельства, имеющие значение для дела, и облечь их в определенную уголовно-процессуальным законом форму. Для того чтобы получить полноценное доказательство, результаты ОРД должны содержать: сведения, имеющие значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию; указания на источник получения предполагаемого доказательства или предмета, который может стать доказательством, а также данные, позволяющие проверить в процессуальных условиях доказательства, сформированные на их основе.

Согласно позиции Конституционного Суда РФ результаты оперативно-розыскных мероприятий «являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые, будучи получены с соблюдением требований Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем, а именно на основе соответствующих норм уголовно-процессуального закона».

Аналогичную позицию занял и Пленум Верховного Суда РФ, указав в постановлении от 31 декабря 1995 года № 8 на то, что результаты оперативно-розыскной деятельности могут быть использованы в качестве доказательств по делам, когда они проверены следственными органами.

Конечно же, роль оперативно-розыскной деятельности и ее результатов во взаимодействии с органами, осуществляющими предварительное расследование, весьма важная. В особенности в тех случаях, когда деятельность правоохранительных органов направлена на борьбу с тяжкими и особо тяжкими преступлениями. Но нельзя отрицать факты, свидетельствующие об исключении судами доказательств, полученных в результате оперативно-розыскной деятельности. Особенно часто это происходит по делам о преступлениях коррупционной направленности, мошенничестве, незаконном обороте наркотических средств и других, возбуждение которых предваряется оперативной проверкой.

Чаще предметом обжалования адвокатами-защитниками становится законность и обоснованность заведения сотрудниками оперативно-розыскных подразделений дел оперативного учета и, следовательно, законность и обоснованность возбуждения уголовных дел на основании данных, полученных в результате ОРД. Ошибки заключаются в следующем. Во-первых, проведение оперативно-розыскных мероприятий при отсутствии оснований, перечисленных в п. 1-6 ч. 2 ст. 7 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»; во-вторых, дача согласия на производство ОРМ не управомоченными на то должностными лицами; в-третьих, неверное оформление актов и других материалов об их проведении; в-четвертых, несвоевременное уведомление суда (судьи) о проведении ОРМ в случаях, не терпящих отлагательства; в-пятых, проведение ОРМ, не предусмотренных ст. 6 Закона об ОРД или вообще не упомянутых в этот статье; в-шестых, несоответствие фактического содержания ОРМ его описанию в соответствующем акте (протоколе).

Производство ОРМ, в том числе связанного с обследованием на месте лица (получателя взятки или завладевающего чужим имуществом, чужими денежными средствами в результате обмана или злоупотребления доверием, вымогательства и т.д.), должно завершаться составлением протокола (акта) названного ОРМ и прилагаемого к нему акта изъятия в соответствии со ст. 15 Закона об ОРД. Акт ОРМ оформляется строго со ссылками на ст. 6 и 15 Закона об ОРД. Однако описание в нем действий, которые сопровождали обнаружение интересующих оперативных работников объектов (предмета взятки, например), факт добровольной их выдачи или принудительного изъятия, индивидуальных признаков объектов должно происходить в соответствии с правилами, установленными ч. 3 ст. 177 или ч. 13 ст. 182 УПК. Если ОРМ сопровождалось применением технических средств, то в акте (протоколе) следует указать технические характеристики использованного оборудования так, как это предписано ч. 6 ст. 166 УПК, без ссылки на эту норму.

Отметим также, что оперативные сотрудники не вправе по завершении оперативного эксперимента проводить следственные действия (осмотр места происшествия, обыск, выемку), так как происходит совмещение двух противоположных функций - оперативно розыскной деятельности и процессуальной в деятельности одних и тех же лиц.

В некоторых случаях подозреваемые ссылаются на ч. 1 ст. 51 Конституции РФ, расширительно трактуя ее положения как якобы предоставляющие им право отказаться не только от дачи показаний, но и от представления правоохранительным органам образцов для сравнительного исследования.

Однако Конституционный Суд РФ указал, что «право не свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников не исключает возможности проведения в отношении этих лиц следственных действий, направленных на получение у них и использование в уголовном процессе помимо их воли других существующих объективно материалов, которые могут иметь доказательственное значение.

Объекты, могущие выступать в качестве образца для сравнительного исследования, не обязательно должны быть получены в соответствии со ст. 202 УПК РФ. Они могут быть получены и в результате проведения других следственных действий14. Заметим при этом, что объекты для сравнительного исследования, в целях проведения в последующем фоноскопической экспертизы, должны быть получены только процессуальным путем. На это же обстоятельство обращает внимание и Конституционный Суд РФ, «проведение в связи с производством предварительного расследования по уголовному делу оперативно-розыскных мероприятий не может подменять процессуальные действия, для осуществления которых уголовно-процессуальным законом, в частности, ст. 202 УПК РФ, установлена специальная процедура».

Таким образом, исходя из правовой природы доказательств и отличий уголовного судопроизводства от оперативно-розыскной деятельности, нельзя отождествлять результаты оперативно-розыскной деятельности и доказательства по уголовному делу. Важно повышать качество доказательственной базы. При этом имеет значение соблюдение оперативно-розыскным органом процедуры представления результатов ОРД. Об этом и говорит п. 1 вышеупомянутой Инструкции, согласно которой результаты ОРД представляются оперативными подразделениями органов, осуществляющих ОРД, дознавателю, органу дознания, следователю или в суд при наличии в них достаточных данных, указывающих на признаки преступления, а также в порядке выполнения поручения дознавателя, органа дознания, следователя о проведении ОРМ по уголовным делам, находящимся в их производстве, исполнения требования суда (судьи) о представлении документов по уголовным делам, находящимся в его производстве.

Похожие публикации